Манускрипт[СИ]
Шрифт:
— А может ли это связано со смертью госпожи Куртиковой?
– задумалась Александра. — Неужто совпадение? Я наблюдала за многими следствиями, и ни в одном из них не было совпадений!
— Всё возможно, — я готовился к любому повороту дела.
— Никогда не забуду, как злобное трио жестоко посмеялось над Ручкиным, одним их моих знакомых, — вспомнил князь, — Он был невысок, неказист, чрезмерно застенчив, но очень умён и интересен в беседе. Ручкина часто приглашали в салоны, где приятные беседы предпочитали сплетням. Он занимался изучением древних языков,
— Да, я имел счастье слушать рассказ Ручкина о Вавилоне, — произнёс я печально, — весьма интересно... Неужели причина его смерти три злобных дамы?
— Получив известие о смерти Ручкина, мы были очень удивлены, — добавила Ольга, — но никто не смог дать нам вразумительного ответа...
— Действительно, виной всему три фурии, хотя в свете об их поступке стыдливо умалчивают, — ответил князь, не скрывая презрения к жестоким насмешницам, — Берова разыграла свою пылкую любовь к Ручкину, а подруги помогли ей убедить жертву в истинности её чувств.
— Но почему вы не помешали этой жестокой игре?
– возмутилась Аликс.
— Мы не знали... Дамы действовали тайно. Берова писала Ручкину пылкие письма, а подруги вели с ним задушевные беседы о том, что она без памяти влюблена в него... Они заставили его сделать публичное признание в любви...
— А что Берова? — спросил я, догадываясь о дальнейших событиях траги-фарса.
— Она ответила, что не писала ему никаких писем, и что полностью равнодушна к его персоне... Затем обвинила в дерзости, по-актёрски заплакав... Подруги, состроив гримасы гордости, сказали, что ничего не говорили ему о любви Беровой, обвинив во лжи...
— Думаю, услужливые болваны-кавалеры поддержали это наигранное возмущение!
– вздохнула Аликс, - и, желая выслужиться перед своими дамами, набросились на несчастного...
— К счастью, они испугались меня и моих друзей, мы-то легко раскусили их жестокую шутку!
– ответил Долгоруков.
– Берова и её подруги получили ответный удар... Увы, наша поддержка не спасла беднягу Ручкина. От пережитого волнения у него отнялись ноги, через день он впал в забытье, а спустя неделю скончался...
— Понимаю, как тяжело чувствовать себя обманутым в своих искренних чувствах, — печально произнесла Аликс.
— Да, Ручкин сказал мне, что его ранил не публичный позор, а крушение любовных надежд... Больно, когда столь злобно посмеялись над любовью...
— Эти особы просто омерзительны! — воскликнула Ольга.
Я искренне сочувствовал бедняге, жалея, что меня не было рядом. Возможно, мне бы удалось заранее разгадать их жестокий план, и спасти юношу от роковых надежд.
Из журнала Александры
Сегодня Нина Реброва рассказала мне об их очередной эксцентричной постоялице.
—
Рассказ о странной гостье вызвал интерес и страх одновременно. Наверняка, эта дама заинтересовалась мною... вернее, манускриптом, хранителем которого мне пришлось стать поневоле...
Мы вышли в парк. Оглядевшись по сторонам, к своему ужасу я увидела Берову и Зеленовскую. Лучше бы я встретила ту таинственную даму, чем этих злобных гарпий. Компания двух светских дам, сопровождаемая вульгарно нарумяненными девицами деревенского облика и услужливыми кавалерами, преградила нам путь. По их насмешливым лицам не трудно было догадаться, что они хотят снова унизить меня. Общества, беседовавшие неподалёку, с любопытством взирали на нас, готовясь посмеяться. Нина приготовилась дать насмешникам достойный ответ, но её помощь не уменьшила бы моего унижения и обиды.
— Вы умрёте завтра, — произнесла я таинственным тоном, указав на Зеленовскую, — а вы следующая... — я перевела взор на Берову, состроив гримасу ужаса.
Весёлость мгновенно слетела с лиц дам и их спутников. Группы в стороне испугано зашептались. В эти мгновения я наслаждалась победой. Я чувствовала их страх, который делал насмешников жалкими и ничтожными.
— Я пошутила, — весело нарушила я тишину.
Мой взгляд пронзал их насквозь.
— Нам лучше удалиться от этой сумасшедшей, — пробормотала Зеленовская, но её слова прозвучали весьма неуверенно.
Торжествующая улыбка была моим ответом. Услужливые кавалеры медленно попятились назад, скрывшись за парковыми деревьями. Деревенские подруги, подобрав пышные юбки, последовали их примеру.
— Ваше общество тает на глазах, — рассмеялась Нина.
На этом мы решили оставить подруг.
— Ты, правда, пошутила?
– поинтересовалась Реброва.
Мне показалось, что в её голосе прозвучало скрытое разочарование.
— К сожалению, да, — ответила я с сожалением, — если бы я, действительно, увидела одну из них с перерезанным горлом, то не смогла бы скрыть радости...
— Ужасные особы, — согласилась Нина, — злобные и жестокие! Не могу понять, почему некоторые глупцы поддаются их чарам?
— Я задавала этот вопрос князю Долгорукову, который ответил, что для него это тоже загадка. Потом, подумав, добавил, что среди мужчин немало наивных субъектов, которыми подобные дамы вертят, как игрушкой... К сожалению, среди них встречаются вполне достойные люди...
Мне вспомнился несчастный Ручкин, над которым они столь жестоко посмеялись.
— Ты носишь манускрипт с собой?
– вдруг спросила Нина, указав взглядом на футляр, висевший у меня на поясе.
– А он неплохо смотрится на платье, почти как твой меч...