Маньякой

Ежов Константин Владимирович

Удар, контрудар, рев, грохот. У кого-то из бойцов по спине расползлись щупальца из энергии, кто-то, наоборот, исчез и появился уже за спинами противников. Сверхы. Все. Без шуток.

А я? Я упал. Вовремя, кстати.

Инстинкт, кажется. Грохнулся на асфальт, прикрыл голову руками и начал судорожно осматривать всё вокруг, ища хоть какую-то щель, которая могла бы служить укрытием. Хоть крохотную нишу. Канализационный люк. Подвал. Крышку от ядерного бункера, если уж совсем повезёт.

Но ничего этого не было.

И самого

взрыва, кстати, тоже пока не было. Что, по большому счёту, удивляло. Потому что с такой интенсивностью боя он был бы вполне в духе происходящего.

"Вот бы выжить", – промелькнула мысль. – "А потом разобраться, какого, чёрта, вообще оказался в меню дня у двух враждующих групп сверхлюдей…"

Инстинктивно вжал голову в плечи и упал на асфальт, прячась за бетонной опорой арки. Никакой внятной мысли в голове не было – только одна, отчаянно пульсирующая: "Только бы не попасть под раздачу". Потому что раздача началась, да ещё как – сразу на максималках.

Первым рванул тот, кто выглядел как ожившая гора мышц. Его кожа вспухла и потемнела, словно он внезапно стал из вулканического камня. Он прыгнул на ближайшего из новоприбывших – тощего парня в плаще, за которым будто колыхался жар. Парень дернулся вбок, оставив на месте только горячий воздух, и через мгновение из его пальцев сорвался язык пламени. Он не просто горел – он ревел, огонь был бело-голубым, пульсирующим, как плазма. Прямой удар в грудь каменному – и тот отшатывается, на его теле шипит расплавленный след.

Они дерутся, не жалея ни себя, ни города. Удар – и бетонная плитка взрывается в пыль. Прыжок – и прохожего, опоздавшего спрятаться, сносит ударной волной. От него остаётся только отброшенная обувь и крик, затерявшийся в реве.

Кто-то из моих "почитателей" – боевик в кожанке с татуировками, которые словно оживают на его коже – выкрикивает команду, и его тело начинает вытягиваться, как резиновое, а мышцы вздуваются в нереальных пропорциях. Он вонзается кулаком в землю, вызывая сотрясение, от которого трещины ползут в стороны. Асфальт в нескольких метрах от меня вспучивается, как одеяло под ногами монстра.

Ответом ему служит визг чего-то сверхтонкого. Вихрь стальных нитей рассекает воздух – тонкие ленты срезают каменные выступы, распарывают капоты припаркованных машин. Из тени выходит женщина в длинном плаще, чёрные волосы пылают белым, как у призрака. Она делает шаг – и пространство рядом с ней дрожит, словно сама реальность отказывается подчиняться.

Ещё один участник всплывает из тени – худощавый парень в очках, в руках которого вспыхивает холодное синее пламя. Он вскидывает ладонь – и кусок земли, на котором стоял гопник, мгновенно покрывается инеем, потом трескается и разлетается в крошево. Но не тут-то было: татуированный хрен с воплем сбрасывает с себя покрытую морозом кожу, под которой проступает новая – чёрная, блестящая, как из резины.

Сражающихся всё больше, они продолжают прибывать. Подсознательно

уже понял: меня не делили – за мной охотились. Вопрос только один, какого рожна им всем от меня надо. Только вот охота эта превратилась в междуусобицу на почве претензий.

Небо вспыхнуло. Нет, не молния. Кто-то появился в воздухе – завис, раскинув руки. Из его пальцев в стороны побежали световые волны, напоминая радиальные импульсы на радаре. Под ним начало медленно светиться всё – мокрый асфальт, выбитые двери кафе, даже металлическая урна у стены. Через секунду раздался щелчок – и всё, что светилось, взлетело в воздух, как если бы гравитация решила устроить себе отпуск. Люди, мусор, куски арматуры – всё поднималось вверх и закручивалось по спирали.

– Вот же тля! – только и успел выкрикнуть

– Эй, гравик, ты сдурел?! – рявкнул кто-то снизу, прикрываясь энергетическим щитом.

Гравитационный парень только усмехнулся и щёлкнул пальцами – всё рухнуло вниз. Асфальт загудел от ударов, машины расплющились, как банки от пресса, кто-то завизжал, а кто-то больше ничего не успел.

Вот под такой аккомпанемент ползал под аркой, чувствуя, как мокрая грязь прилипает к одежде. Руки дрожат. Сердце гремит в груди как молот. "Только бы не заметили..."

Но моим мечтам не суждено было сбыться. Заметили. И ещё как!

Один из пришедших – подросток с лицом куклы и глазами, в которых плясали маленькие молнии – смотрел прямо на меня. Он молча указал пальцем – и вспышка прожгла воздух. Стена рядом со мной покрылась дымящейся воронкой.

С перепугу вскочил, метнулся вбок. Ещё один заряд – и асфальт под ногами взрывается. Что-то царапает мне плечо, кажется, кусок камня, и падаю снова, кувыркаясь. Лежать нельзя – добьют. Бежать некуда – всё в пламени дыме и грохоте.

И тут началось самое странное.

По краям улицы загудели сирены. Не полицейские. Военные. Какое-то ЧВК. Корпоранты, короче. И через секунду в бой вмешались новые игроки.

С неба упала чёрная капсула, будто вырванная из будущего. Раскрылась в воздухе – и оттуда выскочили трое в экзоскелетах. Синие прожекторы выхватили фигуры в толпе, и началась контратака. Плазменные импульсы, сетки-ловушки, пульсары – технологичная, жёсткая, выверенная работа. Эти ребята не просто так сюда прилетели – за кем-то конкретным. За кем-то вроде меня.

– Живьём! – раздался в ревущем воздухе хриплый голос одного из бойцов.

Ну, вы думаю поняли: они не за этими суперменами. Они за мной.

Тело, кажется, отказалось слушаться, но ноги всё равно понесли. Вбок, вдоль разбитой витрины, за прилавок кафешки. Ещё секунда – и над головой разлетается стекло. Кто-то из сверхов летит, хрипя и теряя сознание, пробитый лучом.

Позади раздался мягкий шелест – будто перевернулась страница. Книга. Она была со мной, ведь всегда теперь носил её с собой. И сейчас, прижатая к груди, она... тёплая. Шепчет.