Манипулятор
Шрифт:
Как-то после поездки на конный завод, когда переполненный впечатлениями Сережа, резво выскочив из автобуса, бросил на землю проездные билеты, дед возмутился:
– Это что еще за свинство?! Немедленно подними и выброси в урну! Как ты думаешь, для чего она здесь стоит?
Ни слова ни говоря, мальчик выполнил его приказание.
– И эти тоже подними, - ткнул дед пальцем в валявшиеся бумажки.
– Вишь, разбросали! Отойдите, - обратился он к стоявшим на остановке женщинам.
– Пусть этот будущий дворник наведет здесь порядок – вряд ли из этого балбеса выйдет что-то путное.
– Ну за что вы так пацаненка-то?
– попыталась вступиться за Сережу одна из женщин, глядя на него с жалостью и сочувствием.
– А тебя кто спрашивает?
– злобно огрызнулся дед.
– Давай
– Вообще-то, я круглый отличник, - робко напомнил Сережа.
– Ой, да знаем мы вас, отличников! Вот твоя мать… - начал было дед и осекся – видно, понял, что сейчас наговорит лишнего.
– Да хватит болтать, давай собирай!
– рявкнул он на внука.
Давясь слезами гнева и обиды, Сережа молча собрал весь мусор на автобусной остановке и выбросил его в урну. В эти минуты он ненавидел деда лютой ненавистью.
Последний раз Сергей видел деда и разговаривал с ним незадолго до его смерти. Старик был уже совсем слаб и не вставал с постели.
– Я не знаю и не хочу знать, от кого твоя мать родила тебя, - начал дед, велев внуку сесть на стул возле кровати.
– Знаю лишь, а точнее абсолютно уверен, что это подлый и мерзкий тип. Ты уже взрослый и не сегодня завтра женишься. И я надеюсь, что ты именно женишься, а не обрюхатишь какую-нибудь несчастную доверчивую дурочку и не бросишь ее с ребенком, который, как и ты, будет расти в убожестве и позоре. Всякий человек, а особенно мужчина, должен отвечать за свои поступки и уж тем более не имеет права обрекать свою кровинку на страдания, которые претерпел ты из-за распутства своей матери и низости отца, хотя это ничтожество вряд ли можно так назвать. Прошу тебя запомнить мои слова!
Слушать это Сергею было невыносимо тяжело, поскольку он боготворил свою мать и неуважительное отношение к ней воспринимал как личное оскорбление. Но он знал, что дни деда сочтены, а обидеть умирающего - большой грех. Поэтому слушал старика молча, просто давая ему выговориться. Сергею, несмотря на все то, что ему довелось претерпеть от деда в детстве, было жалко его: человек прожил жизнь, так и не научившись самому главному в ней - любить и прощать.
Дед умер через три дня после их разговора, а бабушка - незадолго до смерти мамы.
***
Профессию психолога Сергей выбрал потому, что не мог найти контакта со сверстниками. Он надеялся, что в процессе обучения научится ладить с людьми и его жизнь изменится к лучшему.
В университете от прочих студентов Сергей отличался серьезностью, целеустремленностью и эрудицией. Но поскольку он нередко позволял себе публично нелестно отзываться о преподавателях и высмеивать сокурсников за дурацкие, с его точки зрения, суждения, то очень скоро заслужил репутацию высокомерного и злобного типа. Впрочем, они никогда не упускали возможности поставить его на место или сделать ему какую-нибудь гадость.
С девушками он не встречался, так как все они казались ему вульгарными и недалекими, а к тому же совсем не походили на его мать, которая была для него идеалом.
Впрочем, на втором курсе ему все же вскружила голову некая Даша. Немолодой профессор, преподававший социальную психологию, создал ей имидж идеальной девушки, и все парни выстроились в очередь с предложениями руки и сердца. По какой-то непонятной Сергею причине «опекун» свел Дашу с ним, и они стали встречаться. Целый год он дарил девушке цветы и провожал до подъезда, пока, то ли из жалости, то ли потому, что он ей до смерти надоел, поскольку дальше целования ручки при прощании дело не шло, а ей требовалось нечто большее, красотка не рассказала ему о том, что встречается с профессором на снимаемой им для любовных утех квартире, и не заявила, что только глупый теленок мог не заметить их связи. Связи этой Сергей действительно не заметил, хотя мог бы давно догадаться по издевательским репликам, бросаемым ему в спину однокурсниками. Но он предпочитал думать, что они просто ему завидуют. Мучительно переживая свое унижение, Сергей написал свой первый рассказ.
ДОЧЬ ТЬМЫ
Однажды к Вельзевулу
По набережной южного приморского городка не спеша прогуливался молодой человек. Он приехал сюда в отпуск, остановился в местной гостинице и теперь наслаждался свободой, солнцем и дурманящим ароматом цветущей акации. Вдали возвышалась огромная гора, вдававшаяся далеко в море, словно демонстрируя ему свою мощь, и юноша решил дойти до нее, а заодно осмотреть окрестности.
Уже подходя к цели своего маленького путешествия, он увидел, как у самого ее подножья неожиданно, словно из ниоткуда, возникла стройная девичья фигура. Молодой человек решил подойти поближе, чтобы лучше рассмотреть девушку, а может быть, даже познакомиться с ней, для того чтобы вместе приятно проводить время. Разумеется, при условии, что она окажется симпатичной. И тут он заметил, что девушка движется в его направлении. Они шли навстречу друг другу, пока не поравнялись. Остановившись, молодые люди встретились взглядами и несколько минут стояли молча. Они словно ожидали чего-то друг от друга. Юноша, даже если бы и захотел, не смог бы вымолвить ни слова - так его поразила ослепительная красота незнакомки. Никогда и нигде он не встречал прекраснее лица и более безупречной фигуры. Она была само совершенство! А взгляд ее зеленых, словно подернутых легкой дымкой глаз завораживал юношу и напрочь лишал его воли и способности здраво мыслить. Желая убедиться, что это не галлюцинация, он коснулся ее руки. Она была теплая и явно принадлежала человеку из плоти и крови. Заметив его жест, девушка усмехнулась.
– Как тебя зовут?
– спросил он ее.
– Зови как хочешь,- ответила она.
– Мне все равно.
– Я буду звать тебя Афродитой, потому что ты само совершенство, ты божественно прекрасна.
– Божественно?
– переспросила она и рассмеялась.
– Божественно!
– гулко отозвалось в расщелинах скал.
– Божественно, божественно!
– заржало и залаяло вокруг.
– Пойдем со мной, - сказала она и, взяв его за руку, повела к горной расщелине.
Они шли долго, но никак не могли дойти до горы, которая, казалось, находилась не так уж и далеко. Время от времени девушка останавливалась, обвивала шею юноши руками и подолгу молча всматривалась в его лицо. Ему было сладостно и жутко от ее взгляда. Едва он пытался что-то сказать, как она прикладывала ладонь к его губам и вела дальше. Наконец они достигли расщелины и стали спускаться вниз, как вдруг она исчезла.
Юноша долго искал и звал ее, но все было напрасно. Уже начинало темнеть, и он медленно побрел к парку, откуда доносились звуки музыки.
Навстречу ему с танцевальной площадки устремился людской поток, и он оказался в кругу танцующих. Круг становился то шире, то уже, вовлекая его в хоровод.
– Веселей, веселей!
– слышалось вокруг. Под влиянием неведомой силы он двигался все быстрее, и вскоре уже несся вместе со всеми в бешеном танце.
Вдруг за его спиной прозвучал нежнейший женский голос, с укором вопрошавший: «Милый, почему ты оставил меня?» Он резко обернулся и увидел ее лицо. Юноша хотел остановиться, но людской поток увлек его, и теперь все наперебой стали спрашивать, почему он бросил ее одну в горах.