Малыш
Шрифт:
У Малыша в первую минуту перехватило дыхание от волнения, и он не мог сначала вымолвить ни слова.
— Будь осторожен, мой мальчик! — добавила прачка. — Управляющий следит за нами и не надо…
— Нельзя допустить, чтобы убили Бёка, — выкрикнул он наконец, — я сумею…
Но тут мистер Скарлетт, заметивший, что они разговаривают, грубо вмешался.
— О чем это вы там судачите? — спросил он. — Да и вообще, грум, что это ты там делаешь?…
Не желая вступать в спор с управляющим, Малыш коротко ответил:
— Я
— Поговоришь, — ответил мистер Скарлетт, — когда он поймает этого проклятого пса и вернется в замок…
— Как бы не так, — заметил Малыш, стараясь казаться спокойным.
— Это почему же?
— Не поймает, мистер Скарлетт… а если это и случится, то ни за что не убьет…
— Вот как?… И кто же сможет помешать господину графу, позвольте спросить?
— Я не дам ему этого сделать.
— Ты?…
— Да, я, мистер Скарлетт. Это моя собака, и я не позволю ее убивать!
И, не дожидаясь, пока ошарашенный такой дерзостью управляющий придет в себя, Малыш бросился за ворота и вскоре уже был в лесу.
Там он около получаса бродил наугад, продираясь сквозь чащу и изредка останавливаясь, чтобы прислушаться и определить, где же находится граф Эштон. В лесу царила тишина и лай собак был бы слышен издалека. Но пока Малыш не смог обнаружить никаких следов Бёка, которого, словно лису, травили пойнтеры юного Пайборна, и не знал, в каком же направлении следует вести поиски.
Томительная, приводящая в отчаяние неизвестность! Если собаки напали на след Бёка, то он мог быть уже далеко отсюда. Несколько раз Малыш принимался звать: «Бёк!… Бёк!…» — надеясь, что верный пес услышит его голос. Он даже не думал о том, что предпримет, чтобы помешать графу Эштону и его псарю убить Бёка, если им удастся его захватить. Он знал только, что будет защищать друга, пока хватит сил.
Так, блуждая наугад, наш герой удалился от замка на добрых две мили, когда на расстоянии нескольких сот шагов, из-за частокола высоких деревьев, что росли вокруг большого пруда, до него донесся яростный лай собак.
Малыш остановился. Он узнал голоса свирепых пойнтеров.
Никакого сомнения: на Бёка натравили собак и там теперь, возможно, уже завязалась схватка.
И тут же Малыш совершенно явственно разобрал слова:
— Осторожно, господин граф… он попался!
— Смелее, Билл… гони его… гони!… — кричал граф.
— Ату его… взять! — эхом отвечал Билл.
Малыш бросился к деревьям, за которыми разыгрывалась ужасная драма. Но не успел он пробежать и двадцати шагов, как грянул выстрел.
— Мимо… промазал! — закричал граф Эштон — Твоя очередь, Билл!… Давай!… Смотри не промахнись!…
Второй выстрел грянул так близко от Малыша, что он заметил даже ослепительную вспышку сквозь листву деревьев.
— Есть, теперь попал! — кричал Билл под яростный лай пойнтеров.
Малыш почувствовал,
Это был Бёк. Раненный пулей Билла в бок, он бросился в пруд.
Пес узнал хозяина, а тот мгновенно сжал ему челюсти, чтобы заглушить жалобное повизгиванье, и увлек подальше в чащу. Ведь пойнтеры могли почуять их обоих!…
К счастью, этого не случилось! Измученные долгой погоней и ослабевшие от укусов Бёка, пойнтеры последовали за Биллом и не учуяли следов ни грума, ни его пса. И тем не менее охотники прошли так близко от кустов, где прятался Малыш, что он мог услышать, как граф Эштон сказал псарю:
— Ты уверен, что прикончил его, Билл?
— Да, господин граф… пулей в голову, когда он прыгнул в пруд… Вода сразу покраснела, и он камнем пошел на дно, когда-нибудь позже всплывет…
— Мне так хотелось взять его живым! — воскликнул юный Пайборн.
Да уж, если бы он только смог отдать Бёка на растерзание своим псам, не уступающим в жестокости хозяину, — вот это было бы зрелище, достойное того, чтобы порадовать сердце наследника Трэлингерского поместья, вот тогда бы он полностью удовлетворил жажду мести.
Глава VI
ВОСЕМНАДЦАТЬ ЛЕТ НА ДВОИХ
И только когда граф Эштон со своим доезжачим и собаками наконец удалились, Малыш вздохнул так глубоко, как никогда в жизни, жадно, облегченно, до отказа наполняя легкие воздухом. Можно с уверенностью сказать, что и Бёк сделал то же самое, как только Малыш разжал руки, сжимавшие собачью пасть, со словами:
— Только не лай, Бёк… не лай!
И Бёк не издал ни звука.
Какая удача, что утром, приняв решение уйти из замка, Мальм переоделся в старую одежду, собрал пожитки в небольшой узелок и не забыл положить в карман кошелек. Это избавляло его от неприятной необходимости возвращаться в замок и встречаться с графом Эштоном, который, конечно, уже будет знать, кто хозяин пса, загрызшего его пойнтера. Можно себе представить, какая встреча ожидала грума! Правда, при этом Малыш терял положенное ему жалованье за две недели, которое он, кстати, собирался потребовать. Но уж лучше примириться с потерей одного фунта, но зато оказаться подальше от замка Трэлингер, Пайборна-младшего и управляющего Скарлетта. Бёк был с ним, что еще нужно? А теперь следовало только как можно скорее убраться отсюда.