Мародеры
Шрифт:
Глеб обнял девушку, стараясь максимально закрыть ее. Псионическое излучение распространялось не по прямой, но какой-то процент костюм погасил бы. Ноздри уловили запах гари, а уши - тонкий протяжный свист. Кружащие вокруг мотыльки исчезали в ярких вспышках, но на смену им появлялись новые, еще более яркие.
– Из них может зародиться фантом?
– спокойно осведомился Герман.
– Да, - кивнул Глеб.
– Но нам тогда будет уже всё равно.
Его бросило в
– Гель закипел, - доложил Герман.
– У меня руки горят, - одновременно прошептала Кира.
– Не думай об этом, - велел Глеб.
У него и самого уши будто плавились, но концентрироваться на этом нельзя. Глаза дикарки расширились. В них плясали отблески синего пламени.
– Смотри на меня и не думай, - повторил биотехник и прижался лбом к ее лбу.
Так быстро, что скорее врезался ей в лоб. Повязка - Кира, по счастью, не потеряла полосу ткани, снятой с УМа - лишь слегка смягчила удар. Девушка отшатнулась. Глеб прижал ее к себе. Пульсация нитей в ткани чувствовалась даже через перчатки.
– Замри!
Невидимое пламя лизало затылок. Глеб привычно очистил разум. Его враз остекленевший взгляд уперся в испуганные глаза дикарки. Девушка замерла, и только мелко вздрагивала. Невидимое пламя, уже облизывающее щеки биотехника, пожирало ее целиком, но больше Глеб ничем помочь не мог.
Как же он ненавидел такие мгновения! Когда от него, как от специалиста, не зависело ничего. Все определялось удачей. Либо два мозга, разделенных защитной полосой, создадут контур и он подарит им еще несколько секунд жизни, либо...
– Шестой уровень, - донесся откуда-то издалека рык Германа.
– Максимум. Абсолютно не стабилен... Я отрубаюсь! Держитесь!
Собственно, больше ничего и не оставалось. Выше "пятерки" защиты не могло быть в принципе, слишком уж далеки верхние уровни от материального мира. Жар охватил всё тело, моментально сменился ледяным холодом и также стремительно исчез. Наступила тишина. Какое-то время Глеб и Кира сидели неподвижно, потом раздался неожиданно громкий голос Германа.
– Кто-нибудь, кроме меня, жив?
Собственный мозг Глеба отвлеченно рассмотрел фразу и счел ее достойной обдумывания, на чём и проснулся. Биотехник осторожно разжал руки. Кира вздрогнула и подняла голову.
– Уже всё?
– тихонько спросила она.
– Надеюсь. Как самочувствие? Мышцы не сводит?
Дикарка на секунду задумалась, прислушиваясь к своим ощущениям.
– Да вроде нет... Ох, это я что, в мясорубке выжила?! Рассказать кому - не поверят!
Да уж, действительно, ощущение было такое, будто все
– Да уж...
– хмыкнул Глеб.
– Мясорубка, говоришь? Похоже.
– Ну, я сама первый раз в такое попала, но рассказывали, она человека изнутри на куски разрывает. И все внутренности обожженные.
Глеб коротко кивнул.
– Да, на высоких уровнях такое случается.
– А это был высокий?
– Очень. Нам с тобой здорово повезло, что волна была нестабильной.
Биотехник забрал у нее сумку с мозгом. Дикарка с видимым наслаждением вытянула ноги, да и вообще держалась молодцом. После подобных встрясок не все новички в разборочных цехах демонстрировали такое спокойствие. Одобрительно кивнув, Глеб расстегнул сумку.
В бункере стало светло, как на карнавале. Темноту нарезали ленточками разноцветные лучи. Множество крохотных индикаторов сияли в полную силу. Так до конца и не втянутые щупальца вяло шевелились. Кира тихонько ахнула. Глеб повернул голову, но, вопреки его ожиданию, на ее лице был написан не ужас, а восторг.
– Это ведь из зеленого дома, да?
– тихо спросила девушка.
– Ага, - машинально кивнул Глеб.
Он аккуратно провернул сферу. На ее поверхности не было ни единого огонька, который не сиял бы в полную силу. Вся эта иллюминация означала всё сразу. От полного разрушения мозга со всеми известными контрольной системе повреждениями до его же идеального состояния, в котором абсолютно все параметры были значительно лучше нормы. При этом та пара индикаторов, что отображала состояние самой контрольной системы, сигнализировала о полной ее исправности.
– Герман, подключайся к нему.
Из-под руки тотчас вынырнуло синее щупальце. Кира осторожно придвинулась поближе, но из-под нависающего экрана благоразумно не высовывалась.
– Змея сдохла, - проворчал Герман, пока щупальце подключалось: - Плюс несколько пробоев в костюме и еще кое-что по мелочи. Я список составил.
– Потом гляну, - пообещал Глеб.
– Змея совсем сдохла?
– Мозг не отвечает. Шанс есть, но я бы попросил новую.
– У Петровича?
– Вопрос снят, - фыркнул Герман.
– Так, а этот мозг в порядке. Управление периферией выгорело полностью. Контроль замкнуло на пике, вот и сияет.
– Ну, это не проблема, - довольно кивнул Глеб.
– Доберемся до мастерской, быстро починю. Главное - мозг не пострадал. Ладно, давай-ка потихоньку выбираться отсюда.
Кира тотчас высунула нос из-под экрана.
– Я могу вылезать?