Шрифт:
Глава 1
Филадельфия, апрель 1794 года
Голоса слышались уже яснее.
Джеки застыла на месте.
Теплая апрельская ночь была светлой... пожалуй, даже слишком: на усыпанном звездами небе ярко сияла полная луна. Шаги приближающихся людей стали слышны более отчетливо, и она съежилась от страха.
Джеки уже различала силуэты двух мужчин, но благодаря темному платью сама оставалась незамеченной. Однако через мгновение ей уже не скрыться, и тогда все ее труды окажутся напрасными.
Оживленные голоса слышались уже совсем рядом.
Она кинула взгляд вперед, на мощенную булыжником улицу, вдоль которой выстроились высокие тополя, и неслышно побежала к ним, решив скрыться в их густой тени. От страха и быстрого бега пот стекал у нее по спине, она старалась сдерживать дыхание и молилась, чтобы ей удалось благополучно добежать до укрытия.
Но было уже поздно.
Жаклин была замечена... не мужчинами, которых она так боялась, а другим существом.
Сверкающими в темноте зелеными глазами оно пристально следило за ней, инстинктивно догадавшись, где она прячется. Оно и сейчас могло незаметно к ней подкрасться... но медлило.
С острым предвкушением оно ожидало приближения своей жертвы.
И ничего не подозревающая Джеки приблизилась, вся трепеща от тревоги.
– Черт побери, Дэн, ты сегодня какой-то встрепанный! – огорченно заметил худой мужчина, вынужденный поспевать за своим более высоким собеседником мощного телосложения. – Тебя что, встревожил сегодняшний разговор? Опять этот проклятый репортер?
Пожав плечами, Дэн Уэстбрук остановился, в первый раз после того, как десять минут назад они покинули ресторан «Сити-Таверн». Он молча посмотрел на бутылку виски, которую держал в руке, затем поднес ее ко рту и сделал большой глоток. Хотя его действительно вывели из равновесия острые политические дебаты между известными людьми, которые обычно собирались в «Сити-Таверн», он чувствовал, что охватившая его тревога объясняется не только этим. Нет, была еще какая-то причина, более серьезная и непонятная.
Он беспокойно повел плечами, не в силах освободиться от зловещего предчувствия, которое владело им весь вечер и внятно предупреждало об опасности.
– Дэн? – Его приятель недоумевающе смотрел на него.– Да что с тобой наконец?
Дэн опустил бутылку и взглянул на Томаса Миллса своими пронзительными серыми глазами.
– Черт его знает! Да, конечно, злобная статья этого репортера взбесила меня. Каким-то таинственным образом ему удастся быть в курсе всего, что происходит в самых узких кругах правительства... к тому же он подвергает разгрому буквально все взгляды и решения федералистов! Но меня беспокоит что-то еще... никак не могу определить, что именно...
Он привык доверять своей интуиции, ставшей его шестым чувством и верно служившей ему все тридцать два года его жизни. Именно она сделала его тем, кем он был сегодня: богатым, влиятельным и уважаемым магнатом, владеющим крупнейшей пароходной компанией. А главное, совершенно независимым!
Дэн внимательно осмотрел тихую, пустынную улицу, темнеющие громады зданий и деревьев, но ничего не заметил. И все-таки там, в тени, кто-то скрывался. Внезапно Дэн схватил Томаса за руку:
– За нами кто-то следит!
Томас настороженно замер на месте. За пять лет их тесной дружбы он много раз становился свидетелем безошибочности врожденного инстинкта, свойственного его приятелю. Он молча ждал знака
Дэн махнул рукой, и они с Томасом осторожно двинулись дальше.
В ту же минуту темная тень промелькнула в воздухе и метнулась к ногам Дэна и Томаса. От неожиданности Дэн выронил бутылку.
С довольным урчанием котенок стал жадно лакать содержимое разбившейся бутылки, затем, не дожидаясь, пока Дэн и Томас очнутся от удивления, облизнулся, метнулся в темноту под деревьями – и упал прямо перед испуганной молодой женщиной, которая пряталась там, распластавшись на холодной земле. Столкнувшись нос к носу, женщина и кошка беззвучно отпрянули друг от друга.
Когда Джеки сообразила, кто это, она крепко зажала рот рукой, заглушая приступ смеха. Переведя дыхание, она снова стала прислушиваться к разговору.
– Так вот кто нам угрожал! – воскликнул со смехом Томас. – Ну, Дэн, похоже, твое знаменитое чутье тебе изменяет! – Наверное, черт побери!
Это же кошка, поняла Жаклин Холт, глядя на испуганного черного котенка, который настороженно следил за ней сверкающими изумрудами глазами. Оба не знали намерений друг друга, но, опасаясь привлечь к себе внимание, никто из них не шевелился.
Наконец, встав на лапки, котенок неуверенно покачнулся, и Джеки решила, что его можно не бояться. Но не успокоилась: она чувствовала, что настоящая угроза исходит от этого высокого мужчины с низким звучным голосом, которого приятель называл Дэном... от человека, который чуял ее присутствие так же остро, как и она – его.
Джеки не сомневалась, что именно она, а не этот неожиданно возникший из темноты котенок, настораживала Дэна. Она с ужасом представила себе, что произойдет, если он действительно ее обнаружит... особенно если узнает про ее работу. Облизнув пересохшие от страха губы, она еще плотнее вжалась в землю.
– Да откуда же взялся этот голодный и шустрый кот? – с добродушной усмешкой произнес Томас. – Ну, успокойся, Дэн, кажется, больше нам ничто не угрожает. Этот дьяволенок уже получил то, за чем охотился.
Дэн искоса взглянул на Томаса.
– Тебе это кажется забавным, – сухо заметил он. – Но я все равно думаю... – Он оборвал фразу и ощупал пристальным взглядом узкую дорогу с двумя рядами деревьев, ибо чувство странной тревоги не проходило.
Сердце Джеки отчаянно забилось, хотя она видела, что он ее не заметил. Но все равно ей казалось, что он смотрит прямо на нее. Пряный запах земли, мха и виски, исходящий от мокрой шерстки котенка, щекотал ей ноздри, и она изо всех сил сдерживалась, чтобы не чихнуть и не выдать себя. Она плотно прижалась к земле, ногтями впившись в сырую почву и не отводя настороженного взгляда от силуэта этого высокого мужчины.
Несмотря на то, что он только смутно маячил в темноте, она инстинктивно чувствовала исходящую от него физическую силу и мощь, была уверена, что в случае необходимости он не замедлит ею воспользоваться. Более того, видимо, он обладал таким же острым чутьем, как и она, следовательно, мог оказаться опасным противником. От смеси страха и возбуждения у нее по спине пробежал холодок.
– Да брось ты, Дэн, – недовольно проговорил Томас. – Ничего здесь нет, кроме ветра, ну, и твоего воображения. По-моему, ты слишком переутомился на работе. Пора тебе отвлечься от нее, желательно с какой-нибудь девочкой.