Мама с проблемами
Шрифт:
— О! Ты очнулась, соня! — раздалось за спиной в тот момент, когда я собиралась с силами, чтобы отойти в сторону и пропустить девочку внутрь.
— Соня? — я медленно обернулась к Генри, краем сознания отметив, что силы понемногу начали возвращаться. — Сколько я спала?
Законник хмыкнул, снял очки и протер стеклышко рукавом рубашки:
— Пойдем, я тебе отвар сделаю, Яра. Лекарь прописал микстуру, как встанешь на ноги.
То, как он попытался уйти от разговора, не осталось незамеченным. И я только сильнее напряглась. Лекарь? Значит,
Меня усадили на кухне, воткнули в руки чашку с горячим травяным отваром, Генри щедро плеснул горькой микстуры и заставил выпить все до дна. И только потом заговорил.
— Горячка длилась три дня, Яра…
— Сколько?! — я поперхнулась остатками отвара и удивленно вскинула брови.
Тряхнула головой, пытаясь хоть что-то вспомнить. Но последним ярким воспоминанием был Эвен с сигаретой в зубах. Кажется, я ее у него выдернула и выбросила.
— Ну, в общем-то, да, — кашлянув, смущенно произнес мужчина. А от меня не укрылось, что он чего-то не договаривает.
— Здесь был лекарь? — зацепилась я пока за то, что уже было известно. — Что он сказал?
— Что ты не заразна, — успокоил меня он. — Твоя болезнь напомнила ему горячку, которой страдают короли. От усталости.
Короли? Чего, блин?
Ладно, не заразна — уже хорошо.
— Что еще я проспала? — спросила строго, взглянув на законника.
Генри пожал плечами и расплывчато ответил, что, в принципе, ничего страшного за время моей болезни не произошло. Добавил, что лекаря прислал лорд Митчел. А до этого Эвен приводил какую-то травницу
О диагнозах, которые ставила мне эта женщина, Генри не сказал. Судя по всему, здоровья в прогнозах той не было.
Я мысленно отметила, что долг перед лордом Митчелом такими темпами будет только увеличиваться.
— Как ты себя хоть сейчас чувствуешь? — после короткого рассказа поинтересовался он.
— Ну, раз сказали, что жить буду, значит, буду, — отмахнулась я. Стараясь не думать о том, что выгляжу сейчас или как зомби, или как студент в разгар сессии.
Мы посидели в тишине несколько минут, потом Нетта не выдержала. Она раз — дцать сказала о том, как счастлива, что я пришла в себя. Подспудно нажаловалась на Эвена, который почти не появлялся дома, и только потом перешла к рассказу про школу. Ей явно не терпелось в подробностях поделиться впечатлениями.
— Яра там тако-о-ое здание! — разводила руками малышка, задыхаясь от восторга и подпрыгивая на месте. — А еще! Еще! Еще сказали, что я читаю хорошо! Не как другие! Представляешь?
Она восторгалась почти всем, что ей удалось увидеть впервые. И радостно добавляла, что ее платье было лучше, чем у других двчонок. Вскоре к ней присоединился Лайн. Мальчишка не так сильно фонтанировал восторгом, но в глазах читалось счастье от того, что им удалось пойти в школу.
Я же слушала их и понимала, что проспала «первое сентября». И так грустно от этого стало. Что не я отвела детей в школу, а Эвен…
К слову, об Эвене.
Старший
— Привет, — Эвен первым увидел Генри, а потом заметил и меня. — О, Яра! Тебе уже лучше?
— Да, — я улыбнулась. На самом деле к вечеру я чувствовала себя настолько отдохнувшей и полной сил, будто болезни и не бывало. — Спасибо за заботу, Эвен. Генри рассказал мне о травнице.
— Угу, — он просто кивнул и вытащил из печки горшочек с супом. Генри хотел меня им накормить в обед, но я отказалась. Голод пропал так же быстро, как и проснулся после.
— Там Линн приходил, — бросил через плечо Эвен. Потом повернулся, поставил перед собой миску и сел напротив.
У меня вновь сжалось сердце от дурного предчувствия. Старший был каким-то слишком хмурым.
— Да, — я прикрыла глаза, вспоминая, когда в последний раз слышала это имя. — Он же… встретил нас тогда, когда мне стало плохо, да?
— Он донес тебя до дома, — кивнул Эвен. — Просил передать, что как только восстановишься, тебя на разговор ждет Хозяйка.
Точно, от Келды же должен был прийти человек!
— Хорошо, — я кивнула, понимая, что отлеживаться больше времени у меня нет. За эти три дня Эвен должен был истратить тот запас средств, что у нас оставался.
А значит, надо как можно скорее возвращаться в строй. И заниматься делами.
— Ладно, я пойду спать, — Генри встал из-за стола первым. — Тетя просила завтра заглянуть, у нее какие-то дела. Да, Яра, она тебе передавала пожелания скорейшего выздоровления.
— Спасибо, — я слабо улыбнулась. — Думаю, что уже послезавтра приду к ней…
— Тебе отдыхать надо, — резко и как-то раздраженно отозвался Эвен, с громким стуком опустив ложку. — Чуть кони не двинула! А уже все — в работу стремишься!
— Эвен… — я подняла на него удивленный взгляд.
Но парень рывком встал из-за стола. И, не проронив больше ни слова, вылетел из кухни.
— Они все испугались, Яра, — тихо проговорил Генри, остановившись в дверях. — Когда тебе стало плохо и травница сказала, что ты не доживешь и до утра…
Я прикрыла глаза, буквально ощутив ту пучину отчаяния, которая должна была раскрыться перед тремя сиротами после этой новости.
Но фигушки там плавали!
Меня какой-то там странной королевской болезни не взять. Так что, отправив Генри спать, я приступила к тому, что нужно было сделать еще три дня назад.
А именно, к созданию большого двухъярусного торта из папье-маше. За ночь он застынет так, что на нем можно будет показать возможные рисунки. А потом…
В комнату я вернулась уже далеко за полночь. Уставшая и с пропахшими клеем руками. Это еще хорошо, что я его успела купить в тот же день, когда про папье-маше с пекарем заговорила — сейчас прогулка по городу далась бы не так просто.