Мари Галант. Книга 1
Шрифт:
– Я очень люблю хозяйку, – взволнованно ответила Жюли, – и счастлива, если сумела ей помочь. Она никогда ничего не узнает…
– Дорогая Жюли! – сверкнув глазами, продолжал он. – Я тоже многим вам обязан. И не забуду вас…
Она хотела было пойти прочь, довольная похвалой, но шевалье удержал ее за руку:
– Еще одно слово, Жюли…
– Слушаю вас, шевалье, – вскинулась она.
Он напустил на себя смущенный вид:
– Не
– Дело в том, – в свою очередь смутилась она, догадавшись о намерениях шевалье, – что я на службе…
– Ну да?! – изумился он. – Мари отдыхает. Луиза спит, как обычно. Вы им не понадобитесь…
Она продолжала колебаться, и он прибавил:
– А Демаре вряд ли захочет еще раз встретиться со мной…
– Идемте, идемте ко мне, – выдохнула она. Он знал, что никто за ними не наблюдает, а потому схватил Жюли за руку, сдавил ее чуть сильнее, будто в порыве страсти, так чтобы у нее не осталось сомнений в том, на какую тему он желает говорить, и первым направился к спальне Жюли.
Когда шевалье запер за ними обоими дверь, он гордо подбоченился и произнес:
– Жюли! Как я мог заметить, вы стоите лучшего, нежели быть субреткой в доме, где, Бог мой, вас никто не замечает, кроме меня… да, пожалуй, Демаре.
Он рассмеялся и погрозил ей пальцем:
– Я должен сообщить вам следующее. Вероятно, я покину этот дом и перееду в Каз-Пилот. Я попрошу Мари, чтобы вы были нашим курьером…
Она смотрела на него округлившимися глазами, не понимая, как ему удалось сохранить любовь Мари, вопреки доносу Демаре, и почему он говорит об отъезде из замка и в то же время о необходимости поддерживать связь с его хозяйкой.
– Да, – подтвердил он, отвернувшись и будто избегая ее взгляда, но не забыв претвориться взволнованным, – да, Жюли, я принял это решение в значительной степени из-за вас. Думаю, вы мне понадобитесь. Ведь я не смогу без вас жить… Вы, кстати, в этом не раскаетесь. Я задумал нечто грандиозное и намерен осуществить это дело. Вы можете мне помочь… И тогда…
Он оборвал себя на полуслове, подошел к Жюли и заглянул ей в глаза:
– Тогда, Жюли, вы увидите, что я из вас сделаю! Вы даже представить себе не можете, какая вам уготована роль и кем вы станете!
– Да я совсем не честолюбива, – возразила она со смехом, так как привыкла все жизненные вопросы, и серьезные, и самые незначительные, решать с
– А деньги?
– Плевать мне на деньги!
– А любовь?
– Я беру ее где хочу и когда она подворачивается! Об этом нечего и говорить!
– Ах, черт возьми! Я не хочу давать вам пустых обещаний, как не могу пока сказать, какая завидная судьба вас ждет по моей милости… Однако я очень вас люблю, люблю настолько, чтобы…
Он недоговорил. Она залилась смехом:
– Только не обещайте на мне жениться!.. Нет! Не то лопну со смеху! Нет! Вы нравитесь мне больше, шевалье, когда скачете по дороге на лошади, которая спотыкается. Мы оба останавливаемся и даем ей отдохнуть. Поверьте, так гораздо лучше… Если вы хоть немного любите меня, я попрошу вас об одном: не заставляйте так страдать бедняжку Луизу. Она мне очень нравится, потому что всегда такая смирная, тихая…
– Правильнее было бы сказать: вулкан!
– Так ведь вы сами его расшевелили!
Он с удрученным видом пожал плечами, рассердившись, что ему не удается заморочить голову этой деревенской девчонке, хотя старался вовсю.
Жюли любовно склонилась над ним и, видя, что он огорчен, ласково погладила его по голове.
– Ладно, я приеду к вам в Каз-Пилот, – пообещала она, – если мадам прикажет. Конечно, приду… Только не надо ничего обещать. Знаю я, чего стоят обещания мужчин… Они нравились мне все-все, кого довелось повидать… А по-настоящему я не любила ни одного… Однако один из них, может, и сумел бы завоевать мое сердце, но он никогда не обращал на меня внимания…
– Кто же это? – задетый за живое, спросил шевалье.
– Не скажу… Я, кстати, никогда его, верно, больше не увижу. Вы обрекли их на смерть… Всех! Да мадам и сама с первого же дня… Он сильный…
– Сильный… – повторил шевалье.
Она кивнула и улыбнулась. Теперь он мог быть уверен, что образ этого мужчины отошел прочь, потому что Жюли снова стала покорной, охотно подставляла Режиналю свои губы, подталкивая его к кровати.
– Все равно, Жюли, – настойчиво прибавил шевалье, – прошу вас не забывать мои слова. Придет день, и вы удивитесь тому, что я сделаю для вас…
– Думайте о настоящем, шевалье… Нет ничего вернее, чем настоящая минута. А будущее… Кто может его предсказать?..