Малекит
Шрифт:
— К оружию! — продолжал кричать он. — Среди нас предатели!
Рыцари Анлека обнажили мечи. Некоторые повернулись к Каратрилю, остальные направились к храму. Перед ними гвардия Феникса подняла в боевой стойке алебарды.
— Мы не можем выбирать нового Короля-Феникса сейчас, — сказал Элодир. — Такие дела нельзя решать быстро, и даже если бы это было возможно, здесь присутствуют не все князья.
— Нагарит не будет ждать! — Малекит ударил по столу кулаком. — Культы слишком сильны, а к весне они будут контролировать всю армию Анлека. Мои земли будут потеряны, и еретики двинутся на ваши!
— Так ты хочешь, чтобы мы выбрали тебя? —
— Да, — без промедления и смущения ответил Малекит. — До моего возвращения никто из собравшихся тут не желал действовать. Я сын Аэнариона, его наследник, и если предательства Бел Шанаара недостаточно, чтобы убедить вас в глупости выбора короля из другой семьи, то посмотрите на мои достижения. Бел Шанаар выбрал меня послом к гномам потому, что их Верховный король был моим близким другом. Наше будущее не только на берегах Ултуана, оно простирается по всему миру. Я долго жил в колониях за океаном, я боролся за их защиту и процветание. Пусть там живут выходцы из Лотерна, Тор Эллира или Тор Анрока, но они уже другие, и в первую очередь они обратятся ко мне, а не к вам. Никто здесь не обладает моим опытом ведения войны. Бел Шанаар был подходящим правителем для мирных времен, я промолчу о том, что под конец он подвел нас всех, — но настали другие, суровые времена, — и нам нужен другой правитель.
— А тогда как насчет Имрика? — предложил Финудел. — Он опытный полководец и тоже сражался в новых землях.
— Имрик? — презрительно переспросил Малекит. — А где он сейчас, во время великой нужды? Он прячется в Крейсе, охотится со своим кузеном в горах! Вы хотите, чтобы Ултуаном правил эльф, который ведет себя как избалованный капризный ребенок? Когда Имрик созывал армию против Нагарита, вы прислушались к нему? Нет! Но когда я поднял знамя войны, вы на пятки друг другу наступали.
— Выбирай слова, такая заносчивость не пойдет тебе на пользу, — предупредил Харадрин.
— Я говорю это не для того, чтобы задеть вашу гордость, — пояснил Малекит. Он разжал кулаки и сел за стол. — Я хочу показать вам то, что вы и так знаете: в глубине души вы с радостью пойдете за мной.
— И все же я настаиваю, что совет не может принять такое важное решение сейчас, — произнес Элодир. — Мой отец умер при неясных обстоятельствах, и ты хочешь, чтобы мы передали корону тебе?
— Он прав, Малекит, — поддержал Элодира Харадрин.
— Прав? — Малекит с криком вскочил на ноги, опрокинув стол, от чего корона и плащ взлетели в воздух. — Прав? Ваша нерешительность приведет к тому, что ваши семьи попадут в рабство, а подданные сгорят на жертвенных кострах! Более тысячи лет назад я преклонил колено перед первым нелепым решением этого совета и позволил Бел Шанаару отобрать то, что Аэнарион завещал мне. Больше тысячи лет я с радостью смотрел, как ваши семьи растут и процветают — и препираются между собой как дети, пока я и мои люди проливали кровь на чужих берегах. Я не обращал внимания на боль в крови, потому что ради общих интересов нам следовало держаться вместе. Но теперь пришло время объединиться под моим знаменем! Я не буду лгать, я стану суровым правителем, но я вознагражу тех, кто будет верно служить мне, а когда снова воцарится мир, мы сможем насладиться трофеями наших битв. Кто здесь имеет больше прав на трон, чем я? Кто здесь…
— Малекит! — рявкнул Миандерин, указывая на пояс князя. Разгоряченный своей речью Малекит отбросил через плечо плащ. — Почему ты вошел в святилище с оружием? Это запрещено древними законами храма. Сейчас же убери меч!
Малекит замер на месте; с раскинутыми в стороны руками он был почти смешон. Князь посмотрел на свой пояс и висящие на нем ножны с мечом.
— Хватит болтовни! — прошипел он.
Каратриль поднырнул под меч нагаритского рыцаря, прокатился вперед и вскочил на ноги, но ему тут же пришлось отпрыгнуть в сторону, чтобы уклониться от летящего в грудь клинка. У капитана не было при себе оружия, ведь он пришел на совет. Но сейчас он сильно жалел об этом.
Еще один рыцарь нацелился мечом ему в горло, и Каратриль отшатнулся и ухватил его за руку. Рывком он вывернул нагаритянину руку; меч выскользнул и воткнулся в щель между мраморными плитами двора.
Каратриль отбросил рыцаря на обнаженный клинок его товарища; лезвие вонзилось в тело между лопатками и вышло из груди в ладони от лица капитана. Каратриль подхватил упавший меч и отбил следующий удар. Он рискнул бросить взгляд через плечо: до храма оставалось около сотни шагов, и повсюду гвардия Феникса сражалась с рыцарями Нагарита. Бой шел в полном молчании, тишину нарушал лишь лязг железа. Каратриль оттолкнул плечом еще одного врага и бросился к храму.
— Стать Королем-Фениксом — это мое право! — прорычал Малекит. — Вы не можете им распоряжаться!
Он перегнулся через стол, смахивая на пол бокалы и блюда. Князья и жрецы истошно кричали и метались по залу.
Элодир почти добрался до Малекита, но тут его перехватил Батинаир. Оба покатились по полу в вихре ковров и мантий. Элодир ударил иврессийского князя, тот с рычанием выхватил изогнутый кинжал длиной в палец и полоснул им Элодира по горлу. Кровь забила фонтаном, заливая белые плиты пола.
В зал ворвались рыцари Нагарита; они держали в руках окровавленные клинки.
Малекит же безмятежно смотрел по сторонам, все следы его злости испарились. Он медленно шел за своими рыцарями, которые методично вырезали князей, не отрывая взгляда от священного пламени в середине зала. От стен отражались крики и стоны, но князь Нагарита не обращал внимания ни на что, кроме огня.
Из свалки к нему побежал Харадрин с занесенным над головой мечом. С презрительным оскалом князь шагнул в сторону от дикого замаха и вонзил Авануир в живот Харадрина. Один миг они стояли и смотрели друг другу в глаза, потом с губ Харадрина закапала кровь, и он рухнул на пол. Малекит разжал руку, так что меч упал из рук вместе с телом, и продолжил шагать к огню.
— Азуриан не признает тебя! — выкрикнул Миандерин. Он упал на колени перед Малекитом и вытянул в мольбе руки. — Ты пролил кровь в его святилище! Мы не произнесли нужных заклинаний, чтобы защитить тебя от пламени. Ты не можешь войти в огонь!
— Ну и что? — сплюнул князь. — Я наследник Аэнариона. Мне не нужны ваши заклинания!
Миандерин схватил было Малекита за руку, но князь выдернул ее.
— Я не слушаю ваших увещеваний! — воскликнул Малекит и пинком отбросил Миандерина.
Малекит поднял руки ладонями вверх и сделал шаг в пламя.
Каратриль прислонился к колонне, чтобы перевести дыхание. Он видел, как несколько рыцарей вошли в храм. Сражение снаружи почти закончилось. Двор устилали трупы — как в белых мантиях, так и в черных доспехах. С колотящимся сердцем Каратриль оттолкнулся от колонны и сделал шаг к храму. В тот же миг земля содрогнулась — и он упал.
Земля тряслась, колонны падали — остров Пламени охватило землетрясение. Остров колыхался, и Каратриля швыряло направо и налево. Он едва успел отскочить в сторону от сыплющейся сверху черепицы — та с треском рассыпалась по мраморным плитам.