Мальвы
Шрифт:
Подумала и о том, что ее не удивляет больше ни длиннополый бешмет, ни турецкая шаль, которой уже привыкла закрывать свое лицо, ни даже то, что Мальва спрашивает у нее о том и о сем по-татарски.
Город остался позади. Его опоясывали вокруг зубчатые стены, массивные башни поднимались и давили, сжимали громады домов, мечети, армянские церкви и караимские кенасы. Город шумел и гудел, стонал. Внизу кишела смрадная яма невольничьего рывка, кричали, расхваливали живой товар татары и греки: на галеры, стоявшие в порту, отправляли партии отобранных, пригоняли новых; грохотали мажары, подскакивая на ухабах каменной мостовой, ревели, захлебываясь, ослы; выкрикивали азан муэдзины, призывая правоверных к обеденной молитве.
И еще на одно обратила внимание Мария: все это было для нее давно привычным, словно никогда и не было другой жизни. А минутная радость ощущения свободы вдруг стала угасать, и в сознание постепенно заползало тупое чувство безысходности… Серый хребет Тепе-оба и дуга высокой городской
А что было?
Шли хазары, половцы, печенеги, кто только не шел? Падали травы и люди, на превратившейся в месиво под копытами коней земле умирал растоптанный дягиль. Сокрушалась Украина, ведь шли ляхи на три шляхи, а татары на четыре, и плакало небо над молочной степью и над людьми, которые падали ниже травы. Черным, Кучманским, Покутским и Муравским шляхами [12] с гиком пролетели татары — кто теперь остановит их? Подкову замучили ляхи [13] , Сагайдачный умер от турецких ран [14] , Остряницу убили свои же на поселении в Чугуевом городище, внук Байды Ярема украсил дороги трупами своих братьев [15] , и наступило на Украине позорное время равнодушия. Скрылись за холмами низенькие хаты, стекались в Крым обозы с ясырем, стали янычарами юноши, и родили турченят степные девушки.
12
Названы дороги от Перекопа, которыми пользовались крымские ордынцы для набегов на Украину и в Россию. Черный шлях шел по правому берегу Днепра на Волынь. От него ответвлялся Кучманский шлях, который вел на Подолию и в район Львова. Покутский (Молдавский) шлях проходил междуречьем Днестра и Прута, Муравский — через Левобережную Украину в Россию.
13
Запорожский казак Иван Подкова стал героем совместной борьбы украинского и молдавского народов против султанской Турции. Казнен в 1578 году во Львове по решению польского сейма.
14
Гетман украинского реестрового казачества Петр Конашевич — Сагайдачный был смертельно ранен в Хотинской битве 1621 года с войсками турецкого султана. Умер и похоронен в Киеве.
15
Князь Иеремия (Ярема) Вяшневецкий (1612 — 1651) — ополячившийся украинский магнат, отличался жестокостью при подавлении крестьянско-казацких восстаний. Был внучатым племянником черкасского и каневского старосты, основателя замка на Малой Хортице Дмитрия Вишневецкого, казненного турками в 1563 году. Некоторые историки сопоставляли Д. Вишневецкого с Байдой героем украинской народной песни.
Ой, що ж бо то та за чорний ворон,
Що над морем кряка?…
затянула Мария. Певучая Мальва стала подпевать матери, но тут же оборвала пение и спросила:
— Что это за песня, мама?
Больно поразило Марию чистое татарское произношение дочери, ей хотелось сказать, что они уже на свободе и никто теперь не имеет права запретить им разговаривать на своем родном языке. Но рыжий хребет Тепе-оба будто заслонил свет Марии и придавил к колючей земле, чтобы не двигалась и видела перед собой только невольничий рынок и галеры.
Это то, что есть… А что же было?
Был казак Самойло. Прятала губы от поцелуя, хотя знала, что поцелует, убегала от Самойла через мостки, хотя знала, что не убежит, сопротивлялась казаку в пьянящей полыни, хотя знала, что не защитится, и родила ему двоих сыновей-соколов…
Ой сыны, сыночки!.. Чьи руки расчесывают ваши кудри, какая мать укрывает вас в постели? Где вы теперь, казацкие дети? Ходите ли вы еще по белу свету или ваши глаза выклевали ястребы в Ногайской степи, а головушки моют дожди, густой терн расчесывает волосы, буйный ветер высушивает их?
Были не похожи друг на друга, словно и не близнецы. Один в Самойла: черноволосый и темноглазый, другой был белокурый, точно подсолнух, с голубыми глазами, как у Мальвы, да нынче не помнит и лица его — пропал белокурый, когда ему еще и года не было. Положила его спеленатого в саду под яблоней, сама в огороде возилась — и не нашла. Мимо села тогда проходили цыгане. Погнались люди за ними, обыскали их шатры, но не нашли ее сына. А отец, как всегда, в походе…
Потом ушел сотник Самойло с гетманом Трясило на Крым, и тогда второй — ему уже было четырнадцать лет — пропал в степи. Этого татары в плен взяли. Дорого заплатил отец за разрушенный Перекоп. Погрустили-погрустили, а потом и дочь родилась. Назвали ее Солимией.
Но не успел Самойло — казачий полковник — нарадоваться дочерью. Пошел Тарас Трясило
16
Тарас Федорович (Трясило) — гетман реестровых казаков, возглавивший крестьянско-казацкое восстание на Украине в 1630 году. С частью украинских казаков в 1635 году подался на Дон.
17
Иван Сулима — гетман нереестровых запорожских казаков. В 1635 году казаки во главе с Сулимой захватили замок Кодак — форпост Речи Посполитой на Днепре. Однако после боя реестровые казаки выдали Сулиму польским властям, и он был казнен.
18
Павел Михайлович Бут, которого в народе называли Павлюком, в 1635 году принимал участие в штурме Кодака, а в 1637 году возглавлял крестьянско-казацкое восстание. Был взят в плен и тоже казнен в Варшаве.
Победитель диктует законы!
Вернулся полковник Самойло из Маслового Става обесчещенный, без бунчука.
— Стыдно нам жить теперь на этой земле, — сказал он, запряг волов и быков и отправился следом за Остряницей в чужую сторону — Слободу.
Скрипели возы, разносилась над Украиной прощальная песня, тонула в холодном тумане, тянулся обоз из семисот семей казачьих изгоев в Белгород присягать на верность соседу, чтобы приютил в своих хоромах.
Замкнулся в себе, отупел Самойло. Сидел изо дня в день на пасеке, и не знала Мария, о чем думает бывший полковник, да и думает ли? Он так и не двинулся с места, только ссунулся с колоды на землю и сидел с рассеченной татарским ятаганом головой, и не рыдала тогда Мария, не могла. Горела только что построенная хата, а ее с Соломией повели на привязи в Перекоп.
Ей посчастливилось — по пути заболела дочь лихорадкой, и поэтому их не разлучили, а на рынке в Кафе продали за бесценок бедному безалтынному татарину.
…Воля. Проходили минуты, и это слово как бы становилось меньше, теряло свой смысл, его величие, пугало неизвестностью: а что будет дальше? Куда деваться? У хозяина они имели кусок хлеба, а кто сейчас прокормит бездомную гяурку? Страшное слово — гяур, — которое лишает работы, доверия, какого-либо права, которое ежедневно проклинают хатибы [19] в мечетях.
19
Хатиб — мусульманский проповедник.
Но нет, есть еще надежда. Мария хорошо помнит дорогу до Перекопа. Ведь она свободна и может вернуться на Украину. Еду как-нибудь раздобудет по дороге. Выпросит у чабанов, утащит… Бог поможет…
Взяла Мальву за руку и вывела ее на тропинку, которая тянулась мимо стен в степь. Увидела, как из ворот вышел человек в серой рясе, босой, в плоскодонной войлочной шляпе на патлатой голове.
— Остановись, женщина, — сказал он тихо и властно.
Мария ужаснулась. Она догадалась, что это за человек с четками в руках и с серебряной серьгой в ухе. Испугалась не дервиша, а мысли, которая когда-то в очень тяжелые минуты жизни сверлила мозг и не давала спать по ночам, настойчиво принуждая покориться. Шагнула в сторону, закрывая подолом Мальву, но дервиш замахал руками и закричал:
— Я-агу!
Это непонятное слово было похоже на зловещее заклинание, и Мария остановилась.
— Я вижу твое горе, женщина, и молюсь, чтобы аллах — пусть будет благословенно имя его — ниспослал тебе добрую судьбу, — сказал дервиш.
— Мне твой аллах не пошлет доброй судьбы, — тихо ответила Мария.
— Если бог закроет одну дверь, то откроет тысячу, только надо приходить к нему с верой и покорностью. Я дервиш, женщина, мюрид [20] ордена самого умного шейха из шейхов — Хаджи Бекташи [21] . Пергамент, на котором описана наша родословная — шередже, — самый длинный среди шередже других орденов, но он короче, чем дорога к невольничьему рынку. Пойдем по нему, женщина. Покорись словам Мурах-бабы.
20
Мюрид — послушник.
21
Хаджи Бекташи — основатель ордена мусульманских нищенствующих монахов (дервишей-бекташей); по некоторым сведениям, эта монашеская община возникла в XII или XIII веке.
Огненный наследник
10. Десять Принцев Российской Империи
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
рейтинг книги
