Мамин сибиряк

– Любочка Дмитриевна, ну е-мое, тебя еще долго ждать?

Я встрепенулась, отвела взгляд от огромного добермана, которому собственноручно сделала операцию, и медленно поднялась на ноги.

Часы на стене показывали без четверти три. Вместо того чтобы гонять чаи с медсестрой, мне следовало поспать. Но после такой встряски уснуть у меня получилось бы разве что под наркозом. Настолько я не привыкла, что могу работать сама, как настоящий доктор, коим, по идее, я и являлась, если верить диплому. Даже интересно, сколько

еще инородных предметов мне следует извлечь из желудков моих четырехлапых пациентов, чтобы это стало рутиной. Конкретно в этом случае я достала четыре носка, трусы и кухонное полотенце!

– Иду, – пробормотала я, поскрипывая своими новенькими кроксами по выдраенным до блеска коридорам ветеринарки.

– Вот и славно. Чайку, да, Любочка Дмитриевна? – встрепенулась медсестра, когда я вошла в оборудованную для отдыха комнатушку. – Вот, с пирожочком.

К тому, что у меня есть медсестра, привычки пока не возникло тоже. Поэтому я безропотно ей кивнула, опустившись на стул, хотя еще недавно клялась себе завязать с жареным и мучным.

Хотелось в душ. Хотелось переодеться во что-то, не пахнущее лекарствами и бинтами. И чтобы бедолага Граф поправился. Кстати…

– А кто там кричал в коридоре? – спросила я, стараясь выглядеть как можно более незаинтересованно, пусть в реальности любопытство распирало меня, как злосчастные носки желудок прооперированного песика.

– Так ведь хозяева Графа ругались. Я сдуру им показала, что тот сожрал. И знаешь что, Любочка Дмитриевна? – Зинаида Сергеевна заговорщицки наклонилась ко мне через стол.

– М-м-м? – протянула я, приготовившись услышать что-то из ряда вон выходящее.

– Оказалось, что это вовсе не хозяйкины кружева, – выразительно подняла брови Сергеевна.

– А чьи? Хозяина? – ахнула я, округлив глаза.

– Да нет же! Я так поняла, что его любовницы.

– Ничего себе. Бедная женщина. Вот так узнать об измене мужа.

– Ужасная ситуация, – покивала Зинаида Сергеевна. – Да ты ешь, ешь… Смотреть на тебя больно – кожа да кости.

Едва не подавившись чаем, я заглянула в зеркало, дабы убедиться, что мы действительно говорим обо мне. Насчет «кожа да кости» моя медсестра явно погорячилась. Четвертый размер груди, фигура-гитара… Нет, ну если у меня кожа да кости, то тогда модели Victoria’s Secret и вовсе призраки.

– А все потому, что работаешь круглосуточно! Где это видано? Молодая девочка, а никакой личной жизни, – продолжала сокрушаться Зинаида Сергеевна.

О, нет. Чего не надо – того не надо. Я только выбралась из суу-у-упертоксичных отношений, о которых даже вспоминать было стыдно, не то что кому-то рассказывать. Сейчас-то я, конечно, понимаю, что жила с настоящим абьюзером. А тогда я была настолько слепой, что вообще, кажется, не замечала ни его умелых манипуляций, ни того, как чудовищно в себе разуверилась. Господи, да я почти согласилась с мыслью, что я без него – ноль без палочки!

Кстати, может, именно оттуда и растут мои комплексы по поводу внешности. Бывший любил пробросить что-нибудь вроде «Тебе не мешало бы похудеть» или «Что-то ты сегодня хреново выглядишь».

А я ему верила. Он же это будто вскользь говорил и по-доброму… Ага… Верила и старалась подогнать себя под чужой идеал, который для меня был совершенно недостижимым.

– Где же ее взять – личную жизнь? – отшутилась я.

– Ой, мне ли тебе рассказывать! У вас, вон, даже приложения для знакомств есть. Не то что в наше время.

– Да в тех приложениях одни извращенцы сидят, – отмахнулась я, деликатно прикрывая зевок ладошкой.

– А вот и не скажи. Вот… – Зинаида Сергеевна отклонилась на стуле, чтобы извлечь из кармана телефон. Что-то там наклацала и протянула мне. – Ну?

Первым делом взгляд зацепился, конечно, за фотографию. Честно, я не слишком большой спец по сайтам знакомств, но если бы я была мужчиной и захотела вот так с кем-то познакомиться, то выбрала бы другое фото. Тут же его лица было даже не разглядеть. Да и ракурс выбран странный. Будто парня сфоткали исподтишка, пока тот отвернулся. Из-за этого его плечи казались нереально раздутыми. Надвинутая на брови кепка скрывала большую часть лица, поэтому в глаза бросались разве что не самый изящный нос и заросший подбородок.

Ну а потом да… Потом только я прочла заголовок.

«Ищу жену для моего сына. Срочно!» и ниже:

Мамин Олег. Тридцать четыре года.

– А Мамин – это фамилия или знак принадлежности? – уточнила я на полном серьезе.

– Конечно, фамилия, – вздернула брови Зина, будто я ляпнула несусветную глупость.

– Ну-у-у, признаться, я засомневалась, учитывая инициативность… собственно, кхм… мамы.

Мне сделалось так смешно, господи! Но ведь непонятно было, кем эта самая женщина приходится Зине, а потому я бросила все силы на то, чтобы не захохотать в голос.

Бедный Олег. Мать явно прокляла его этим объявлением, обрекая то ли на вечное одиночество, то ли, напротив, на знакомство с какой-нибудь ненормальной, ведь мне сложно представить, чтобы адекватная девушка повелась на такую… кхм… презентацию.

Дорогая моя будущая невестка! Если ты совершеннолетняя стройная блондинка с высшим образованием и английским не ниже уровня В2… Если у тебя нет имущественных проблем и прочих обременений в любом их проявлении… Если ты любишь спорт и ведешь здоровый образ жизни, если умеешь готовить (любимое блюдо Олежки – голубцы), ладишь с детьми и исповедуешь традиционные ценности, жду твою анкету!

Содержанок, судимых и пьющих просьба не беспокоить.

Мои глаза полезли на лоб еще на требовании о владении английским. Интересно, к анкете надо было прилагать свой сертификат IELTS? Или можно было отделаться тестом в Duolingo?

У меня не было ни того, ни другого. Так что ситуацию вряд ли бы усугубили припрятанная дома бутылка рома и протокол о мелком хулиганстве.

Ошалев, я отхлебнула чая и вернулась к тексту:

Немного об Олежке…