Маска
Шрифт:
— Не сейчас. Я как-нибудь возьму тебя на работу. А тут она обыкновенная больная тётя.
Дверь тихо отворилась и Аида вышла из комнаты, надев на себя халат.
— Здравствуйте. — она поздоровалась с мамой. — Привет малыш.
— Здравствуйте. — мой сын шагнул вперёд и протянул ей руку. — Я уже не малыш.
— Извини. Я немного приболела, поэтому сразу не разглядела.
— Ладно. Извините за вторжение. Мы уже уходим. — беря Андрея за руку и двигаясь к выходу сказала мама.
— Пап, она красивая. — попрощавшись, сделал вывод мой сын.
И
— Дим, я думаю, что завтра с утра тебе надо возвращаться домой. Я бы тебя и сегодня отпустила, но честно говоря, ещё побаиваюсь оставаться одна. С тобой спокойнее.
— Ты зачем встала?
— Не могу больше лежать. Мне кажется, что пролежни уже появились.
— Тебе кажется. Ложись, а я тебе ноутбук принесу. Не можешь просто лежать, работай.
Так мы и поступили. Я узнал, что Аида наняла двух резчиков по дереву и предложил ей пару своих идей о резьбе на мебели. Она с удовольствием их приняла. Пусть хоть так мои задумки будут воплощаться в жизнь. День закончился незаметно и на утро я, убрав всё по максимуму, чтобы она не хлопотала по хозяйству, отправился домой. Сегодня выходной, а завтра я уже работаю с Павлом Сафроновичем.
Глава 12(Аида)
Сегодня я осталась одна. После смерти мужа, мне никто был не нужен. После прессинга тоски по нём, я поняла, что одиночество, это хорошая вещь. Спокойствие и тишина, были моей любимой атмосферой. С появлением Дмитрия в моей квартире, я чувствовала себя под какой-то невидимой защитой. Но всё хорошее рано или поздно заканчивается. И вот, я опять одна. Тоска в сердце была не долго. Я умею блокировать свои чувства.
Ближе к вечеру, я приняла душ, и с полной уверенностью, что в квартире одна, вышла из ванной в полотенце. Неожиданно открывается дверь и на пороге стоит Дмитрий с пакетом продуктов. Вид у него был растерянный, увидев меня, а я попыталась сохранить спокойствие и не показать неожиданную радость.
— Привет. Не ожидала тебя увидеть. Проходи я сейчас оденусь.
— Извини, мне надо было позвонить. — смущенно проговорил он.
Одеваясь я слышала, как мужчина возится на кухни.
— Что-то случилось? — спросила я, заходя в кухню.
— А что должно было случиться? Ночевать я конечно у тебя уже не буду, но тебе ещё рано выходить в магазин, поэтому периодически я буду тебя проведывать.
— Но это не входит в твои обязанности!
— А ты что решила, что я тут жил, потому что был твоим водителем? Человеческое отношение никто не отменял!
— Спасибо.
И мне реально стало стыдно, за свои слова. Я в этой жизни, кроме мужа, ни от кого не видела заботы. Ну ещё и в детском доме, директриса переживала за меня и во многом помогала. Я считала себя счастливым человеком, потому что в моей жизни были эти люди. А сейчас, совершенно посторонний человек, так заботится, бескорыстно и с полной самоотдачей. Вот за что спасибо моей судьбе, так это за то, что она именно такая.
— Дим, вот тут деньги, возьми пожалуйста. Ты так много на меня потратил. И лекарства, и продукты.
— Глупости.
— Так это заработанные тобой деньги.
— И я могу на них покупать то, что посчитаю нужным. А убивать во мне мужчину я не позволю, даже тебе. — он стал сразу серьёзным.
— Спасибо. — согласилась я.
Димины визиты продолжались, до тех пор, пока я была на больничном. И когда я вышла на работу, мне очень этого не хватало. По вечерам я постоянно прислушивалась. А не открылась ли входная дверь? И выйдя из душа, я всегда автоматически смотрела на входную дверь.
Что-то в моей жизни изменилось после ангины.
— Аида Львовна. У Вас все хорошо? — спросила Галина после планёрки.
— Да. А в чём дело?
— Вы сегодня начальнику пиар отдела сказали «понимаю»!
— И что? Вы не знаете значения этого слова?
— Я-то знаю, но оно новое в вашем лексиконе.
— Хорошо, я исправлюсь. — подморгнув ей, ответила я.
— По-моему осложнение после болезни, стукнуло по Вашему характеру. — медленно говоря, секретарша вышла из кабинета.
Я действительно со стороны выглядела как зверь? Возможно стоит вернуться к первоначальному образу. Всё-таки жёсткость и сила характера мне позволили сидеть именно в этом кабинете.
Прошёл уже месяц. И всё постепенно встало на круги свои. Я иногда узнавала, как там Дмитрий. Всё было нормально. Его идеи с резьбой по дереву на мебели пользовались успехом. Я оформила юридически права на эти идеи за Дмитрием, и ему с каждой проданной вещи платили процент к зарплате. Предлагала его сделать бригадиром, чтобы он лично контролировал работу, но он отказался, мотивирую, что из-за сына не может быть загружен целый день. Так что всё в этой жизни налаживалось. Всё встало на свои места.
Сегодня утром после планёрки, я двоих человек лишила премии и один получил строгий выговор. Когда все расходились, я остановила начальника пиар отдела.
— Павел Сафронович, а Вас я попросила бы остаться.
Я видела, как побелел мужчина. Не понимаю, если ты выполняешь всё как положено, то бояться руководство не за чем. Почему такая странная реакция, на моё желание поговорить?
— Да, Аида Львовна, я Вас слушаю.
— Какие у Вас планы относительно Вашего водителя? Я хотела его у Вас похитить на субботу. — я собиралась в детский дом, со времени болезни ещё не разу там не была.
— Да я-то не против, но Дмитрий на больничном.
— Жаль. Очень жаль.
Когда пиарщик ушёл, я затребовала в отделе кадров дело Димы. Я давно увидела это комичное совпадение, фамилия Димы была Сафронов, и отчество его шефа тоже было Сафронович. В деле я нашла его домашний адрес и поехала проведать друга. Долг платежом красен, пора и мне проявить заботу о не чужом уже человеке. Конечно он не один, но купить апельсины и нанести визит вежливости мне никто не запретит.
— Привет малыш. А я к папе. — сказала я, когда мне дверь открыл Димин сын.