Mass Effect

Карпишин Дрю

Джиллиан и Хендел боролись со скукой при помощи биотических тренировок. Девочка двигалась вперед с поразительной за столь короткое время скоростью. Кали не знала наверняка, было ли это результатом ее занятий с Хенделом один на один, или же та вспышка в столовой Академии пробила какой-то внутренний психический барьер. И хотя она радовалась за Джиллиан, делающую успехи, она мало чем могла помочь ей сейчас.

Однако Джиллиан на удивление хорошо справлялась с их теперешней ситуацией. У нее всегда случались плохие и хорошие дни; переменчивость ее состояния носила непостоянный характер. За прошедшие дни у нее все еще бывали периоды, когда она просто отстранялась от происходящего вокруг,

но в целом она казалась более настороженной и поглощенной окружающей действительностью. Опять же, Кали не могла точно сказать, что послужило тому причиной. Быть может, все дело в том, что сейчас ей уделяли гораздо больше внимания, чем когда-либо в Академии. Или же это как-то связано с тем, что она не могла покинуть ограниченного пространства шаттла — Джиллиан очень хорошо знала каждый дюйм этого корабля. Наверняка, она чувствовала себя здесь в безопасности в отличие от открытых классных комнат и коридоров Академии Гриссома. А может, причина крылась просто в том, что здесь она общалась с гораздо меньшим количеством людей — кроме Хендела и Кали, постоянно бывших рядом с ней, их навещал только Лемм.

Он заходил к ним раз или два в день, чтобы рассказать о происходящем на борту Айденны и поделиться важными новостями Флота. Во флотилии насчитывалось почти пятьдесят тысяч судов — по большей части фрегаты, шаттлы и небольшие одноместные корабли, — поэтому поток сообщений и переговоров никогда не ослабевал.

К счастью, из-за того, что кворианцы постоянно искали ресурсы для своего общества, между флотом и ближайшими планетами непрерывно курсировали десятки грузовиков. Как и было обещано, с Айденны послали сообщения на другие корабли с просьбой предоставить им подходящую для людей пищу и защитные костюмы. День спустя начали поступать припасы, и теперь трюм шаттла был забит практически до отказа.

Не удивительно, что эта просьба возбудила подозрения, и по всему Флоту поползли слухи. Как объяснил им Лемм, это было одной из причин столь долгого принятия решения. Капитан каждого корабля имел неограниченные права на своем собственном корабле, если только его действия не ставили под угрозу остальную часть флотилии. Несомненно, факт принятия на борт некворианцев выходил далеко за пределы дозволенного.

Из-за необычной просьбы Айденны в обсуждение этого дела оказались вовлечены Конклав и Коллегия Адмиралов — уважаемые гражданские и военные лидеры правительства кворианцев. В конце концов, по словам Лемма, решение все же будет принимать капитан Айденны, но не раньше, чем все остальные выскажут свои мнения и советы.

Чтобы скоротать время между визитами Лемма, Кали говорила с кворианцами, стоящими на страже около шлюза их шаттла. Уго, старший из двоих, держался вежливо, но несколько холодно. Он коротко и скупо отвечал на ее вопросы, и она в скором времени прекратила попытки разговорить его. Однако Сиито был его прямой противоположностью. Кали предполагала, что он ровесник Лемма, но так как его лицо скрывалось под маской скафандра, единственной подсказкой для нее служила частица «нар» в его имени. Но по какой-то причине Сиито казался более наивным и юным, нежели их спаситель. Лемм, проведший в своем Паломничестве несколько месяцев вне флотилии, несомненно, успел измениться, а вот Сиито поражал ее своей детской непосредственностью и легковозбудимой, общительной натурой.

Кали быстро поняла, что он любил поговорить. Одного или двух ее вопросов хватало, чтобы заставить литься поток слов, который очень скоро превращался в бурную реку. Однако ее это не смущало. Время проходило быстрее, к тому же от Сиито она многое узнала о кворианцах вообще и об Айденне в частности.

Построенная около тридцати лет назад,

Айденна, как он объяснил, все еще считалась новым кораблем. Вполне понятно, если учесть, что некоторые корабли во флотилии были созданы более трехсот лет назад, еще до того, как кворианцы потерпели поражение от гетов и были вынуждены отправиться в изгнание. За прошедшие века их усовершенствовали, ремонтировали и перестраивали до такой степени, что сейчас они уже вряд ли походили на те суда, которыми были изначально, но все равно их считали менее надежными, чем новые корабли.

Сиито также рассказал ей, что Айденна считалась крейсером средних размеров, достаточно большим, чтобы быть представленным в Конклаве, гражданском совете, который консультировал Коллегию Адмиралов в вопросах политики Флота и выносил решения по некоторым внутренним вопросам. Она также узнала, что 693 мужчины, женщины и ребенка называли Айденну своим домом — 694, если дар Лемма капитану будет принят, и он займет место в числе команды судна, завершив свое Паломничество. Кали поразило это число. На средних крейсерах Альянса находились экипажи в 70, максимум 80 человек. Мысленно она представляла себе, как многочисленные жители Айденны существуют в тесноте переполненного корабля.

Чем больше она разговаривала с Сиито, тем более общительным он становился. Он рассказал ей о Исин-Моле вас Айденна, капитане корабля. Капитаны кораблей обычно твердо придерживались традиций, однако Мол считался ярым приверженцем изменений и прогресса. Более того, как шепотом сообщил ей по секрету Сиито, он вынес на обсуждение флотилии предложение посылать крейсеры в длительные исследовательские походы в неизведанные области космоса в надежде найти незанятые, пригодные для жизни планеты, которые кворианцы могли бы назвать своим новым домом.

Подобный взгляд противоречил убеждениям других капитанов и Конклава, веривших, что кворианцы должны оставаться все вместе в Странствующем Флоте, если хотят выжить. Однако из того, как молодой кворианец говорил об этом, Кали поняла, что он в большей степени придерживается мнения своего капитана, нежели остальной общественности.

Пока она шла к шлюзу через пассажирскую каюту, она надеялась, что там снаружи на страже окажется разговорчивый Сиито, а не молчун Уго. Им все еще не позволялось покидать корабль, и она уже собиралась связаться со стоящим снаружи охранником по внешней связи и попросить его зайти внутрь, когда замки на двери неожиданно сами начали открываться.

В удивлении она отшатнулась назад, а дверь тем временем открылась, и внутрь вошли семеро кворианцев.

Кали напряглась, наблюдая, как они заходят на борт шаттла, но потом поняла, что ни у кого из них не было оружия, и немного расслабилась.

Среди них она заметила Сиито и Уго, и ей показалось, что в первых рядах вошедших стояла Исли, командир того патруля, что первым встретил их. Остальных четверых она не знала.

— Капитан согласился встретиться с вами, — сказала Исли вместо приветствия, подтвердив, что это была и вправду она.

Как раз вовремя, черт возьми, подумала Кали. Вслух она произнесла:

— Когда?

— Сейчас, — ответила Исли. — Мы проводим вас на мостик для встречи с ним. Вам придется надеть скафандр, конечно же.

— Хорошо. Дайте мне только сказать Хенделу и Джиллиан, что я ухожу.

— Им тоже придется пойти с нами, — произнесла Исли голосом, не терпящим возражений. — Капитан желает встретиться со всеми вами. Лемм уже ждет вас там.

Кали не хотелось заставлять Джиллиан покидать шаттл и тащить ее через запруженные народом палубы Айденны, но в данных обстоятельствах у нее, похоже, не оставалось другого выбора.