Марой и хранители
Шрифт:
Рене присел на корточки и направил руки на сталагмит у входа, огонь слабо полыхнул, растопил некоторую часть бугра и потух.
– И не жаль тебе тратить силу на детские сказки? – поморщился Арман, отстраняя северянина. Два пасса руки – последний лёд рухнул вниз. – Ну, что теперь будешь делать? Успокоился? Видишь где-нибудь печать?
– А ледяная корка на пещере тебе – что? Не печать? – северянин рассматривал низкий свод пещеры, уходящий вглубь горы. Идеальное место для логова и того, чтобы прятать щенков. –
– Нет.
– Зачем тогда пошёл за мной? – Рене отправился в дальний угол пещеры.
– Мои предки сотни лет ухаживали за Логовом. Не мог же я оставить его на одного…
– Идиота? Хм, тоже верно.
Арман стоял, пригнувшись, у входа и не следуя за чужаком, заглядывающим в узкий лаз, лелея надежду, что он туда не полезет. По счастью, малыш передумал. Вернулся, отряхивая ладони:
– Сена бы сюда, выстлать пол…
– Сейчас сбегаю… – не двигаясь, сказал Арман.
Рене ухмыльнулся:
– Нет, так нет. Выйди из пещеры, немного прогрею, подпалю ещё ненароком тебя.
– У тебя резерв пустой, малыш.
– Может, да, а может, и нет, – северянин опустился коленями на холодный пол, покрутил хрустнувшей шеей и закрыл расслабленно глаза.
С минуту ничего не происходило. Арман готов был плюнуть на придурковатого путешественника и выйти наружу, как вдруг на душе разлилось спокойствие и безмятежность. Глаза на миг прикрылись, чтобы не помешать сознанию погрузиться в блаженство. Лица коснулась воздушная по-летнему тёплая волна, и Арман открыл глаза.
Вокруг северянина горел огненный круг, а маг сидел внутри, растирая подошвы ног. Заметив взгляд, поднялся, перешагнул пламя, услужливо опустившееся перед хозяином:
– Часа два хватит, чтобы немного прогреть. Закрыть бы ещё вход воздушным пологом…– задумался, потирая мочку уха.
Арман покачал головой, выругался про себя, но выполнил просьбу и подтолкнул Рене в тёплую спину:
– Иди уже, хватит! Навёл порядок.
Шум воды заглушил ворчание северянина о том, что всё-таки неплохо было бы привезти сюда сена.
У своих сваленных вещей Рене, громко отбивая зубами дробь, стянул мокрую рубашку, натянул на голый торс холодную, но сухую котту. Левая рука и плечо были полностью покрыты рисунком. Что было изображено на нём, Арман не успел рассмотреть, да и не особо желал. Посетовал на собственную глупость: северянин хоть и промёрз, но сейчас переодевался в сухое, а значит, быстро согреется, тогда как меховой плащ на Армане впитал в себя всю воду, что лилась сверху во время передвижения по волчьей тропе. О вымокших сапогах и думать не хотелось. Водная и воздушная маг-силы лишь немного вытолкнули из одежды воду, однако не полностью. Вернер бранился, и Арман осадил беспокоящегося слугу:
– У де Венеттов высушат, ехать недолго.
Полностью
– Благодарю за помощь, – ухватился за мокрую холодную руку, пожал своими горячими пальцами и задержал рукопожатие, согревая и будто бы немного передавая тепла во всё тело, об этом Арман догадался позже. – Давай плащ, подсушу.
Но Арман отказался от услуги, которая могла занять время. Тогда северянин легко поклонился обоим – господину и его слуге – и направился бодро к дороге, обозначенной растущими вдоль неё редкими деревьями. Арман свистнул вдогонку:
– Эй, куда тебе надо?
– Туда! Я как-нибудь сам, – парень неопределённо махнул рукой на восток, в сторону графства Делоне.
– Вот чудик! – Арман в который раз неодобрительно цокнул, вставляя ногу в стремя.
Мокрый плащ был снят и свёрнут. И юноша поехал налегке, невольно поймав себя на ощущении внутреннего тепла, будто только что прогрелся у жаркого камина и теперь остывал на терпком морозе. Впрочем, оба всадника через минут пять быстрой езды уже въезжали во двор соседнего замка, так что для Армана опасность превратиться в льдину миновала.
Рене торопился. От водопада до замка Делоне на санях быстрая езда занимала минут семь-десять, а пешком должно было уйти не меньше часа. Он так посчитал и оказался прав. Можно было сделать так, как планировал, – сказать Вернеру заветную фразу, и слуга мигом отвез бы к сирре Элоизе. Но вмешался Арман, которому не хватило ума расстаться на время с плащом, а отпускать его, вымокшего и одного, в связи с недавними событиями, было опасно. Потому ответил на вопрос неопределённо: «Туда!»
Нет худа без добра, зато так можно было спокойно переварить встречу. При одной мысли о том, что Анри со своим инквизиторским чутьём мог узнать перевоплощённую Мариэль, холодело внутри до температуры ледяных камней у водопада. Слава Владычице, первое знакомство прошло относительно удачно. А дальше дело за сиррой Элоизой.
Пройдя мост, Рене спустился к излучине утолить жажду. В надвигающихся горных тенях река была не такой приветливой, как днём из окна повозки. Внезапно накатило дежавю. Заснеженный берег показался знакомым.
Это было то место, которое показывал Вестник. Здесь должно было свершиться пророчество – убийство единственного наследника графов Делоне. «Оно?» – Рене приложил правую ладонь к левому предплечью, и метка Вестника согласно заныла.
Пить расхотелось. Юноша вернулся на дорогу и ускорил шаг: слишком быстро надвигались вечерние тени.
*****
После излучины дорога к замку начинала набирать высоту, дважды делала вираж вокруг фигурной горы и забиралась у ворот так высоко, что с западной сторожевой башни можно было обозреть большую часть окрестностей Лабасса.