Мангуст
Шрифт:
— Идите уже!
— Ладно! Ладно! Не кипятись! Уходим до обеда. А если всё так, как ты говоришь, то ты действительно неплохо устроился, — сказал Арис с небольшой ноткой зависти в голосе.
— Согласен, если она красавица, то это реально круто. А у неё сестрёнки нет или подружки? — Штерн снова рассмеялся, но тут же исправился: — Я спрашиваю исключительно с чистыми намерениями!
Мангуст не успел на это ничего ответить — друзья убежали.
За оставшееся до обеда время Михаил так и не придумал, как решить проблему с первым танцем, поэтому ему не осталось ничего другого, как между вторым горячим и десертом признаться Изабелле, что он, скорее
— Одному танцу? — удивился Мангуст. — Думаешь, этого хватит?
— Конечно, дорогой! — улыбнувшись, ответила принцесса и потянулась маленькой серебряной ложечкой к хрустальной розетке с розовым суфле.
— У вас что, принято танцевать только один танец? Разнообразие не приветствуется?
— У нас много танцев в программе, но мы лишь откроем бал, — ответила Изабелла и поднесла ложечку с суфле ко рту, собираясь полакомиться десертом.
— И всё? Лишь откроем, а потому будем просто смотреть, как другие танцуют? — удивился Михаил.
Изабелла перестала улыбаться, положила ложечку с розовым десертом прямо на белоснежную скатерть и с искренним удивлением уставилась на мужа.
«Твою же маму, вот ведь я идиот! — подумал Мангуст и еле удержался, чтобы не хлопнуть себя с размаху ладонью по лбу. — Девчонка-то уже о первой брачной ночи думает, даром что цифровая, а меня танцы заботят. Стыд и позор! Теряешь, Мишаня, главный навык».
Надо было срочно спасать ситуацию. Мангуст положил руку на ладонь Изабеллы и нежно погладил пальцы жены, после чего посмотрел ей прямо в глаза и улыбнулся. Выдержал небольшую паузу, придвинулся к принцессе и прошептал ей на ушко:
— Это была шутка, любовь моя. Я с нетерпением жду момента, когда мы откроем нашим танцем бал и после этого сможем наконец-то уединиться в нашей спальне.
После этого Михаил легко, едва прикоснувшись губами, поцеловал жену в шею. Изабелла покраснела, глубоко задышала и потупила взор.
«Всё ещё можешь, всё ещё достоин, — мысленно констатировал довольный собой Мангуст. — Коряво, конечно, отмазался, но ситуацию выправил».
Глядя на то, как завелась Изабелла от одного лишь поцелуя в шею, Михаил представил, что его ожидает ночью, и невольно улыбнулся. Он поймал себя на том, что теперь тоже будет ждать вечера с нетерпением. И ещё он подумал, что во время обучения танцу нужно быть очень осторожным. Михаил себя знал хорошо — учитывая невероятную красоту его жены и её исключительную чувственность, был большой шанс до первой брачной ночи недотянуть.
Несмотря на опасения Мангуста, урок танцев прошёл без сюрпризов. Ситуацию спасла сама Изабелла, пригласив на занятие придворного учителя танцев — худого ворчливого старикашку. И это стало очередным сюрпризом.
«Не удивлюсь, если у них найдётся придворный психолог или, вообще, какой-нибудь специалист по тимбилдингу, — подумал Мангуст, прочитав статы старикашки. — Это сколько же сил и времени угрохали разработчики на этот мир. Здесь действительно можно жить».
Хоть учитель и ворчал, не переставая, урок прошёл весело и довольно быстро принёс ожидаемый эффект — к концу первого часа занятий старикашка сказал, что танцевального навыка маркиза Мангуста уже хватает, чтобы гости сразу не разбежались. Этому способствовало ещё и то, что первым танцем программы оказался вальс, едва ли не самый простой среди бальных танцев в плане количества движений, которые следовало
К концу второго часа учитель заявил, что гордиться пока ещё нечем, но бал уже можно смело открывать. На том и остановились — удивлять гостей невероятной техникой вальса молодожёны не собирались.
Время до начала бала пролетело незаметно, молодые едва успели переодеться: принцесса в роскошное вечернее платье, а маркиз в очередной костюм средневекового модника, любезно предоставленный королевским портным. Михаил не был человеком очень уж разбирающимся в моде, но он смог определить, что костюмы молодожёнов были из разных эпох. Фасон его наряда был минимум лет на двести старше фасона платья Изабеллы.
Было ли это изначальной небрежностью разработчиков или непись-портной сам в процессе своего профессионального развития дошёл до такого — осталось загадкой. Однако, несмотря на то, что Михаилу категорически не нравился его костюм, спорить он не стал — нарушать традиции и расстраивать жену с тестем не хотелось. Да и снять он его планировал довольно быстро.
Перед самым началом бала Джонатан рассказал маркизу Мангусту, что и как надо делать, чтобы не ударить в грязь лицом на таком важном мероприятии, поделился всеми нюансами бального этикета. Спасибо новой цифровой памяти, запомнил Михаил всё с первого раза.
Королевский Бальный зал впечатлял. Огромные картины в позолоченных рамах на стенах, изящная лепнина на сводах высокого потолка, красивейшие витражи на окнах, сотни горящих восковых свечей в массивных хрустальных люстрах — всё это лишний раз напоминало о том, что король Ричард явно не бедствовал и деньги в королевской казне водились. Впрочем, любые сомнения в этом можно было отбросить уже после поразившего всех своим размахом обеда.
Народ, пришедший на бал, соответствовал обстановке — все были нарядные, улыбающиеся и красивые. На секунду Михаилу даже стало обидно, что не удастся немного задержаться и посмотреть, как все эти неписи будут веселиться. Он решил, что надо будет потом обязательно расспросить Штерна и Ариса, как всё прошло. И это был не праздный интерес — новоиспечённый маркиз хотел собрать как можно больше информации об автономной жизни НПС в Золотом Мире.
Ровно в девятнадцать ноль-ноль придворные музыканты исполнили свадебный марш, после которого наступила полная тишина. Джонатан выдержал небольшую паузу и предоставил слово королю Ричарду. Монарх поприветствовал гостей и объявил танец молодожёнов, в очередной раз пустив скупую отеческую слезу — видимо, эмоции, и в том числе сентиментальность, были настроены у этого непися на максимум.
Оркестр заиграл первые аккорды вальса, и молодожёны начали танец. Прошло всё без осечек, а в середине, когда они с Изабеллой вихрем кружились по залу и ловили восхищённые взгляды подданных короля Ричарда, Михаил поймал себя на мысли, что ему всё это очень даже нравится.
По окончании танца все присутствующие устроили оглушительную овацию и выстроились в живой коридор, ведущий от центра танцевальной зоны к выходу. По этому коридору принцесса и маркиз покинули бальный зал.
«Хорошая традиция у неписей, — подумал Михаил. — Не то что у нас в реале, когда молодые к окончанию свадебного банкета, думают лишь о том, как бы поскорее добраться до кровати, рухнуть на неё без сил и забыться. Потому что за вечер они успели выслушать сотню тостов, раз двадцать поцеловаться под дружный счёт родственников, развести десяток драк и пресечь несколько отчаянных попыток пьяных гостей украсть то невесту, то хотя бы её туфельку».