Маска Гермеса
Шрифт:
Она смотрела на него широким взглядом.
– Каникулы для меня, сплошные показы. Но рождество мы можем провести в Париже, в моем родном городе, - ответила она.
Мари вкрадчиво и настойчиво разрушала в нем холодного профессионала. Она могла бы сыграть роль роковой женщины, открывая ему дорогу в свой мир, влекущий и одновременно разрушающий мечты, которых он всегда сторонился.
– Что за миссия может ожидать сыщика с американским паспортом в Париже? Насколько я знаю, французские частные детективы чаще всего заняты супружескими изменами. Значит, ты туда едешь
– возмущенно атаковала его Мари.
Неискушенная в страсти, продвигаясь к успеху, из всех форм любовных отношений, Мари предпочла бы ажитацию жадной до чужих историй публики, нежели таинственность и закрытость. А это претило Воленталю, и не только из-за требования профессии, но и по его скрытному характеру.
– География моих командировок мне и самому иногда не известна, - отшучивался Артур.
– Но я точно не Джеймс Бонд. Я лишь собираю информацию, никаких погонь и перестрелок.
По электронной почте Визант получил свое первое задание раздобыть у старшего брата Сотника копию досье, или оригинала, по возможности. Его снабдили адресом проживания и снимками объекта. Начальство было уверено, что погибший Сотник только ему доверил некий пароль, открывавший доступ к тайне. Александр же имел лишь собственноручную записку от Сотника, видимо, с зашифрованным содержанием. На всякий случай он выучил ее наизусть, никто о ней больше не знал, по крайней мере, так уверял сам Сотник.
Визант решил встретиться с ним неожиданно, для пущего эффекта. Он нашел его загородный особняк, остановил машину неподалеку от него и стал выжидать. Автомобиль Сотника заехал во двор сквозь автоматические ворота. Когда он вышел вместе с охранником, Александр назвал его по имени, через решетчатую ограду. Охранник всполошился и сунул руку в грудной карман куртки, загородив собой хозяина. Визант поднял ладонь, выказывая свое миролюбие, и объяснился на русском, что он хотел бы с ним переговорить. Сотник с минуту присматривался к нему, затем подал знак, чтобы он прошел во двор. Высокий, подтянутый охранник, француз, обыскал его. Затем они вошли в дом, где не было признаков домочадцев, хотя у Сотника была семья. Раз он держал ее в другом месте, значит, у него были причины опасаться за нее.
Сотник не очень то был взволнован, будто ожидал незваных визитеров.
– Ну, и с чем вы пожаловали?
– спросил Сотник старший, напоминавший брата сиплым голосом и въедливым взглядом, но возраст стер остальные родственные черты полнотой.
– Из вашего тона следует, что вас уже беспокоили?
– Было дело… Я, поэтому и переехал из Германии. Но и здесь скрыться не удалось, как оказалось. Ну, так, кто вы, и что вам нужно?
– Я из ФСБ, - Александр показал ему удостоверение.
– Таких удостоверений я могу наштамповать сколько угодно, -усомнился Сотник, внимательно просмотрев удостоверение, но с его лица явно сошло напряжение, когда он узнал, что его пока миновала опасность от визита преступников.
– То, что вы мастер по подделке документов, на краденые
– Это в прошлом, - сделал недовольную гримасу Сотник.
– Сейчас, я дорожу видом на жительство. У меня, абсолютно легальный бизнес, по ремонту авто для среднего класса. Я популярен у владельцев “Рено”, “Пежо”, “Ситроен”.
– Это, может быть, для вас в прошлом, - Александр почти не смотрел на собеседника, хотя тот не отрывал от него пытливого взгляда.
Взамен первоначальному страху, а затем минутному успокоению, Сотник всерьез уже испугался, что его неприятности только начинаются.
– Но я не приехал вас разоблачать, меня интересует компромат вашего брата, который он завещал мне, - продолжил Визант располагающим, но твердым тоном.
– Несчастный мой брат, - поговорил Сотник, но ни одна черта его лица не шевельнулась.
– Мало им его гибели?
– Именно из-за этого и погиб ваш брат. Когда его недругам станет известно о наличии такого компромата, они и за вас возьмутся. А те, кто за вами наблюдали в Германии, это мои коллеги, - добавил Александр, хотя совсем не был в этом уверен.
– С чего это я должен вам верить? Может вы один из них? Даже если у вас и настоящее удостоверение.
– Вы можете позвонить в консульство, вам там подтвердят, что я их работник. Вряд ли бандиты могут прикрыться этим государственным учреждением. У вас есть досье, и я это точно знаю. Другие только предполагают, - спокойный голос Византа все больше набирал уверенности.
– Я так и сделаю. Вашу фамилию невозможно забыть. Странно, что у шпионов такие запоминающиеся имена. Псевдоним? Откуда вам все известно? Может, вы расскажете, как погиб мой брат?
– сухо спросил Сотник.
– Подстроенный несчастный случай. Даже следователи ФСБ не могли собрать улик, говоривших, что это все же убийство. Полная круговая порука. Но мне он успел дать ниточку, готовясь к тому, что не выживет. А почему именно мне? Мы с ним были связаны одним делом, по службе. Я могу посвятить вас в подробности, если у вас есть время, - Визант хотел расположить собеседника, прежде чем выдать основной козырь.
– А мне спешить некуда.
Александр кратко описал свою историю осуждения. Пока Сотник находился под впечатлением сказанного, Визант, увенчал рассказ вопросом:
– Мне он говорил, что писал вам письма?
– Да… Ну, сперва родителям, а они уж переправляли мне.
– Вы сможете узнать его почерк?
– Думаю, да.
– Вот его записка, переданная мне лично.
Визант протянул ему конверт, который переслали родственники Сотника его отцу, уже после его освобождения и гибели Сотника. Тот, предчувствуя свою смерть и не успев передать секреты в нужные руки, предусмотрительно оставил ключ к ним своей родне, с указанием как им распорядиться, еще до своего осуждения. Взглянув на конверт и затем на рукописный лист бумаги, старший Сотник пригласил его в дом. Там он предложил что-нибудь выпить, но Александр отказался от спиртного, изъявив желание к кофе, и сам его принялся заваривать, благо, что они оказались на кухне, и все было под рукой.