Маленькое чудо
Шрифт:
Но Анна сжала его руку:
— Это хорошо, что ты отдал все вещи тем, кто нуждается в них, Джерри. Цепляться за то, что ушло, бесполезно. — Она прильнула к его плечу. — Ты оказался мудрее, чем я.
Он покачал головой:
— Я сделал это в гневе, Анна. Ты оставила меня, отказавшись от всего, что я хочу, поэтому я отдал то, что ты создала.
— Мы все совершаем поступки, о которых потом жалеем. — Тихо вздохнув, она повернулась к нему. — Как бы то ни было, я рада, что провела здесь целую неделю.
В ее словах не было никакой экзальтации, никакого порыва самозабвенно служить ему. И Джерри наконец понял, что такое любовь. И здесь, в ее объятиях, в комнате их сына, который никогда не жил, в последнюю ночь, которую он провел с любимой, он понял, что ему надо делать.
— Мой отец покончил жизнь самоубийством, когда мне было четырнадцать. Он потерял все. Его собирались арестовать по обвинению в мошенничестве, и, зная об этом, он повесился в сарае, где я его нашел…
Он рассказал ей обо всем. Просто, без ощущения вины, которое так долго угнетало его…
Анна молча прижимала его к себе, давая ему выговориться, и когда Джерри замолчал, она поцеловала его в грудь — в то место, где билось его сердце. И ему показалось, что этим поцелуем она смыла черную муть, заполнявшую его душу. Джерри почувствовал необыкновенное облегчение, разделив с ней свою тайну, и понял, что она все еще любит его.
Но все же она собиралась уйти…
Она отвела его обратно в спальню, но они уже больше не занимались любовью. Обняв друг друга, они лежали в кровати, дожидаясь рассвета, который должен был положить всему конец.
— Когда ты уйдешь, не забывай Софи, — тихо сказал он, играя прядями ее волос. — На следующей неделе ей будет двадцать пять лет. Твой отец велел сообщить Софи некоторые сведения, когда ей исполнится двадцать пять лет. — И Джерри открыл Анне тайну, которую хранил много лет. — Когда твоя мать умирала, твой отец обратился за утешением к Дане, ее матери… Софи — твоя родная сестра по отцу.
Анна изумленно открыла рот:
— Но ведь Ли знала об этом? Поэтому она и ненавидела отца?
Джерри кивнул:
— Она видела их вместе… И она вряд ли так ненавидела бы его, если бы столь же сильно не любила, — тихо сказал он.
Анна пристально вгляделась в его глаза:
— Именно поэтому вы стали близки с Ли. Ты нашел тело своего отца — а она видела, как наш отец обманывает маму… Эта связь между вами никогда не была чувственной, Ли никогда не была для тебя ближе, чем я. Вы просто знали, что это такое. А я не знала.
С глубоким облегчением, осознав, что Анна наконец все поняла, он кивнул. Сердце и душа его успокоились.
— И он доверил эту тайну тебе? Ты давно узнал насчет Софи?
— Он сказал мне об этом за несколько недель до
Анна смогла лишь кивнуть в ответ.
— Что еще о своей жизни я могу узнать?
— Только то, что Софи нужна ты и Ли. Вы обе. Ты должна поговорить с Ли, Анна. Она расскажет тебе о своей жизни. Ты многое еще не знаешь. Она по-настоящему любит тебя — возможно, больше, чем сама думает.
— Спасибо тебе, Джерри. — Они оба понимали, что с восходом солнца между ними все будет кончено. Сумки, которые она так до конца и не распаковала, к полудню будут стоять возле двери.
Это был самый худший момент для того, чтобы сказать: «Я люблю тебя».
Поэтому он не стал ничего говорить. Джерри наклонился и поцеловал ее, а когда нежные ласки стали медленно разгораться, превращаясь в страсть, это и стало их прощанием.
На следующий день Анна переминалась с ноги на ногу возле самолета, когда Билл усаживал Мелани в детское сиденье.
— Не забывай давать ей бутылочку или сухое печенье, если она заплачет, — говорила Анна уже в четвертый раз. — И ей надо менять подгузники.
Билл бросил на нее взгляд, наполненный сочувствием.
— Я позабочусь о ней, Анна. Обещаю тебе. — Он пощекотал Мелани под подбородком. — Мы хорошо проведем время, да?
Мелани задрыгала ножками, зашевелила пальчиками, загулила и улыбнулась, когда молодой полицейский взобрался в самолет.
В детскую сумку она положила записку со своим номером телефона, а на обратной стороне написала: «Рози и Мэгги! Если вам что-либо понадобится, то, пожалуйста, позвоните мне. С любовью к Мелани, тетя Анна».
Билл повернулся к пилоту и коротко произнес: «Поехали». Он бросил быстрый взгляд на Джерри, молча стоявшего за спиной Анны, и, кивнув на прощание, закрыл за собой дверь.
Анна в последний раз взглянула на свою любимую девочку. Сердце ее разрывалось на части, но она не плакала.
Дождь на время утих, когда Анна несла Мелани из дома в ангар, но, как только самолет стал выезжать на взлетную полосу, начался сильный ливень. И это оказалось очень кстати.
«Не делай этого. Не беги за ней. Ты не сможешь ничего изменить».
Она все сделала правильно. Она жила без детей всю свою сознательную жизнь. Мелани заслуживает того, чтобы иметь реальную семью, с реальной матерью.
Анна стояла в ангаре, когда четырехместная «сессна», набрав скорость, медленно поднялась в воздух. Самолет исчез в серой мгле задолго до того, как достиг облаков.
— С вами все в порядке, тетя Анна?
У нее сдавило горло. В последний год она не имела права на любовь этого ребенка, но Молли по-прежнему безгранично давала ее, и Анна понимала, что это была заслуга Ли.