Марш Теней

Уильямс Тэд

Темнота притягивала и засасывала Баррика, делала его текучим, как вода.

— Скажите Бриони… — только и успел он вымолвить, а потом соскользнул за границу света, в пылающие глубины.

Молодой Реймон Бек забыл обо всем, кроме Хелмингси. Два дня пути до Южного Предела, потом еще два дня до дома. Прошло полтора месяца, как он уехал оттуда, и сейчас он думал лишь о жене и маленьких сыновьях, не в силах сдерживать нетерпение.

«Мне было легче в Сеттленде, когда до отъезда оставалось несколько недель, — подумал он. — Я работал, заключал сделки, покупал, продавал. А теперь нет никаких дел, только дорога и мысли о доме…»

Впереди

тянулся небольшой караван: двадцать тяжело груженых мулов и десяток лошадей, запряженных в повозки. Даннет Бек, двоюродный брат Реймона, по поручению своего отца — дяди Реймона — возглавлял их торговую миссию. Реймон считал что за прошедшие недели брат совершил немало ошибок; как большинство новичков, Деннет полагал, что малейшее непослушание — это неуважение к нему лично и к его авторитету. Но в целом он справился неплохо. Повозки были нагружены тюками прекрасной шерстяной пряжи из Сеттленда — их уже ждали на фабриках в королевствах Пределов. Помимо причитающейся ему доли (что пока невелика) Реймон получит неплохую прибыль от этой поездки. Он заработал столько денег, сколько не зарабатывал никогда за свои двадцать пять лет. Этого хватит, чтобы уехать из родительского дома и, возможно, построить собственный. В будущем на Реймона ляжет еще большая ответственность — ему отойдет значительная часть семейного дела.

Впрочем, если оставить в стороне мысли о счастливом будущем, более всего Реймона Бека одолевало нетерпеливое желание поскорее встретиться с Дерлой, прижать ее к груди, увидеть детей, отца и мать, разделить семейную трапезу. Осталась всего пара дней пути, но ожидание казалось мучительнее, чем в самом начале путешествия.

«Мы ехали бы быстрее, если бы не объединились со свитой дочери сеттлендского принца», — думал он.

Этой девочке с глазами испуганного олененка едва исполнилось четырнадцать лет, и ее отправили к жениху. Она станет женой Рорика Лонгаррена — двоюродного брата Эддонов, герцога Далер-Трота. Беку казалось странным, что Рорик вообще пожелал жениться, тем более на девушке из далекого горного края. Впрочем, королевская кровь есть королевская кровь, и объектом желаний жениха может быть вовсе не невеста.

Против девушки Бек ничего не имел, а дюжина вооруженных стражников никому не помешает, особенно в такие неспокойные времена. Однако девушка часто чувствовала себя плохо, и караван уже трижды останавливался почти на целый день. От этого Реймон Бек, все сильнее тосковавший по дому, приходил в отчаяние.

Он посмотрел на спутников невесты герцога, что двигались в конце каравана, потом в другую сторону — туда, где во главе процессии неровной колонной шли нагруженные мулы. Поймав его взгляд, один из погонщиков приветливо помахал рукой и показал на видневшееся в просветах между деревьями безоблачное осеннее небо, словно хотел сказать: «Посмотри, как нам везет!» В первые дни путешествия лил холодный дождь, принесенный ветром с восточных гор, а теперь погода изменилась к лучшему.

Беку не нравились поросшие лесом холмы, но он помахал погонщику в ответ. Они уже проезжали здесь по дороге из дома. Тогда деревья набухали от дождя и клонились к земле. Впрочем, они выглядели так же и сейчас, хотя погода была сухой. День стоял теплый, но в кронах деревьев и над долинами между холмов клубился плотный туман. Впереди он широкой полосой густел между деревьями и стелился по темной траве почти у самой дороги.

«Этот путь все равно короче, чем по морю, — подумал Бек. — Сначала на юг по проливам, потом к восточному побережью… Я не увидел бы Дерлу и детей еще полгода!»

Впереди кто-то закричал. Реймон с удивлением понял, что туман затянул дорогу прямо перед

караваном. Даже в двадцати шагах различались лишь темные очертания деревьев, смутные силуэты людей и животных. Он посмотрел наверх. Небо потемнело, словно туман сгустился и над деревьями.

«Буря? — подумал Реймон. Крики впереди стали очень громкими и странными: они выражали не просто смятение или возмущение, а страх. Волосы зашевелились у Реймона на голове. — Нападение? Неужели разбойники там, за туманом?»

Он оглянулся и посмотрел на воинов, сопровождавших принцессу. Из пелены тумана выскочили двое солдат и пронеслись мимо. Реймон с ужасом понял, что туман окружил их со всех сторон, и они плыли в его волнах, как корабль в океане.

Он вглядывался во мглу. Какая-то неясная фигура выскочила оттуда, и конь под Реймоном в страхе отшатнулся. Реймон лишь на мгновение увидел, что так напугало животное, но этого было достаточно, чтобы сердце замерло в груди от ужаса: Из тумана двигалось существо, состоящее из лохмотьев и паутины бледное, длиннорукое, безглазое. Его уродливый рот больше походил на дыру в мешке.

Конь отступил на шаг и споткнулся. Чтобы не упасть, Реймону пришлось вцепиться в поводья изо всех сил. Вокруг него кричали люди, ржали лошади… Таких ужасных звуков он никогда прежде не слышал.

Темные тени — то ли люди, то ли какие-то неизвестные существа — двигались туда и сюда, возникали из тумана и вновь исчезали в нем. Кто-то нападал, кто-то защищался. Те голоса, что Реймон сначала принял за голоса своих товарищей, на самом деле принадлежали появившимся существам. Они разговаривали и пели на незнакомом ему языке. Создания из лохмотьев, выползавшие из кустов, были лишь частью множества странных тварей, танцевавших и бормотавших что-то в пелене тумана. Некоторые из них напоминали тени — бестелесные, как туман. Вокруг все еще слышались человеческие крики и лошадиное ржание, но постепенно они слабели. Туман становился плотнее — почти как камень — и поглощал их.

Вдруг несколько крошечных красноглазых созданий, вроде злобных бородатых детей, выскочили из травы и ухватились за стремена коня. Животное в панике заметалось, пытаясь вырваться. Ветки били Реймона по лицу. Вдруг чья-то сильная рука стащила его с седла и швырнула на землю. От удара дыхание Реймона остановилось, и сознание померкло.

Когда Реймон очнулся, он чувствовал себя абсолютно разбитым. Открыв глаза, он увидел над собой лицо: кто-то смотрел на Реймона из тумана, по-прежнему стелившегося над дорогой. Лицо казалось невероятно красивым, но холодным и безжизненным, словно лик бога в храме Тригона. Реймон перестал дышать, надеясь обмануть демона, но это не помогло. Кожа существа была совсем бледной, а глаза светились, словно пламя свечей сквозь толстые стекла храма. Реймон подумал, это мужское лицо, хотя трудно судить о демоне как о человеке. Потом лицо исчезло, растворилось в подступившей мгле — и мир погрузился во мрак.

Реймон Бек крепко зажмурил глаза и втянул в грудь воздух, ожидая смерти. Он лежал так довольно долго, пока не затекла спина и не заболели ребра. Кровь стучала в голове, тело ныло от ушибов и порезов.

Наконец Реймон решился открыть глаза. Туман исчез. В тени глубокой лощины сквозь листья деревьев просвечивало голубое небо.

Он сел и осмотрелся. Лощина была пуста.

Морщась от боли, но стараясь не шуметь, Бек с трудом поднялся на ноги и обошел усыпанную сломанными ветками полянку, где упала его лошадь. Лошади он не нашел. Стояла жуткая тишина — ни человеческих криков, ни ржания коней. Бек приготовился увидеть страшную картину и постарался держать себя в руках.