Маркус Вольф
Шрифт:
В 1981 году Тидге выдвинули на главное направление — он возглавил сектор 1УВ6 (противодействие разведке ГДР). Иначе говоря, Тидге превратился в личного противника генерала Вольфа. В подчинении у контрразведчика Тидге было больше ста человек. Он не любил работать методически, по крохам собирать информацию. Предпочитал стремительные действия, молниеносные ответные меры, требовал активности от легальных и нелегальных агентов, работавших за границей. Никто не сомневался в том, что если перебежчик прав и у Вольфа действительно появилась новая женщина-агент в Федеративной Республике,
Маркусу Вольфу дорого обошлось бегство подчиненного обер-лейтенанта. Министр государственной безопасности Мильке устроил не только обязательное в таких случаях разбирательство, но и публичный разнос Вольфу за потерю бдительности.
Однажды утром Габриэле Гаст пришла на работу и узнала, что в ГДР бежал сотрудник западногерманской контрразведки — Ганс Иоахим Тидге. Это был день величайшего позора для западногерманской контрразведки.
Маркус Вольф собирался в санаторий в Венгрии, когда ему сообщили приятную новость: на сторону ГДР перешел руководитель группы по работе с двойными агентами ведомства по охране конституции Тидге.
Путь Тидге вниз начался после загадочной смерти жены Уты. По его словам, во время уборки в ванной она поскользнулась и ударилась затылком о раковину. А он был пьян, и потерявшая сознание Ута долго пролежала без всякой помощи. Когда жену наконец доставили в больницу, спасти ее не удалось. У соседей эта история вызвала пересуды. Им-то было известно, что Ута тоже была алкоголичкой и что, напившись, супруги дрались. Все знали, что такая никчемная хозяйка, как Ута, никогда не занималась уборкой. Три дочери Ганса Иоахима и Уты росли сами по себе.
Тидге приобрел дом за 130 тысяч марок, хотя зарплаты ему катастрофически не хватало. Его хобби — коллекционирование почтовых марок — тоже обходилось весьма дорого. Богатая тетушка подарила ему в общей сложности 150 тысяч марок, но всё равно у него образовался долг в 30 тысяч марок. В конце концов за неуплату у него отключили телефон. Он не сумел уплатить даже налог на собаку.
Кое-что о сомнительном поведении Тидге становилось известно начальству. В контрразведке поговаривали, что надо бы избавиться от него, но он продолжал работать с таким напором, что расстаться с ним было невозможно.
Тидге ушел сам. В пятницу он не появился на работе. На звонки испуганные дочери отвечали, что не знают, где отец. В понедельник Тидге сам позвонил секретарю и сказал, что болен. Он действительно страдал диабетом, сердечно-сосудистыми заболеваниями. У него было высокое давление и избыточный вес, что не помешало ему в тот же понедельник до позднего вечера пить и играть в скат в любимой пивной. Потом он занял 200 марок у хозяина пивной и сел в такси. Водитель высадил его на трамвайной остановке, и Тидге исчез навсегда… Скоро выяснилось, что он отправился прямиком в ГДР, где выложил всё, что знал, генералу Вольфу и его людям.
А ему были известны детали 817 разведывательных операций, которые проводили западногерманские спецслужбы! Из них 110 находились в стадии проведения. Он назвал имена четырех западногерманских агентов, работавших в ГДР. Их сразу арестовали.
Тидге знал легенды всех доверенных людей
Он также сообщил, что ему поручили искать женщину-агента, о которой рассказал бежавший на Запад бывший обер-лейтенант госбезопасности. Тидге поклялся Вольфу, что уничтожил все следы, которые вели к этой женщине, и теперь западногерманская контрразведка никогда ее не найдет.
Бегство Тидге в ГДР нанесло сильнейший удар по западногерманским спецслужбам. Директора Федеральной разведки Хериберта Хелленбройха пригласили в ведомство канцлера и вручили распоряжение об отставке.
Чтобы исправить положение и как-то ответить на побег Тидге, контрразведка арестовала сразу двух агентов Маркуса Вольфа. Оба агента были женщинами, секретарями в западно-германских ведомствах. Габриэле Гаст, как и других сотрудников восточного отдела, познакомили с подробным докладом об этих делах.
В ГДР Ганс Иоахим Тидге похудел, написал диссертацию, женился. В 1989 году от греха подальше уехал в Советский Союз, потому избежал суда и тюрьмы после объединения Германии.
Однажды к Габриэле Гаст привели одного из бывших политзаключенных, которого вывезли из Восточной Германии. Начальник отдела распорядился, чтобы он рассказал Габриэле о работе следственного аппарата МГБ — поделился личным опытом.
Он был экономистом на автомобильном заводе «Вартбург». Один из сотрудников написал на него донос, обвинив в том, что он нарушает технологический процесс. Его арестовали. Следствие продолжалось 11 месяцев. Его держали в одиночной камере площадью десять квадратных метров без окон.
Днем его допрашивали сменявшие друг друга офицеры. Задавали одни и те же вопросы, угрожали:
— Больше полугода здесь никто не выдерживал. Здоровья не хватало. Подумайте об этом.
Арестованного приводили в состояние полной беспомощности. Над ним работали до тех пор, пока, как говорил один из заключенных, «тебе не станет совершенно безразличной твоя жизнь и будет на всё наплевать». Арестованному объяснили, что ни закон, ни адвокат, никто не помешает держать его в тюрьме столько, сколько понадобится, чтобы получить от него нужные показания.
Его даже не избивали. Хватило психологического давления. Следователи продвигались вперед шаг за шагом. И в конце концов его сопротивление было сломлено. Он дошел до такого состояния, что засомневался в собственной невиновности и подписал признание.
— Зачем же вы это сделали? — спросила Габриэле.
— Только для того, чтобы когда-нибудь выйти из камеры живым, — ответил он. — Вы думаете, я один такой? У всех, кто живет в ГДР, ощущение, что во тьме притаился враг, который может раздавить тебя в любой момент. Это чувство останется навсегда.