Маньяк
Шрифт:
– Раньше парня часто не спрашивали. Родители решали. Привозили девушку за сто километров, или из соседней деревни, - парень видел ее в первый раз, - и любовь была, и все было как надо. Зато знали про эту девушку главное: что она не худого рода. Раньше девушка, хоть какая она была красивая, если она б***ь, и отец ее пьяница, беднота, шваль, и мать у нее б***ь, никто бы ее замуж не взял, отдавали ее замуж на сторону, подальше. А сейчас только за такими и гоняются.
Света была выше Коли на несколько сантиметров. Она ходила в легкой светло-малиновой куртке. Ее ножки были настолько стройны, что в коленях чуть-чуть касались друг друга. Она была глубоко начитана в русской и мировой классике,
Света была умна, не любила "черных", была патриоткой, и уж конечно никогда бы не уехала с Родины в какую-нибудь Америку или Францию только потому что там больше платят денег. Да это ей было и не нужно при ее высоких умственных способностях. А главное, она была честной. Это то, что отличало ее от всех других девушек. Она была очень уверенной в себе. Ей можно было задать любой прямой, любой неприятный вопрос, и она бы ответила. Она никогда не отвечала вопросом на вопрос. У нее было много хороших человеческих качеств. Она бы никогда не предала свою семью. Большинство девушек, - практически все - начав половую жизнь, превращают под любыми предлогами в говно того нравственного мальчика или парня, который серьезно ухаживал за ними и ничего не добился, - так вот такое со Светой было бы невозможно. Она не избегала того, что было ей неприятно, и обо всем говорила прямо. Она была честной.
У нее был младший брат, которому было 11 лет, и Коле это очень нравилось. Значит, Света много возилась с ним в детстве, гуляла, занималась, а не была "маменькиной дочкой".
Коля встречался с ней только тогда, когда она шла из школы, и этого было достаточно. Иногда они стояли и разговаривали в сквере по целому часу. Все для Коли было интересно. Конечно, он мечтал побывать у Светы дома. " О, если бы хоть раз пустили, хотя б на миг, однажды, пусть, в тот светлый дом, где кот Василий..." Коля знал, что этот день когда-нибудь случится. Он знал, что неважно, где, как и когда люди встречаются друг с другом, и в какой обстановке, главное, понимают ли они друг друга.
Коля ей сказал: "Я к тебе отношусь серьезно." Они шли вдвоем к ее дому, и Коля держал Свету за руку. Все время, пока они шли до ее девятиэтажного дома, он ощущал в руке ее маленькие теплые пальчики. Какие у нее были маленькие продолговатые пальчики, как виноградинки.
– Как же ты ими все будешь делать на кухне, дома, обед готовить, щи варить, такими маленькими пальчиками?
– говорил Коля. Он теперь знал, что ему нужно от Светы. Он хотел, чтобы она отрезала ему своей рукой кусок хлеба на кухне. Это была его будущая жена.
На следующий день была суббота. Коля подошел к ее подъезду в два часа дня. Вся семья Светы была в сборе. Они вышли из дома и тут Коля впервые увидел, что ее отец милиционер.
Он был в форме майора милиции.
Как только Коля взглянул на его рожу, он сразу понял все. Это была типичная рожа комсомольца-мента, прозъженного циника.
Когда Коля посмотрел на его жену, ему стало сразу жалко эту милую женщину. Как видно она когда-то, наслушавшись комсомольской пропаганды, поверила молодому милиционеру и вышла за него замуж. В те времена коммунистическая пропаганда из грязных ментов создавала образ ангелов божьих, и эта женщина была одной из ее многочисленных жертв. Единственной задачей милицейского аппарата при коммунистах было мордовать народ, оберегать кучку жирных "хозяев жизни", - партийных и хозяйственных коммунистических функционеров, которые врали, жрали, срали на всех вокруг, и чавкали, и которых кроме
Мама Светы, чистая, честная, хорошая девушка, оказалась в одном доме рядом с грязным, грубым и часто пьяным человеком, который в эти моменты терял человеческий облик. Правда, с годами он немного цивилизовался, стал сдержаннее, понимая что иначе потеряет свою семью. Домой он теперь не приходил пьяным, предпочитая отсыпаться на службе. Скотствовал он теперь вне дома.
Коле было неизвестно, знает ли что-то про него эта семья. Но, судя по всему, знала. Папаша взглянул на него через прищур пропитых синих глаз, не обратил на Колю никакого внимания, и сразу ушел в автомобиль, а его жена сказала Коле:
– Здравствуйте.
Вся семья села в автомашину и уехала.
Невозможно сказать, как Коля был поражен таким открытием.
То, что Светлана дочь именно этого мента, он увидел сразу. Краем своих бровей, их линией, и прищуром глаз она очень походила на своего отца.
Коля был поражен.
Погуляв около дома примерно полчаса, он подошел к троим местным парням из этого дома, немолодым, взрослым ребятам. Им было лет по тридцать. Они сидели на поставленных крестиком лавочках и пили "Жигулевское" пиво. Если бы не это пиво, Коля бы их ни о чем не спросил.
– У вас тут милиционер живет, майор, во втором подъезде, - сказал он.
– Вы не знаете ничего про него?
– А ты почему спрашиваешь?
– спросил один из парней.
– Я ухаживаю за его дочкой, - сказал Коля.
– Хотелось бы узнать, что он за человек.
– Да?..
– спросили парни.
– Да, - сказал Коля.
– Что, нельзя спросить?
– Почему, можно.
Коля сел на лавочку.
Тут же он узнал, что отец Светланы садист. Ему рассказали пару историй. Сначала Коля до конца во все это еще не поверил.
Тут же, за углом этого дома, он поговорил еще с одним парнем, напрямую спросив, знает ли он этого мента и прочее, и все подтвердилось.
Мента этого знали все и слава о нем была плохая.
Коля был ошарашен, и разочарован.
И все же Коля еще не потерял надежды. Он решил все-таки поговорить со Светланой и узнать как она ко всему этому относится и что она думает об этом. Если бы он не относился к ней так серьезно, и если бы в нее не верил, он мог и не думать об этом. Но Света как сексуальная партнерша его мало интересовала, красивых женщин и без нее вокруг было много. Она его интересовала только как жена. Поэтому он решил с ней все-таки поговорить, веря в ее доброту и справедливость. Он думал, что они поймут друг друга.
42
Света возвращалась из школы все по той же аллейке, все так-же в два двадцать пять, как будто уходя из школы всегда строго по расписанию.
Коля рассказал ей и о побоях, и об издевательствах, и что ее отец имеет славу садиста, занимается мордобоем и является хорошо известным подонком.
– Смотри, - сказал ей Коля, - но ведь у этих парней, которых избивал твой отец, есть матери. Ты думаешь, как мучается мать такого парня? Как ей больно? Что ты думаешь об этом?