Мастер-арфист
Шрифт:
— Но разве наследника не выбирают на общем собрании всех лордов? — недоуменно спросил Робинтон.
Фаллонер лишь фыркнул при виде такой наивности.
— Конечно, решают лорды. Но обычно они выбирают самого сильного — того, кто проживет достаточно долго, чтобы выдвинуть свою кандидатуру. Даже в Вейре всадники начинают устраивать какие-то махинации и хвастать своими заслугами, когда королеве приходит пора подняться в брачный полет, — рассудительно пояснил он. — Правда, у нас это не приводит к смертельным случаям — всадники
— Но как?!
Фаллонер ответил Робинтону терпеливым взглядом. Потом продолжил:
— Есть способы. Потому-то мой отец и одолел всех прочих бронзовых всадников, когда Фейрит'а поднималась в последний раз. Карола хотела себе в вейр К'роба, но Чендит' умнее Спакинт'а, и намного. А кроме того, кладка Фейрит'ы от Чендит'а оказалась намного больше, чем ее последняя кладка от Спакинт'а.
— А я думал, что предводитель Вейра остается предводителем… — Робинтон постарался припомнить все известные ему песни о драконах.
— Лишь до тех пор, пока его дракон летает с королевой, — договорил за него Фаллонер, качнув головой.
— А может, ты отправился бы с нами в цех арфистов? — робко предложил Робинтон.
— Не, не выйдет, — отозвался Фаллонер. — Я вернусь в Вейр. Понимаешь, я не хочу покидать его надолго.
— А почему? На площадке Рождений сейчас нет яиц. Да и все равно ты еще недостаточно взрослый.
— Мне остался всего один Оборот, — с обычной своей самоуверенностью заявил Фаллонер. — Я, правда, здорово рад, что познакомился с тобой и с твоей матерью — она потрясающая. Теперь, благодаря ей, я еще больше окажусь на виду.
— На виду?
Странно: Робинтону казалось, что Фаллонеру сейчас следует вести себя потише — его же отослали из Вейра нарочно, чтобы он не мозолил глаза госпоже Вейра, и та успокоилась. А он, похоже, опять за свое.
— Ну да, я буду помогать К'гану. Я теперь могу читать ноты и делать копии — почти так же хорошо, как ты.
— Ты быстро учишься, — великодушно признал Робинтон.
— Приходится, — серьезно отозвался Фаллонер, — раз уж мне предстоит стать предводителем Вейра к следующему Прохождению. Ладно, пошли. Я помогу тебе собрать вещи. Ты ведь наверняка увозишь куда больше, чем привез.
— В Бендене все были очень добры ко мне, — признался Робинтон.
— А чего бы им не быть к тебе добрыми? Здесь ты никому не перебежал дорогу.
На следующий день Робинтон никак не мог избавиться от комка в горле: ему предстояло попрощаться со всеми, с кем он успел познакомиться в Бендене, и прежде всего с Фаллонером и Хайоном.
— Не переживай ты так, Роб, — прошептал ему на ухо Фаллонер, когда они уже стояли рядом со Спакинт'ом и смотрели, как на драконью упряжь прикрепляют сумки. — Я тебя навещу —
— Я буду ждать, — отозвался Робинтон и широко улыбнулся — чтобы удержаться от слез.
— Давай, малыш, забирайся наверх, — сказал К'роб и подсадил Робинтона.
Робинтон уже знал, как следует взбираться на дракона и где усаживаться. Мама поднялась следом — куда изящнее, чем он, — уселась позади Робинтона и помахала рукой провожающим. Роби услышал, как она легонько шмыгнула носом, и понял, что не ему одному жаль расставаться с Бенденом. Ну, почему, почему они не могут здесь остаться!
Чтобы усадить Майзеллу на Кортат'а, времени понадобилось чуть больше: девушка намеревалась прожить в цехе целый Оборот и набрала с собой кучу вещей. По лицу ее текли слезы, но Робинтон знал, что это слезы радости.
«Ну, она быстро узнает, что цех — это ей не Бенден-холд», — подумал Робинтон и еле удержался, чтобы не фыркнуть. Он никогда не относился к Майзелле снисходительно.
А потом они взлетели, и Робинтона здорово встряхнуло: больно уж резко Спакинт' отрывался от земли. Робинтон уже начал привыкать к ужасу Промежутка; на этот раз было очень холодно, но не страшно. Робинтон даже возгордился.
Спакинт' любил покрасоваться. Вот и теперь он вышел из Промежутка ровнехонько над двором Дома арфистов, на уровне крыш, и осторожно приземлился.
— Прекрасно проделано, Спакинт'! — с восторгом воскликнула Мерелан и захлопала в ладоши.
— Я ему голову оторву, — строго заявил К'роб. — Нечего выделывать такие штучки без позволения.
— А может, не надо, К'роб? — попросила Мерелан. Глаза ее смеялись. — Такое великолепное появление! А вон и Кортат' с М'ридином и Майзеллой — они садятся куда осторожнее.
Мерелан улыбнулась и помахала рукой встречающим, собравшимся на ступенях. А потом она снова захлопала в ладоши: из окна второго этажа полилось пение хора. Цех приветствовал свою певицу.
«Мы рады вас видеть снова,
Мы рады, что вы к нам вернулись.
Мы приветствуем вас от души.
Оставайтесь с нами всегда!»
В конце кто-то изобразил соло на трубе и барабанную дробь, чем еще больше восхитил Мерелан. И лишь Робинтон заметил, что она пристально разглядывает присутствующих — видимо, ищет отца.
Петирона среди встречающих не было. Может, он руководил хором? Мастер Дженелл стоял на ступеньках и радостно махал Мерелан. Рядом с ним Робинтон заметил Бетрис, Джинию, Лорру, которая держала на руках младшую дочку, мастера Бослера и мастера Оголли, обнимавшего за плечи Лексея и Либби. Ступенькой ниже стояла Барба.
— Роби, радость моя, не говори с папой о его музыке, пока он сам о ней не заговорит, — поспешно прошептала мама Робинтону, а потом помогла ему спуститься на землю. Дженелл и Бетрис подоспели как раз вовремя, чтобы подхватить парнишку.