Марго
Шрифт:
Мягко выруливаю на трассу. Путь предстоял долгий. В посёлке за четыреста километров на заброшенной фабрике местные эксперты уловили паранормальную активность. Но сделали они это в связи с пропажей людей. В отчёте сказано, что исчезли два наркомана, которые торчали в заброшке, и девочка лет десяти, ходившая в школу через пустырь поблизости. Наша задача выяснить, какая сущность там завелась, устранить её и по возможности избежать травм.
Ситуация не нова. Я однажды прошерстил архив организации, молча позаимствовав пропуск у отца, искал информацию про Марго. Оказалось, её дело засекречено. Это
Совместная работа с полицией помогает скрыть проявления магии для людей, лишённых её. Но то и дело информация просачивается в СМИ и соцсети. И чем дальше шагает человечество, тем всё более явным становится существование сверхъестественного. К счастью или несчастью, точка невозврата не пройдена, и люди продолжают бок о бок жить с магией, даже не подозревая о ней.
Время пролетело незаметно, а я уже который раз ловлю себя на том, что наблюдаю за спящей девушкой, категорически не вписывающуюся в окружающее пространство. Кончики белых, как бумага, волос упали на пол, голова завалилась к спинке сидения, и только тихое сопение говорило, что она жива.
Последний раз, когда я её видел, был полтора года назад. Мы учились в одном университете на разных потоках. Та девушка буквально источала свет и счастье, медовые волосы пленяли проходивших рядом. Марго даже не знала обо мне, когда я цеплялся за неё взглядом, стоило ей появиться в поле видимости. Но катастрофа изменила её жизнь, и она исчезла, или, правильнее сказать, была стёрта из памяти организацией. И наконец, спустя столько времени она спит на заднем сидении моей машины.
Мне удалось понаблюдать за девушкой до сегодняшнего дня. Она разительно отличается от себя старой, не стала хуже или превратилась в свою тень, как это бывает после травмирующих событий. Марго переродилась, ледяной дар оставил отпечаток и на внешности, и на поведение. Но важно не это, а то, что теперь мне выпала возможность её защитить и уберечь от любых нападок организации и конгломерата.
Руки от злости на высшие силы сжали руль до побелевших костяшек.
"Как благородно поступил Себастьян, подобрав сломанную девочку?!" – пронеслась ехидно мысль. – "Но ничего, теперь всё будет по-другому".
На дисплее телефона отразился вызов. Похоже до мамы всё-таки донести новость о моей новой работе.
– Слушаю, – тихо ответил на звонок, – привет, мам.
– Лёва, объясни своей матери, зачем ты полез в работу отца?! Не верю, что мой мудрый мальчик, не осознаёт всей опасности, – возмущённо выдала женщина.
– Я знаю, во что ввязался, но у меня есть причина, – бросил взгляд в зеркало заднего вида, где заворочалась Марго, – на днях заскочу и, обещаю, всё расскажу. Пожалуйста, не переживай. Я же не один, а с опытным охотником. Ничего со мной не случится.
– Ладно, Лёва. Я в тебя верю, но будь осторожен, – сдалась мама.
– Буду. Всё, вешаю трубку, увидимся, – отключил звонок и вернул телефон в держатель.
В машине повисла тишина, Марго явно проснулась, но подавать признаки жизни не торопилась. И только спустя пару минут спросила:
– Леон, а какой у тебя магический предмет?
Левой рукой лезу во внутренний карман пиджака и резким движением разворачиваю в воздухе небольшой
– Экстравагантно, – спокойно произнесла девушка, – а у меня всё банально, – вытянула из кобуры револьвер с длинным стволом и протянула вперёд, чтобы я мог разглядеть.
– Говорят, что магический предмет отражает суть человека, владеющего им, – задумчиво произношу.
– Тогда ты, мой дорогой напарник, видимо сбежал из квартала красных фонарей, – хохотнула она. На что я только пожал плечами. Шутки шутками, а родовое поместье Кидман и правда находится в квартале красных фонарей. Но об этом окружающим необязательно знать.
Итак, магические предметы – это вещи, способные накапливать и материализовывать магию. Любой, кто открывает в себе способности, должен найти подходящий для него предмет, если, конечно, хочет использовать свой дар. Это может быть всё, что угодно: кукла, карманные часы, музыкальный инструмент, нож и так далее. Однако, присутствуют и барьеры спектра действия. Для монстрически сильных магов использование предмета затруднительно, и, чтобы не сломать настолько ценный талисман, им необходимо дозировать свою энергию. Хотя, когда речь заходит об этих гениях, вопрос предметов отпадает сам собой. Ограничения спадают, и материализация магии происходит сама собой.
Но, к счастью, таких уникумов крайне мало, иначе даже страшно представить, что творилось бы в мире монстров, начавших терять человеческий облик. Магия сродни власти, а власть развращает. Поэтому природа обо всём позаботилась, и на телах сильных магов проступала стигма, необходимая, чтобы сдерживать их.
Глава 2
Леон
– Кажется добрались, – произношу, хлопая дверью машины.
Марго уже вышла наружу, придерживая рукой живот.
– Пойдём, осмотримся, – сказала она, направляясь к воротам на фабрику, – надеюсь, закончим побыстрее, – ворчливо прошептала девушка.
Иду следом. Дорожка, когда-то усыпанная гравием, почти полностью заросла травой. Высокий железный забор закрывал обзор, а на воротах из металлической сетки висела цепь с большим амбарным замком. Увидев это, Марго тяжело вздохнула, выпрямилась явно через боль и поставила одну ногу на сетку, намереваясь перелезть на ту сторону.
– Стой, – остановил напарницу, вытаскивая веер, – я открою.
По магическому предмету пронёсся всполох огня. Один взмах, и цепь вместе с замком падает на землю. Толкаю дверцу, которая со скрежетанием откатывается, и, пренебрежительно отнесясь к кодексу джентльмена, что вдалбливали в меня с самого рождения, ступаю на проклятую землю и замираю.
– Надо же, какой ты полезный! – довольно проговорила Марго, но тут же поравнялась со мной, и я снова увидел нахмуренный лоб.
Проклятой землёй называли место, где на длительное время селятся сверхъестественные существа. Постепенно общий магический фон сгущается и привлекает другие сущности к этому месту. На заброшенной фабрике воздух загустел настолько, что дышать получалось через раз, а наша магическая сила, которая мгновение назад готова была выплёскиваться от переизбытка, сейчас по капле утекала в опустошённую голую землю.