Мастер 2
Шрифт:
Он замер расслаблено с опущенным к низу клинком в руке и прикрыл глаза, потом резко и неожиданно взорвался практически неуловимыми движениями светящегося клинка и снова замер, и только затем манекены развалились, демонстрируя, идеально ровные и дымящиеся срезы. Народ вокруг пораженно зашумел и зааплодировал. А Алекс взял в руку металлический пруток, и осмотрел его внимательно. Здесь требовалась значительная сноровка и опыт. Чем сильнее нажимаешь на кнопку на рукоятке, тем больше энергии подается на режущую кромку, и только с опытом приходил навык работы с клинком, и грамотный расход энергии, иначе за один раз можно высадить весь заряд.
Клинок
— Великолепно. — снова произнес Фредерик. — Жаль, что я сам не могу попробовать из-за магической привязки.
И ни он, ни Алекс, ни кто другой в этом мире не предполагал, что так называемая магическая активация и привязка к владельцу, это просто стандартные требования техники безопасности для промышленных резаков Древних. Включение по отпечатку пальца и автоматический сброс на минимальную мощность, а еще отсутствующие здесь защита от дурака, когда нужно нажимать сразу две кнопки, кроме того датчики, определяющие состояние работника, блокирующие активацию при алкогольном или наркотическом опьянении.
— Великолепно. — еще раз произнес Фредерик и глаза его снова загорелись азартом любителя и коллекционера. — А у тебя есть… как же он называется… стреломет?
— Да есть, я привез его с собой в столицу.
— Прекрасно, просто прекрасно. Тогда как ты относишься к охоте?
— Хорошо. Я же из Закатных гор, где все охотятся на искаженных тварей.
— Замечательно. Примерно через месяц, или чуть позже, мы планируем открыть осенний сезон охоты. Открытие состоится в родовом имении Томаса Ан Броонте, там чудесные угодья, я пришлю тебе приглашение. Надеюсь, ты не откажешься поучаствовать?
— Я с удовольствием присоединюсь к вам. Тем более я знаком с лэрдом Томасом Ан Броонте.
— Точно, он же мне рассказывал, а я сразу и не вспомнил, это же ты лечил его Грома. Все, до встречи, ожидай приглашения. Эрнест, дорогой друг, идем, нам надо успеть поговорить, через двадцать минут я уезжаю. Дела не ждут. — и они отправились в сторону причала, очевидно гость прибыл как раз по воде.
А Алекс вместе с Патриком, который был неподалеку, все это время, направились к беседке, чтобы срочно освежиться бокалом вина, там к ним присоединились Эрик и Виктор, тоже бывшие неподалеку.
— Ты полон скрытых сюрпризов мой друг, как и знакомств. — заговорил Патрик, выпив вина. — Но должен признать, что твое выступление было фееричным. А еще у тебя талант, заводить «друзей», и сейчас их у тебя появилась не одна сотня.
Алекс только отмахнулся, на его слова, тоже делая глоток вина. Столько «лучей добра» он не чувствовал на себе ни разу в жизни. Если бы взглядами можно было поджечь, то он бы пылал уже, как газовый факел. Что и не мудрено, многие из присутствующих, годами ходят на подобные приемы, годами ждут возможности быть представленными кому-то значимому. А тут, какой-то выскочка из всеми забытых Закатных гор, вот так походя, знакомится и запросто беседует с членом императорского дома, и даже договаривается об участии в охоте закрытого императорского охотничьего клуба, всего лишь продемонстрировав пару фокусов. И невдомек большинству присутствующих, что напрасно и зря они бесятся, это так не работает, и не все так просто. Не понять им, что его «фокусы», это был всего лишь подходящий повод, а истинная причина совсем другая, потому и не быть им представленными, сколько бы они не ходили на приемы.
А
А еще, возможно так сразу и задумывалось кем-то, и он выступал как приманка, а то и вовсе как «волк в овечьей шкуре». Не зря же ходят, на первый взгляд нелепые слухи, о том, как легко и непринужденно справился мальчишка-целитель, всего лишь мастер официально, с боевым магом и младшим магистром. Но с окружающими они своим мнением не спешили делиться.
Но Алекса это пока не волновало, он сейчас как раз размышлял, что мало ему было занятий танцами и прочего, сейчас же ему предстоят занятия верховой ездой, и не простой, а скачками с препятствиями. Он беседовал в прошлый раз с Томасом Ан Броонте на тему парфорсной охоты, и понимал, что его навыков явно недостаточно, и отказаться не получится. Как обычно.
Они переводили дух и беседовали с приятелями в беседке, большая часть гостей, снова переместилась в здание, там продолжала играть музыка и снова начались танцы, но много народу было и в саду, они собирались в небольшие компании, о чем-то переговаривались и периодически поглядывали на беседку, где расположились приятели.
Через какое-то время к беседке направилась компания молодых людей, под предводительством Оскара Марлоу, одного из возможных лидеров, наследника великого Дома Красного камня.
— Приятного вечера господа. — заговорил Оскар Марлоу, доброжелательно улыбаясь. — Алекс, замечательная демонстрация. Прошу прощения, у меня только один небольшой вопрос. Насколько правдивы все эти слухи о твоей причастности к роду великого князя?
Это было на грани, но только на грани, еще чуть-чуть и это можно было бы счесть оскорблением, но Оскар, не смотря на молодость, уже был опытным политиком и интриганом. Но и Алекс не собирался идти на поводу, и уже начал немного разбираться в хитросплетениях светских разговоров и провокаций, и не собирался поддаваться на них и тем более вступать в конфронтацию.
— Не понимаю о чем ты. Я к своему сожалению не интересовался слухами. — ответил ему Алекс, не менее «доброжелательно» улыбаясь и принимая несколько пафосную позу. — Но, Роду Рателей не нужно чужого, а свое, мы сами возьмем, по праву.
После этой фразы, «родовой» перстень на пальце Алекса, вспыхнул неярким зеленым свечением, и на несколько мгновений за его спиной проявилась большая фигура рателя, стоящего на задних лапах и оскалившего белоснежные клыки.
А еще, некоторым наблюдающим явление показалось, что ратель, одной лапой демонстрировал козу, а другая лапа демонстрировала средний палец, устремленный вверх, но видимо только показалось, хотя они и не понимали смысла этих жестов.
Но Алекс не видел этого и не знал о иллюзии, и потому со скрытым непониманием, наблюдал за недоумением и озадаченностью на лицах собравшихся.
Больше им никто не досаждал, и не подходил с вопросами и разговорами до самого конца приема, и Алекс надеялся, что на сегодня происшествий на его голову достаточно. Он задумчиво шагал в кильватере, следом за приятелями, направляющимися на выход, и не заметил, как налетел на парня, чем-то похожего на него, такого же худощавого, темноволосого и подвижного.