Маскарад

Олейник Виктория

– Нет, Мирра!!! — Ариан казался таким перепуганным. Его руки дрожали, с волос капало. Это он вытащил меня из воды, он тормошил меня.

Мы оба понимали — это бесполезно. Отняв руку от моей спины, шайн с болью и горечью посмотрел на пятна крови…

— Убей ее, — послышался вдруг голос сбоку. В глазах потемнело, едва могла видеть эту женщину. Она казалась укутанной тенями… А может быть, мир померк? Волосы ее были странного серо-темного цвета, эффектное черное платье плотно обхватывало стройную фигуру, а за спиной мрачные крылья.

Но ее глаза… будто черные

провалы с красным вытянутым зрачком, будто сама смерть. Зрение изменилось, я вдруг увидела… какая она на самом деле… какая жуткая, какая страшная!

— Убей ее, Ариан. Она все равно не выживет. Ее исход один. Но если убьешь сам, ты получишь награду, — улыбнулась она.

Лютый страх сковал меня. Я так захотела жить. Я выживу, обещаю. Только не отдавайте ей меня. Паника захлестнула с головой, она не была человеком, она несет только зло! Я дернулась, как могла руками, чтобы вцепиться в одежду Ариана. Он не отдаст меня ей… уверена, что так! Пусть уходит от нее, пусть бежит…

— Ари… — Я захлебнулась, вместо слов из горла вырвалась кровь. Я так отчаянно цеплялась за Ариана, что стало больно пальцам, одеревеневшим от холода и подкрадывающейся тьмы.

Убей ее… — почти прошипела эта женщина. Ветер взметнул назад ее волосы, глаза полыхнули красным. Обратила взор на Ариана и задохнулась от его взгляда.

Я поняла, что он сделает за секунду до того. Что она ему пообещала?!

— Ари…

— Прости меня, — его ладонь накрыла мой рот, гася крик. Другая рука легла на грудь напротив сердца, и я выгнулась от внезапной, непривычной боли. Меня словно поглощало, забирало, будто воткнули кинжал в сердце и ворочают им. От пальцев Ариана хлынула тьма, она проникала в меня, охватывала сетями мою душу.

Я расширила глаза, сопротивлялась, брыкалась, силилась вырваться.

Но это сила… Вторглась в самую суть меня. Тьма и боль затопили мое тело…

Пока не осталась только тьма.

Тьма и ничего больше.

Ариан Де Шай

Ее взгляд, полный отчаяния и боли, страха и испуга от его предательства… Ариан прижал девушку к себе и зарылся в ее теплые от крови волосы. Зарылся так, чтобы не закричать, чтобы сдержать силу, рвущую когтями сердце.

Мог ли он подумать, что вмешательство Норана Грета так обернется? Он обратился к нему за помощью, в надежде, что профессор поможет обойти условие богини. Спасти Мирру без крайних мер.

Вместо этого Норан приблизил их исполнение, будто говорил, что выхода нет. Ариан поднял голову, чтобы с ненавистью взглянуть на мост. Норан, скрестив руки, щурился. Он казался отстранённым, равнодушным…

Но это не профессор, а Ариан убил ее… собственными руками. Прижавшись лбом к ее голове, он завыл, не в силах сдержать отчаяния. Он должен был ее защищать! А он убил ее…

Ее душа уходила, покидала эту оболочку. В глазах потухал свет. Это сделал он… он, он, он!

— Какой ты умница, — прошелестел голос богини. — Теперь можно вернуть девочке тело. Видишь, убивать легко.

Легко? Ариан усилием воли сдержал порыв гнева. Его руки были в ее крови…

Но у богини

всегда были свои планы. Она сощурилась и щелкнула пальцами, выгнувшись, Кларисса застонала, возвращенная с того света. Смерть всегда была в руках богини. Ариан не вздрогнул, когда Кларисса часто задышала.

Чувство потери, пустоты болью полосную его сердце. Он уронил руки, позволяя ожившей Клариссе де Тиан вывернуться и, упав на живот, закашляться водой. Ее раны затягивались, она казалась безжизненной, но дышала.

А Мирра нет. Ее больше нет.

— Ты обещала… — безжизненно выдавил он.

— А что, если передумала? — Богиня кокетливо оправила платье, но не получив ни намёка на реакцию, вздохнула и помрачнела. — Какой ты скучный!

Недовольно скривив нос, она повела рукой, чтобы призвать сияющую жемчужину. Радужная пульсирующая в глубине, она меньше всего напоминала творение этого мира. Ариан наконец поднял голову… Что это?

— Вложи иномирянке это в рот, и она сможет вернуться в тело. У тебя ровно час, прежде чем ее тело перестанет дышать. Тогда я буду бессильна помочь тебе вернуть ее к жизни. Жемчужина жизни твоя, — богиня бросила ему под ноги жемчужину, и Ариан схватил ее, крепко стиснув. С ненавистью посмотрел на богиню. — Хочешь, используй. Или сохрани на память.

Ведь Ашрея могла вернуть Мирру с самого начала. Ей достаточно было отдать жемчужину сразу… Жемчужина жизни! Он и не думал, что они на самом деле существуют. Ходили легенды, что у богов есть источник бесконечной жизни, исцеляющий любые раны, возвращающий с того света…

То, что он так искал, но не успел найти. Источник энергии, который подарил бы Мирре силы, чтобы вернуться.

Ашрея знала, чем обладает. Но заставила Мирру перенеси все это! Позволила ей умереть…

Ашрея улыбнулась, а он сильнее стиснул жемчужину. Зачем? Мирра могла вернуться сразу, без условий, без смертей. Ей не нужно было оказываться в руках богини, чтобы возродиться. Если бы он только знал!

— Приобретенное высокой ценой, и ценится выше, — подняла Ашрея бровь. — Жемчужина лишь одна в целой Вселенной! Ты бы все равно пришел ко мне, а я поставила бы те же условия. Ну а если бы воспротивился, я бы так или иначе получила душу твоей зазнобы. Только, возможно, вернула бы ее умертвием. Мертвые всегда послушны.

Ашрея ослепительно улыбнулась, радуясь своей задумке, а шайна передернуло от догадки. Мирра нужна ей… чтобы контролировать его. Девушка оказалась здесь из-за него… умерла из-за него. Всё, лишь бы богиня получила желанную игрушку — его — в свои руки.

Фигура богини подернулась черным туманом, стирающим очертания, и Ариан глубоко вдохнул, сжав жемчужину в руке. Как и после гибели семьи, он запирал гнев глубоко в душе, не позволяя ему вырваться.

— Ариан, помоги мне! — Кларисса кашляла кровью и водой, не в состоянии подняться. Ее тело содрогалось, по щекам бежали слезы.

Ариан спрятал жемчужину в кулаке и резко поднялся, заметив, как в отдалении появилась фигура Гретки. Профессор шагнул на поляну, пристально посмотрел в глаза. Но у него час. Ровно час, чтобы вернуть Мирру!