Маньяк

Сокольников Борис

Когда вскрыли подвал, в нем нашли черный гроб хорошего качества, который маньяк приготовил для одной из своих очередных жертв, может быть, для Наташи.

Сам генерал Мартынов, руководитель УМВД России по Калининградской области приехал в кабинет к следователю Баранову и тот демонстрировал ему большие куски разделанного человеческого мяса, вынимая их из холодильника:

– Это он отбивные делал. А это фарш. И котлеты.

Немедленно объявили Колю в розыск. Но его нигде не могли найти и поймать.

По авиационным и железнодорожным билетам он из Калининградской области не выезжал. Так как прошло уже больше полутора суток, а его все еще не могли найти. Подняли всех, кого только можно. Колю объявили в федеральный розыск. Стали проверять все лодки и катера, не мог ли он уплыть на них в Польшу или в соседнюю Швецию.

Следователи сбились с ног. Выяснились новые жуткие подробности. Оказалось, что Свекольников не только жарил котлетки, но и торговал человеческим мясом.

На улице Восточной нашли Жалакявичуса Виктора Витусовича, купившего у Коли шесть килограммов мяса. Жалакявичус жил на Восточной 21 в большом белом четырехэтажном доме на четвертом этаже. Это был высокий тридцатидевятилетний сангвиник, добродушный, веселый, с пышущим здоровьем лицом.

По его словам, он встретил Свекольникова прямо напротив дома, на Тихорецкой, около гаражей, и тот сразу же предложил ему купить несколько килограммов хорошего свежего мяса. По словам Жалакявичуса, у Свекольникова этого мяса было в два раза больше. Он нес его в двух руках, в двух пакетах, и продал половину за 900 рублей; как оказалось всего около шести килограммов.

Свекольникова Жалакявичус знал раньше, поэтому не о чем его не спросил и не удивился. Мясо это Жалакявичус со своей семьей на праздниках съел, почти ничего не осталось. Что это за мясо, Жалакявичус не интересовался.

И это мясо не имело ничего общего с кровью женщины в бункере на поддонах!

Между тем Свекольникова никак не могли найти. Он пропал. На уши были поставлены все работники милиции, стукачи и также работники госбезопасности. Генерал Мартынов лично курировал следствие. Так прошло два дня, три дня, и четыре дня.

Но на четвертый день Свекольников появился. Он, как ни в чем не бывало, приехал в Калининград. Он не знал что его ищут.

Вместо того, чтобы отправиться домой, он пришел к школе, зная, что сегодня последний день занятий. Назавтра школа тоже еще работала, но Свекольников знал, что фактически занятий уже не будет, это последний день, и детей рано отправят по домам.

Он встал в пустынном переулке, за кустом, с небольшой черной сумкой на плече, в которой кроме прочего были нож, молоток и пакеты. Рядом, за спиной, зияло окно черной дыры подвала.

18

Показалась Наташа. Она шла одна. Было видно как она пересекла стадион и одну минуту казалось, что она пойдет вдоль заросшей кустами и деревьями Октябрьской площади мимо двухэтажных домов, но она свернула в переулок. Свекольникова она не видела.

Он неожиданно возник перед ней.

– Опять ты!
– сказала она.
– Когда же ты перестанешь меня преследовать?

– Я исправлюсь!
– сказал Коля - Я перевоспитаюсь

Ему нужно было, чтобы Наташа чуть-чуть отошла в сторону и встала между кустами, чтобы ее было не видно вдоль переулка и с улицы.

– Я хочу у тебя что-то спросить, - сказал он.

– Как пройти в библиотеку?.. Ты у меня уже спрашивал.

– Ну, это тогда была шутка. Нет. Я хочу спросить другое.

– А ты перестанешь меня преследовать?

– Конечно, - сказал Коля - Да.

Он взял Наташу за локоть и легким движением отвел ее на два шага в сторону. Он быстро и как бы шутливо полуобхватил ее и тут Наташа вдруг громко и резко вскрикнула. Это был как бы шутливый , но громкий и резкий девчоночий крик, он означал: "Не подходи!"

Тут же из дома из подъезда, или с улицы Павлика Морозова прибежал какой-то работяга, здоровый сильный мужик, ударил Колю резко в плечо, и спросил:

– Тебе что от нее нужно? Ты что пристаешь?

– Ничего.
– сказал Коля, - Я не пристаю.

Он вынужден был простоять несколько минут, пока Наташа не ушла на Павлика Морозова.

– Еще раз к ней подойдешь, убью. Понял?
– работяга злобно и внимательно посмотрел Коле в глаза.
– Еще раз тебя тут увижу, убью. Понял?..

– Понял, - сказал Коля.

Но ушел он недалеко. Его взяли у парикмахерской, напротив церкви, прямо у кинотеатра "Родина." Он так был поражен неожиданностью ареста, что при задержании не оказал никакого сопротивления.

Когда четыре мента везли Колю в зарешеченном "Газике" по Киевской и "козел" на минуту остановился перед переездом через железнодорожный путь на Момоново, Коля вдруг ощутил великую тоску. Сквозь решетку он увидел, что на Садовой люди гуляют в садах, пьют на "шашлыке" пиво и вино, там стоят две белых детских коляски. И он услышал хорошо знакомую пeсню:

– Не манди! Не манди! Неман дивная река!..

О, какая же тоска его оглушила!