Мастер Гримуаров
Шрифт:
Судаку пришлось напрячься, он уже выставил руки перед собой, как будто удерживая стену. От былой улыбки с насмешкой не осталось и следа. Теперь его лицо было максимально сосредоточено.
Он активно защищался, сжигая в пепел свои рулоны свитков. Помогало, правда, так себе.
— Лучше бумагу не переводи, а на макулатуру сдай, — не удержался я от подколки дворянина.
— Пошёл ты… — стиснув зубы хрипел тот.
Дыхание смерти коснулось его стены. Защитные барьеры начали сыпаться прахом, стена завибрировала.
— Лианы! — выкрикнул Судак.
На поверхности барьера
— Ледяной смерч! — выпалил я.
Гримуар зашелестел страницами, свечение усилилось, а воздух перед защитным барьером обернулся градинами размером с дыню. Лианам Судака пришлось несладко. Бедолагу протащило несколько метров назад по двору, и он, чтобы удержать равновесие, вцепился пальцами в землю. Сказать ему, что это не всё и впереди его ждёт вишенка на торте? А что говорить, лучше покажу!
Пол под ногами начало трясти так, что от защитного барьера Судака начали отваливаться куски целыми пластами. Дальше — больше, та самая вишенка на торте: в стену соперника хлынула лавина воды. Поток был настолько мощным, что остатки защитного барьера попросту смыло. Досталось и Судаку — энергия сбила его с ног и поволокла кувырком к стене. Противника припечатало так, что он распластался по полу без сознания.
Отразить мою финальную атаку уже не получилось. Свитков у Судака не осталось, а всё, что было, превратилось в пепел, лежащий горстками на его половине двора. И время даже не закончилось, у меня оставалось два десятка секунд.
— Стоп! — выкрикнул команду ректор. И то не сразу, а после паузы.
Лёня не выдержал эмоций, вскочил с трибуны и бросился во внутренний двор. Роман тоже не остался сидеть, побежал следом. Друзья на радостях подняли меня в воздух и принялись раскачивать.
Остальные зрители тоже не остались равнодушными:
— Смотрите! Гримуар не сгорел!
— Охренеть! Реально… Он создал многоразовые свитки? Как такое возможно?
— Не знаю. Но книга цела… Сам видишь, — кто-то буркнул за моей спиной.
— Да это же невероятно!
— Фи… Подумаешь, книженцию создал.
Это была лишь малая часть голосов, которые я слышал. Среди них было множество эмоций: и удивление, и восторг, и зависть, и даже ненависть. Но я был готов принять всё это. Понимал, что после демонстрации у меня прибавится врагов. Но не бывает худа без добра, полезные связи я тоже планировал наработать.
У меня во время сдачи экзамена была цель не просто получить кольцо, чтобы заниматься магическим бизнесом. Я хотел заявить о своём изобретении миру. И лучше всего это было сделать именно здесь!
Эффект от моей защиты произвёл впечатление и на совет. Настолько глубокое, что комиссия взяла перерыв, чтобы всё переварить. А потом, когда они вернулись с перерыва, я обратил внимание, что одного из членов совета в составе комиссии уже нет.
— Не надо мне помощи, пошли вон! — это орал Судак, которого привели в чувства.
Отказывался
На последующих испытаниях пары и близко не подошли к схожим результатам. Судак тоже вернулся на трибуну и выглядел как мальчишка, получивший хорошую отцовскую затрещину. Суровая правда жизни — у победы много отцов, а поражение — всегда сирота. У группы поддержки дворянина сразу нашлись какие-то дела, и парни перестали ходить за ним хвостиком. Многие из ребят теперь подходили ко мне, хлопали по плечу и поздравляли с победой.
— Отличный результат, Вавилов. Я всегда знал, что ты лучший!
Интерес к Судаку утратили и девчонки, теперь уже я ловил на себе их заинтересованные взгляды.
Рома и Лёня довольно успешно прошли испытания, не показав ничего примечательного. Но одна защита запомнилась лучше остальных. Во двор вышла красотка, к которой подбивал клинья Судак.
Она орудовала искусным атакующим земляным заклинанием, и то, что она сделала с защитным барьером оппонента, заставило меня удивлённо выгнуть бровь. Барьер попросту провалился под землю — заклинательница сумела раскрыть под ним огромную чёрную дыру.
— Ни хрена себе… — не сдержался Лёня.
Уходя со двора, девчонка с вызовом посмотрела на меня. Я не сдержался и подмигнул ей в ответ. Примерно через час нас уже собрали в актовом зале, чтобы объявить результаты.
— Фирсов! — объявил ректор фамилию первого выпускника, удостоившегося кольца.
Из зала поднялся студент — неплохой заклинатель, заливший во время испытания водой весь внутренний двор. Следом назвали фамилии остальных ребят, удостоившихся высокой чести.
— Мне тут птичка на хвосте принесла, что кольца выдадут всем, — чуть наклонившись, шепнул мне на ухо Лёня, сидевший на соседнем кресле.
— С чего ты взял?
— Всегда выдавали тем, кто прошёл оба этапа, — пояснил Лёня. — Статистика — вещь упрямая.
Он оказался прав, ректор шёл по списку и выдавал кольца всем студентам. Лёню вызвали примерно на середине списка. Вернувшись, он стал показывать мне кольцо.
— Вау! Зацени, какое оно крутое, Кость!
— Недурно, ага, — согласился я.
Хотя, положа руку на сердце, ничего особенного в кольце не было. Не исключаю, что я просто пока не знал принцип его работы.
— Номер девятьсот двадцать три! — озвучил Лёня номер, выбитый на кольце. — Представляешь, за всё время существования империи этих колец удостоилось меньше тысячи человек!
Я стал малость напрягаться, когда в зале осталось всего трое, включая меня и Викторию Красовскую, заклинательницу ранга адепта. Статистика, конечно, вещь упрямая, как верно подметил Лёня… Но учитывая отношение ко мне совета, я дую на воду, обжёгшись на молоке.
Всего в этом мире насчитывалось пять рангов заклинателей: ученик, адепт, магистр, архимаг, верховный маг. В университете учились одни ученики и адепты, ранзницы как говорится, невелика, и поэтому нас никто не стал разделять по рангам. Тем более оценивались умения колдовать, а не сам факт победы.