Марлезонский балет
Шрифт:
«Интересно, все эти, откуда ни возьмись появившиеся в моем физическом теле энергии родственников и друзей и многочисленные образовавшиеся по их мотивам субличности, они подвластны времени? Они подвержены постепенному распаду, разложению или хотя бы старению? – невесело размышлял Боб, – Или, может быть, они со временем ассимилируются в мои собственные, родные энергии, ведь их же, в конце концов, намного больше! И есть ли хотя бы какой-то шанс избавиться от них естественным путем? Или пусть даже неестественным».
Платиновая блондинка, как маркетолог
Женщина –
Его встретила свирепого вида неопределенного возраста платиновая блондинка, которая сонно и не без критичности оглядев Боба, сказала:
– Меня зовут Сюзанна Монандри. Я маркетолог, принимаю заказы на подселение личности.
– Это как раз то, что мне нужно, – насколько мог оптимистично подтвердил Боб, Меня зовут Роберт Озерок, можно просто Боб. Мне как раз требуются Ваши услуги.
– Очень хорошо. Позволю себе маленькую вводную, – непринужденно и лениво продолжила приемщица, – Вы для нашей фирмы, во многом, не клиент, но пациент. И даже не столько клиент, сколько пациент. Итак, на что жалуетесь?
Ее лицо медленно теряло некоторую часть свирепости, однако обретало очевидную непроницаемость. Бобу она все еще казалась недостаточно приветливой и уж совсем не привлекательной.
– Если кратко, – на недостаток драйва, – скромно ответствовал Боб, – Драйва, простора, свободы, импровизации. Мне необходимо право самостоятельно распоряжаться самим собой. Жесткие рамки и ограничения привычной для меня жизни, так называемого стабильного благополучия, меня тяготят, они сковывают меня, как настоящие кандалы. Хочу рискованных ситуаций, действовать на грани жизни и смерти, испытывать острые ощущения, и всякое такое. Как в том кинофильме, про адреналин.
А иногда мне хочется быть просто бузотером, фрондером, нарушителем традиций, возмутителем спокойствия, своего рода социальным экспериментатором.
Он почему-то решил, что тут надо быть честным, почти как с самим собой. Маркетолог Монандри понимающе и сочувственно кивнула.
– Так Вы – любитель экстрима? – скривила губы приемщица.
– Скорее – мечтатель об экстриме, – сознался Боб.
– Надо понимать, что мы получаем от внешней среды совсем не то, что среда готова нам дать, но только и исключительно то, что мы сами готовы от нее взять, – несколько неожиданно приемщица проявила очевидную склонность к бесплодному мудрствованию.
– Вот-вот, мне и хочется именно взять, получше и побольше, – с готовностью подтвердил Боб, – И чтобы все было в сочетании с интересными приключениями, с привкусом опасности, как бы с перчиком.
Неторопливо перебирая лежащие перед ней бумаги, приемщица поинтересовалась ледяным тоном:
– А почему бы Вам не пойти на биржу, не поиграть? Уж там точно все бурлит, и скуки однозначно нет. Деятельность биржи основана на принципах непредсказуемости и неопределенности, ведь именно этого Вам и не хватает, не так ли?
– И еще на принципе неосведомленности, – смело добавил Боб, – Биржа дает надежду, но не дает гарантий. Там побеждают лишь очень немногие профессионалы и проигрывает огромное количество
– Но в драйве биржевым игрокам не откажешь! – продолжала лениво подначивать приемщица.
– И потом, игра на бирже – это очень как бы узкая и однообразная деятельность, для меня это некомфортно. Короче, я не игрок, Для меня неинтересно полагаться на волю случая, хочу рисковать, но чтобы результат зависел, прежде всего, от моих собственных усилий, – гордо отвечал Боб.
Когда она посмотрела на него в следующий раз, Боб вздрогнул от изумления: огромные серо-зеленые глаза на нежном лице сверкали, в них сквозили недюжинный ум и огромная жизненная сила.
– Какого рода драйв и свобода Вас интересует? Вам требуется доминирующая личность благородного сэра с тонким пониманием искусства или, может быть, предпочитаете повышенное внимание женского пола? Есть еще «душа компании», «коллекционер» (чего и кого – сами разберетесь). Вот еще интересные варианты в нашем модельном ряду: нумизмат, айтишник (в смысле компьютерщик), актер, философ, экстрасенс, трейдер, боксер, литератор, архитектор, игрок. У нас есть личности на все вкусы, только выбирайте. Везде довольно специфичные свобода и драйв и, конечно, риск.
Маркетолог Монандри выжидающе уставилась на Боба.
Названия модельного ряда показались Бобу забавными, однако несколько неопределенными, более того, двусмысленными.
– А какие механизмы классификации личностей Вы применяете? Кто и как их относит к тому или иному виду? – не удержался от того, чтобы задать вопрос «на засыпку» Боб.
– Вы знаете, все очень просто: поступающие к нам личности самостоятельно именуют свою категорию, сами выбирают название своего типа личности. Мы все систематизируем, оцениваем и в случае серьезных расхождений с реальностью предлагаем поступившей личности произвести необходимые корректировки.
– Понятно. Актер, это, конечно, очень интересно, однако мне хочется реального риска, не виртуального и не наигранного. Чтобы драйв, свобода и риск, вкус борьбы были настоящими. И еще: я сильно соскучился по импровизации!
– Дорогой Роберт, мы не оригинальны в своем подходе: практически любой каприз – за Ваши деньги! – маркетолог Монандри выдавила из себя некое подобие улыбки.
– А что такое нумизмат? Тоже благородный сэр? Что конкретно имеется в виду? – Боб решил начать обсуждение с малого, но важного, так, для пробы, типа рекогносцировки.
– Именно то, что Вы подумали, речь идет об особой способности виртуозно коллекционировать денежные знаки… В том числе, и прежде всего, современные, типа долларов, евро, – Сюзанна хитро улыбнулась, – Биткоин и любые другие квазивалюты. Это у нас самый востребованный вариант. К сожалению, мы располагаем только одной моделью и все копии уже заняты. Это личность крупного банкира. Перед смертью он завещал ее нашей фирме из уважения к владельцу и в обмен за всестороннее предсмертное обслуживание, в период дожития, – госпожа Монандри сделала акцент на слове «всестороннее» и снова хитро улыбнулась. Боб поймал себя на мысли, что по ходу их беседы приемщица постепенно оттаивает.