Шрифт:
Андреас Левентис жил на планете под красивым именем Маркиария.
Жёлтая колючая трава, трещины на сухой земле, коренастые деревья с немногочисленной листвой, металлические дома и огромные горы мусора – свидетели пребывания самого опасного в природе хищника – человека.
Каждое утро Андре начиналось с пробежки до оазиса. Оазисом называлось вполне себе современное здание, где выдавали воду. Серый кубик посреди бежевого пейзажа, испачканного мусором. Там любой человек пил, сколько хотел, но уносил ровно одно космическое вёдро.
Когда подходило время возвращаться, Андре опускался перед Смотрителем на колени, и тот бережно наполнял вёдро – закреплённый на спине водонепроницаемый рюкзак. Смотритель помогал застегнуть крышку и неизменно хлопал Андре по плечу:
– Передавай матери привет.
– Передам, – он заматывал голову и лицо платком и шёл вместе с другими путниками домой.
Адхил, местное Солнце, палил изо всех сил, нагревая пыль и грязный воздух так, что тяжело было вздохнуть. Спустя полтора часа Андре проходил через высокие железные ворота в город, показывал охранникам заполненное вёдро и тащился сквозь кварталы серых жилых коробок.
– Доброе утро! – встречала его мать, помогая снять ношу.
Андре приземлялся на диван и закидывал ноги на спинку. Прибегала сестра, Калипсо, наполняла домашние сосуды и бутылки свежей водой. Мать готовила лепёшки, кашу, вытаскивала из холодильника сыры и масло. Андре благодарил её, запивая еду кислым ягодным морсом.
– Стоять! – кричала мать на девочку, которая собиралась пойти в школу в короткой майке. – Быстро переоделась, не позорь меня.
Калипсо забегала на минуту в спальню, чтобы только надеть сверху кофту. Андре знал, что сестра снимет её за первым от дома поворотом. Это беспокоило его, но пока что он молчал.
Андре переодевался в плотный рабочий комбинезон, брал с собой противогаз, и начиналась неприятная часть дня. Работа.
Андре стукнуло 18, и он решил, что школы с него достаточно. Мать протестовала, умоляла пойти в колледж. Но какая тут учёба, если им и на еду денег не хватало? Отец одноклассника устроил Андре разнорабочим в Амбар.
В Амбар стекались все, кто хотел что-то продать или купить. В небольшом городе хватало одного, но в столице их были сотни. Амбар состоял из нескольких боксов. Андре работал в компьютерном. Сюда приносили технику на разбор, здесь же продавали запчасти, восстановленные датчики, перепаянные чипы и другой устаревший хлам.
Духота, теснота, постоянный шум, но явно лучше, чем в соседнем автомобильном боксе. Андре не жаловался, но работа его угнетала. Любую свободную минуту он посвящал упражнениям. Разминал суставы, растягивал мышцы, бегал на месте, качал спину и бока, отжимался. А ещё он смотрел – внимательно изучал ролики всемирной паутины, рассказывающие, как подготовиться к отборочным на Олимпиаду.
Космическая Олимпиада была его мечтой. Она проводилась каждые 20 лет – один шанс в жизни, чтобы в ней поучаствовать. В этом году
Гравитационный рингбол – любимая игра Андре. Надо сказать – это не была любовь с первого взгляда.
Школьный учитель однажды дал пятиклассникам задание: прочитать про виды профессий, и выбрать те, в которых ученик мог бы преуспеть. Андре тогда просидел в Сети весь вечер, разбираясь в профессиях. Он так и не понял, какая работа подошла бы ему. Зато понял, чем хотел бы заниматься всю жизнь – спортом!
Выходишь на ковёр, стадион, к снаряду. Слышишь рёв зрителей. Улыбаешься в линзу квадрокоптера, дважды бьёшь кулаком по левому плечу – жест планеты Маркиария. И выполняешь то, к чему на 200 процентов готов.
Ещё несколько дней после этого задания Андре выписывал стилусом в старый планшет, в каком спорте нужны какие природные данные, умения. Андре – высокий, лёгкий, прыгучий и быстрый. Ответ ударил его мячом по голове – рингбол! Вот оно. Тот спорт, в котором у Андре был ШАНС.
С того задания просыпалось много песка времени, теперь Андре мог назвать чемпионов любой олимпиады по гравитационному рингболу, сколько очков они забили, кто был тренером команды, какой рост и вес был у капитанов и самых результативных нападающих.
В школе Андре стал донимать учителя по спортивным тактикам. Старик ответил на миллион и один вопрос! Андре занимался до трясущихся рук. Упрашивал мать купить ему мяч, а когда наконец получил дорогой резиновый шарик, обвязанный ленточкой, соорудил самодельное кольцо и начал тренировки.
Правила игры простые – пронести мяч через кольцо. Сверху вниз или снизу вверх. Забить издалека или просунуть через обод рукой. Главное – не дать сопернику сделать это первым.
Но в олимпиаде участвуют жители разных планет и сила гравитации на них разная, поэтому шестьдесят лет назад рингболу добавили прилагательное «гравитационный». Теперь он проводится в специальных залах, где можно контролировать силу притяжения. Первый тайм с самой мощной, если прыгнешь изо всех сил вверх, оторвёшься от пола примерно на 30 см. Второй тайм – средняя сила притяжения – прыжок на 50-60 см. А третий – слабая, если подпрыгнешь, взлетишь вверх на полтора метра.
Андре собирал мусор по городу и сдавал его на свалку, чтобы накопить на занятия. А когда хватило денег на абонемент, стал самым старательным учеником. На редких уроках в зале гравитаций преподаватель усиливал или уменьшал притяжение, чтобы студенты умели двигаться в условиях разных планет.
Но не теперь. Теперь Андре работал. С маркиарианского утра и до маркиарианского вечера. Зато мать и Калипсо жили в тепле и относительном достатке. Хорошо, что на отборочных гравитация будет стандартной. Ну а если пройдёт дальше, то на тренировках со сборной нагонит месяцы простоя.
Четыре человека в команде: два в защите, два в нападении. Площадка 400 космических метров. Кольцо на высоте 3 космических метра. И космическое желание выиграть. Последнего у Андре было много, ведь чемпион олимпиады получал большие деньги и признание всего Космоса. Эти соревнования транслировались даже на отдалённых планетах. Спорт – единственная вещь во всей Вселенной, способная объединить народы.
Именно поэтому Андре заполнял анкету на соревнования.
– Андре! – крикнули ему в ухо.