Маска
Шрифт:
Эберхард остался один. Он не сводил глаз с кубка с вином. Мехтильда — Мелисанда Вильгельмис? Разве такое возможно? Кое-что действительно совпадало: возраст, цвет волос, высокое происхождение. Во время резни в ущелье он видел девочку только мельком, да и то издалека. Он не узнал бы ее. Неудивительно, что он ничего не заподозрил. К тому же в Урахе ему сказали, что она появилась на хуторе всего пару недель назад. Где же она пряталась все эти годы? Как ей удалось скрыть свое происхождение?
Фон Закинген встал. Она сама ответит ему на эти вопросы. Когда
***
Мелисанда отложила перо в сторону и посмотрела на плоды своего труда. Не так уж плохо для человека, который пять лет писал грифелем на восковой дощечке. По крайней мере, лучше, чем документы, составленные старым писарем. Рука старика дрожала, строки разбегались в разные стороны, будто пытались покинуть пергаментный лист. Сейчас Мелисанде предстояло переписать счет. Вендель объяснил ей, как это сделать. Хорошо, что он оставил ее одну. У Мелисанды появилась возможность потренироваться, и он не заметит, что она занимается этим впервые. Что ж, первый документ составлен, дальше будет легче.
Эрхард Фюгер, отец Венделя, скрепя сердце согласился взять на работу незнакомого писаря. Даже рекомендательное письмо от городского совета Аугсбурга его не убедило.
— Так вы несколько лет работали на городской совет в Аугсбурге? — недовольно осведомился он. — Могу я полюбопытствовать, сколько вам лет, господин де Вильмс? Вы едва выглядите на шестнадцать.
— Вы ошибаетесь, мастер Фюгер, — ответила Мелисанда. — Этой зимой мне исполнилось восемнадцать. В тринадцать лет я пошел в подмастерья. А когда мой мастер внезапно заболел, я начал работать вместо него. Совет всегда был очень доволен мною.
Ни слова лжи. Только ремесло другое…
Эрхард Фюгер склонил голову к плечу и задумался, а затем решил поручить Мертену составить пару документов, чтобы проверить его.
— Ваш отец очень суров, — сказала Мелисанда Венделю, когда они остались одни.
— У него доброе сердце, — возразил Вендель. — И он защищает семью всеми доступными ему способами. Сейчас он тщательно проверяет всех, кто приближается ко мне. Летом он чуть не потерял меня и до сих пор не оправился от пережитого страха.
Мелисанда не стала ничего уточнять, и Венделю это понравилось.
— Спасибо, что не спрашиваете меня о случившемся. Это было ужасно, и я не хочу говорить об этом.
Мелисанда вышла из своей комнаты, куда Эрхард Фюгер поставил письменный стол, спустилась по лестнице и направилась во двор. Она искала Венделя, чтобы сообщить ему, что закончила переписывать счет. Вон он! Юноша стоял у ворот и говорил с какой-то девушкой — роскошно одетой, светловолосой и красивой, точно ангел.
Мелисанда заметила, что девушка бросала на Венделя влюбленные взгляды, но тот никак на это не реагировал. Мелисанда невольно улыбнулась. Обернувшись, Вендель ее увидел.
— А, мастер де Вильмс! — воскликнул он. — Подойдите, я хочу вас кое-кому представить.
— С удовольствием. — Мелисанда
— Ангелина, это мастер Мертен де Вильмс, писарь из Аугсбурга. Теперь он работает у нас. Мастер де Вильмс, это Ангелина Урбан, моя невеста.
Мелисанде показалось, что у нее земля ушла из-под ног. Она вымученно улыбнулась и негромко произнесла:
— Приятно познакомиться.
Ангелина, просияв, сделала книксен и сказала:
— Мой Вендель вас очень хвалил, мастер де Вильмс. Поэтому я рада, что наконец-то появилась возможность познакомиться с вами.
— Прошу меня простить. Я почти забыл, что мне еще нужно написать письмо. Его должны передать с караваном, который уезжает из города в полдень. Мне придется поторопиться.
Мелисанда побрела обратно в дом, пошатываясь, поднялась по лестнице и рухнула на кровать. У него есть невеста! Ну конечно. Почему у такого мужчины, как Вендель, не должно быть невесты? И почему она так огорчилась? Мелисанда прибыла сюда с одной-единственной целью — уничтожить Оттмара де Брюса!
***
Над полями и лугами стелился сизый туман, сквозь дымку проглядывало утреннее солнце. День будет чудесный. Листва отливала нежно-желтым и багряным. Мелисанда и Вендель проехали Верхние ворота в сопровождении Антония. Телохранитель внимательно осматривал все вокруг. Мелисанда уже неделю жила в таверне Фюгеров под видом Мертена де Вильмса и так привыкла к своей новой жизни, будто провела тут много лет. В доме царила уютная атмосфера, все уважали и любили друг друга. Ремесло писаря давалось Мелисанде легче, чем она ожидала, старый Эрхард утратил былое недоверие, а Ангелина, красотка-невеста, больше не появлялась.
Вендель не отходил от Мелисанды ни на шаг. Он уже рассказал ей о событиях в Эсслингене, в том числе о странном палаче, спасшем ему жизнь. Он подозревал Оттмара де Брюса в заговоре, в результате которого Вендель чуть не оказался на виселице. Парень сообщил Мелисанде, что де Брюс, вероятно, до сих пор хочет его убить. Рассказал Вендель и о своих предположениях насчет того, что во время смотра невест в Адлербурге что-то случилось: похоже, он увидел то, чего не должен был видеть. Но Вендель почти ничего не помнил и потому не понимал, за что граф так на него обозлился. Мелисанда внимательно его выслушала, пытаясь расспросами пробудить воспоминания о злополучном дне, но Вендель так ничего и не вспомнил.
От Верхних ворот они поехали в сторону Ахальма: Вендель хотел проверить, все ли в порядке на винограднике Зоммерхальде. Поднимаясь по узкой тропе на гору, поросшую виноградом, Вендель спросил:
— Правда, здесь чудесно? Видели ли вы столь роскошные горы в Аугсбурге, друг мой?
Откуда Мелисанде было знать? Девушка никогда в жизни не бывала в Аугсбурге. Но она знала, что виноторговцы часто совершали далекие поездки и потому Вендель мог бывать там сам или слышать рассказы об этом городе.