Маскарад

Олейник Виктория

Кто бы знал, сколь много проблем доставляет эта сказка! Каждый пытается извести наш род, чтобы воскресить себе на потребу самого могущественного из верховных демонов, принца ночи, князя тьмы…»

Я резко обернулась на внезапный звук позади. Тени копошились по углам, наползая сквозь полумрак, царивший в комнате… мне стало тревожно, я напряглась, высматривая источник звука…

— Госпожа Кларисса! — Но вместо этого в дверь вошла Марита. Она с грохотом опустила ведро на пол, поставила руки в бока и прищурилась, рассматривая меня, как врага народа. — Нет

его! Господина нет, он желал проведать Лайзу, — это прозвучало со значением, и я удивленно посмотрела на всегда любезную девушку. Она держалась сухо и чопорно, словно с удовольствием окунула бы меня в мыльное ведро.

— А… А когда он будет? — Я с сожалением захлопнула книгу. Брать ее в комнату Клариссы дурная идея. Нельзя, чтобы какой-нибудь Фил заполучил ее в руки, все поймет. — Мне нужно с ним поговорить.

— Он хотел принести для вас обед! Так что ищите в столовой, — заморозила меня Марита своим тоном, и я поняла, что здесь даже более лишняя, чем вон то ведро с мусором. Помявшись, кивнула и вышла за дверь.

Стеклышки в оконных витражах перемещались, образуя движущиеся картинки — как русалка рядом, которая, казалось, расчесывает волосы. Я помедлила, заметив зеркало, которыми тут щедро были усыпаны стены, и всмотрелась в собственное отражение.

Форма у шайнов… другая. Я подошла к зеркалу и пригладила юбку. Приталенный белый пиджачок с золотыми узорами и юбка до колен, открывающая стройные ножки… даже без приворота перед Клариссой непросто устоять. Она была красива. Курносый носик и алые губы, томный взгляд, красиво подведенные глаза. Я подошла ближе и провела ладонью по зеркальной поверхности. Как мне хотелось вернуться в собственное тело. И чтобы вот так, стоять здесь и смотреть на себя.

Я устала. От перемещений и чужих жизней. От невозможности быть собой, думать своей головой, от необходимости бежать от каждого встречного.

Ариан… скрашивал эту реальность. Делал ее почти нормальной. Но он не мог вернуть мою жизнь.

— Анаилад морад! — прошептала я заклинание, найденное в библиотеке.

И поморщилась, когда в глазах потемнело; меня словно выбросило из тела, но боль вернула обратно, резко и без предупреждений. Я выдохнула и прижала к носу пальцы. Опять кровь… почему не получается?

— Клари! — раздался звонкий голос сбоку. Меня подхватили под руку и потащили дальше по коридору. — Поздравляю, подруженька! Ну и как он? И что он? — проворковала блондинка с правого локтя.

— А это больно? — И с левого.

— А говорят, мужчины проникают… ну, туда? — смутилась вторая.

— Ах, я тебя так завидую!

Девушек оказалось двое… ах да! Это же подруги Клариссы. Пока была служанкой, называла их «две шарлотки». Одна потому что Шарлотта — а другая Шарлитта. Эти две особы казались настолько нормальными и безопасными, что от сердца отлегло.

— Хочу есть… — вздохнула одна.

— Просто умираю! — дополнила вторая и прошептала, склонившись к уху. — А за едой ждем подробностей…

Эмм… вряд ли их порадую, учитывая, что ничего не помню. Покраснев, послушно переставляла,

тем не менее, ноги. Еда! Еда — это хорошо! Ариан же все равно будет в столовой, так? Подождет, надеюсь, пока буду опустошать столы шайнов… ух, как предвкушительно!

______________

Притихнув, девушки настороженно наблюдали за тем, как вокруг меня разрастается ряд серебряных блюд. А я заказывала еще, и еще, и еще…

— Это ночь с мужчиной так на нее повлияла? — прошептала шарлотка. Другая недоуменно покачала головой.

— Говорили же, что он монстр в постели… а каким он еще может быть при таких магических силах, ммм? Мужская сила от магического резерва зависит…

Я подавилась салатом. Наверное, у Ариана все в порядке с этим самым. Он же сильнейший маг Академии!

— Ты бы осторожнее. Помнится, увивалась за ним одна девчонка лет семь назад… ходила вечно с кругами под глазами, а потом стала в обмороки падать…

— Представь. Какой мужчина! Так истощил бедняжку, — вздохнула вторая.

— Ему же надо силу сбрасывать, наверное, одной женщине тяжело будет его вынести! А еще Санниа, потом Лайза, да? Говорят, он их каждую ночь пользовал, из его комнаты такие звуки доносились!…

Я прыснула соком, подавившись. Одна шарлотка потрепала меня по руке.

— Ненасытный! Бедняжка, знаешь что? Все мужики кобели!

— Нет, — неожиданно отрезала я. И ткнула вилкой в салат, опустив голову под их взглядами. — Не говорите так. Вы его не знаете… — тихо выдавила.

Ведь доподлинно точно, что он и пальцем не тронул ни Лайзу, ни Саннию. Его репутация — моя вина. Не глядя, я сунула в рот нечто круглое… а потом еще с той же тарелки… Потянулась за добавкой и, только проткнув шарик, посмотрела на вилку…

А глаз на вилке на меня….

— А-аа! — вскрикнув, я вскочила, разбрасывая посуду. Глазоцвет, глазоцвет! Я сожрала два глазоцвета!

Звякнула вилка, упала крышка, привлекая всеобщее внимание. Попятившись, споткнулась о стул, и меня резко перехватили за талию, не позволяя упасть. Я ударилась о чью-то грудь, по инерции вцепившись в поддерживающую меня руку…

— Заменить, — прозвучал ледяной голос позади. Ариан, держа меня одной рукой, другой вернул блюдо официанту.

Я успела заметить, как переглянулись и, хихикая, поднялись шарлотки. А потом шайн, стоя за спиной, подцепил мой подбородок пальцем, чтобы повернула голову. Его ледяная красота казалась почти нереальной… серые глаза с видимым удовольствием прищурились.

— С добрым утром, Кларисса. — Его губы коснулись моих в волшебном, томительном поцелуе. Слишком, пожалуй, чувственном для столовой, где так много лишних глаз. Его свободная рука легла на мой живот, притягивая ближе. Он нежно прикусил меня за нижнюю губу и углубил поцелуй, наплевав на окружающих.

Я вспыхнула до корней волос. Такие поцелуи… хороши для спальни. Как прелюдия к тому, что следует за ними.

Но не для столовой. Этот поцелуй был полон нежности, страсти и любви. Я буквально таяла в его руках, не в силах прекратить сладкий позор.