Марионетка
Шрифт:
Так и не представившись, звонивший пожелал ей приятно провести время и оставил ломать голову.
Хильда посетила местного парикмахера, отдала горничной одежду, чтоб погладили, купила несколько пар чулок и какой-то роман.
Через два дня позвонила секретарша, любезно поинтересовался, как она провела время, и условилась о встрече на четыре часа.
Прошло несколько минут, прежде чем дверь наконец-то открылась, и на пороге появилась девушка - похоже, именно она ей звонила - с улыбкой спросившая:
– Мисс Хильдегарде
Она смущенно кивнула.
– Вам назначили на четыре часа?
Снова кивок.
– Проходите, пожалуйста...
– девушка грациозным жестом показала на дверь.
Хильда встала и уронила сумочку, потом они едва не столкнулись лбами, когда почти одновременно за ней нагнулись. Наконец она вошла в гостиную и услышала, как захлопнулась дверь.
Лысоватый мужчина довольно приятной наружности, строго, но весьма элегантно одетый, шагнул к ней и протянул руку. Хильда улыбнулась и про себя облегченно вздохнула. Конечно, он далеко не молод, но вполне привлекателен.
– Мадмуазель Майснер, рад приветствовать вас на французской земле. Простите, вы говорите по-французски?
– Да, свободно.
– Это прекрасно. Не хотите присесть?
Он предложил ей кресло и обошел вокруг большого инкрустированного стола со стопками бумаг, несколькими телефонами и переговорным устройством, которым тут же не преминул воспользоваться.
– Прошу меня не беспокоить ни по каким вопросам. И не забудьте подготовить к вечеру дело Бремера, - мужчина выключил микрофон, и снова они остались наедине.
– Как вы находите Францию, мадмуазель? Вам доводилось здесь бывать?
– Нет, я никогда не выезжала за границу. Практически не покидала Гамбург.
– Прекрасный город. Но от войны ужасно пострадал...
Хильда промолчала.
– Вы действительно потеряли родных во время бомбежки?
– О, да. Отца, мать и сестру с ребенком.
– Понимаю... Примите мои искренние соболезнования. А её мужу удалось избежать этой участи?
– Да, ему повезло, но не надолго. Он погиб на Западном фронте.
– Ужасная судьба. И вы остались совсем одна?
– Совершенно.
– У вас нет близких друзей, знакомого мужчины?
– Нет.
Беседа начала принимать довольно странный оборот. Она пыталась вообразить себе первую встречу, но даже и представить не могла, что придется буквально давать показания.
– Вы курите, мадмуазель?
– Да, спасибо.
Он достал золотой портсигар, предложил сигарету и щелкнул золотой зажигалкой. С известным удивлением Хильда заметила, что сам он не курит.
– Вы хорошо устроились?
– Да, вполне.
– Жаль, что не оказалось ни одного свободного номера с видом на море.
– Неважно. Мне очень нравится смотреть в сад.
– Чуть не забыл спросить о самом главном: как вы перенесли дорогу? Полагаю, вам впервые пришлось путешествовать самолетом?
Она
– Ну ладно, хватит болтать, поехали в Канны купить дорогих безделушек, чтобы компенсировать потерянное время.
– Могу я поинтересоваться, чем вы зарабатываете на жизнь? Простите, что я вторгаюсь в вашу личную жизнь, но иногда просто поражаешься, как прекрасная половина человечества в наши дни умудряется выжить в этом хаосе.
– Я занимаюсь переводами.
– Просто удивительно, что на это можно существовать.
– Ну, вы же понимаете, что здорово не разбежишься, но даже эти крохи избавляют меня от необходимости поддерживать случайные знакомства.
– Великолепно, просто великолепно.
– Да, на проблему можно взглянуть и под таким углом зрения.
– О, извините меня, это просто моя манера выражаться.
Оба понимающе улыбнулись.
– Чашку чая или бокал портвейна?
– На ваш выбор.
Он встал и открыл дверцу секретера, переделанного под бар. Продолговатый светильник внутри отразился в целой батарее хрустальных графинов. Мужчина выбрал один, наполнил бокалы, которые Хильда с удовольствием поставила бы в сервант у себя дома, и протянул один ей. Потом заглянул в её глаза и улыбнулся. Она не решилась сразу поднести бокал к губам, поскольку чувствовала, что он хочет произнести тост.
– За будущее, - не связывая себя никакими обязательствами, предложил мужчина. Он не сказал "за наше будущее", но она все равно выпила.
– Знаете, дорогая, почему я обратил внимание именно на ваше письмо и выбрал его из массы других?
– Обычная случайность?
– Определенно нет. Ничто нельзя отдавать на волю случая в этом ... скажем так ... предприятии, потому, что слово "приключение" слишком многое оставляет на волю случая.
Хильда подумала, что это не так важно.
– Ваша удивительная откровенность... Состояние, особенно когда его рамки не ограничены одним государством, способствует появлению у человека шестого чувства, сразу позволяющего определить, когда его просто хотят использовать.
Хильда нервно заерзала в кресле.
– Среди полученных мной писем многие пришли от таких простушек, что я не стал даже читать их до конца. Большинство считало вполне разумным вообще не упоминать о богатстве, которое было самой притягательной деталью в объявлении. Согласитесь, это слишком отдает лицемерием и выглядит очень неуклюже. Другие все-таки о нем упоминали, но почти все представляли будущего мужа молодым, красивым и любвеобильным...