Мастер Мглы
Шрифт:
Всего было четыре охранника и два сопровождающих, по одеяниям похожих на монахов из «реала» с тем лишь отличием, что они не носили крестов и не были подпоясаны верёвками. Поверх ряс виднелись, набранные из зачернённых металлических плашек, пояса, к которым крепилось оружие. На руках — кожаные перчатки с обрезанными пальцами, наподобие тех, какие носят представители неформальных течений в «реале». Физическая подготовка этих «боевых иноков» была видна невооружённым глазом.
«Хатог. Брат Наказующей
Уровень: 55».
«Барт. Брат Наказующей Длани.
Уровень: 54».
Суровые лица, цепкие оценивающие взгляды, экономные движения — это бросалось в глаза даже такому профану, как я. Псы Миардель. Верные головорезы, матёрые «стафы», готовые разорвать любого, на кого она ткнёт пальчиком, или просто косо посмотрит. Вот уж с кем бы я не хотел зацепиться со своим текущим уровнем.
Лязгнул замок соседней камеры. Сухой безэмоциональный голос приказал:
— Вывести.
— Лицом к стене! Руки назад. Руки назад, я сказал, — послышался глухой звук удара, а после болезненный женский стон. — Выходим!
Лиэль, только не сорвись, я тебя умоляю. Не поломай нам весь продуманный план.
— А с этой что?
— Эту связать и тоже вынести!
Заведённые назад руки обхватило грубой толстой верёвкой, которая в одно мгновенье затянулась, больно сжав кисти. Меня толкнули в спину:
— Пошёл!
А эти месье знают толк в извращениях, как я погляжу. Если б не их уровни, я бы решил, что нашу компанию конкретно опасаются, иначе с чего такие меры предосторожности?
Видимо, конвоирование заключённых у них отработано за долгие года практики, так как никто не создавал ненужного мельтешения, грамотно рассредоточившись по неширокому коридору. Каждого вёл один охранник, с помощью нехитрого приспособления в виде металлической трубы с затягивающейся петлёй на конце, в которую и оказались продеты наши руки.
И даже если пленник вдруг вздумает бунтовать или напасть на конвоира — чётко рассчитанная длина трубы просто не подпустит его на расстояние удара.
Ну я не настолько сумасшедший, чтобы попытаться напасть на тюремщика, выше меня на десяток уровней, да ещё и со связанными руками. Я вон уже попробовал выбраться из камеры — хватило за глаза, того, что в итоге вышло.
Второй охранник шёл сбоку ведомого, контролируя малейшее движение, готовый незамедлительно прийти на помощь напарнику. Монахи были замыкающими.
Меня вёл Марк, а его напарник был вынужден тащить на плече Поляну, которой помимо рук, связали ещё ноги в двух местах.
— На месте стоим! — скомандовал возле двери из казематов тот же голос.
Мы вышли на лестничный пролёт и двинулись вверх. Как оказалось, подвал был неглубоким, всего один ярус. Поднявшись по неудобным ступеням, на которую даже не помещалась ступня целиком, мы оказались во внутреннем дворе окружённым по периметру высоким каменным забором, высотой не меньше четырёх метров, сложенного из того же камня,
Мутное предрассветное марево скрывало чёткие очертания двора, в котором было не менее сорока человек в таких же рясах, как и наши два конвоира. Их уровни колебались от десятого, до пятидесятого. Наивысший уровень, шестьдесят восьмой, был у монаха, который что-то вещал серорясникам, внимающим ему с таким благовением, что, казалось, прикажи он им зарезаться, они незамедлительно снимут с пояса мечи и бросятся на них.
По мере приближения нашего конвоя внимание переключалось на нашу процессию. Во дворе воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая только пыхтением стражника, тащившего травницу и редкими, еле слышимыми, перешёптываниями между монахами.
— Вот они, братья! — торжествующе указал на нас пальцем настоятель этого рассадника фанатиков. — Вот те, кто осмелился осквернить Алтарь Богини, тем самым нанеся тяжкое оскорбление всем нам. Вот те, кто смел богохульствовать на Величайшую Богиню в Мире, Богиню Любви и Милосердия, Дарующую Радость и Счастье Влюблённым! Посмотрите на этих нечестивых! Их ждёт смерть!
Какой же у него противный голос. Меня передёрнуло. Будто кто-то скребёт ножом по фарфоровой тарелке. На мгновение стало жалко тех, кому он читал свои проповеди, поскольку терпеть это сил не было никаких.
Перешёптывания среди членов братства постепенно переросло в нестройный гул, а затем и в крики, среди которых я с умилением услышал:
— На очистительное пламя!
— Смерть!
— Сжечь их!
Моя жалость тут же улетучилась.
«Тулион. Глава Братства Наказующей Длани.
Уровень: 68».
Внимательно сверля меня взглядом, он подошёл ко мне. От благовоний, шлейф которых буквально окутал настоятеля, защипало в носу и захотелось чихнуть.
— Ты сегодня умрёшь, хаосит! — я почувствовал, как волосы на макушке стянуло крепкой рукой, а затем Тулион рванул, запрокидывая мою голову так, чтобы мне было видно его глаза. — Ты будешь визжать и умолять, чтобы тебя убили, прежде чем очистительное пламя доберётся до твоего тела.
Короткий боковой удар без замаха заставил мою голову мотнуться вправо, а металлические вставки на его перчатках больно оцарапали щёку.
«Внимание! На вас наложено Малое проклятье настоятеля Братства Наказующей Длани.
Ранг: редкий.
Воля (-5).
Сила (-5).
Сила (-5).
Срок действия: 59:58 мин.».
— А ты только связанных умеешь бить? — процедил я, с ненавистью взглянув на него. — Смотри, как бы потом не пришлось пожалеть о своих действиях, жертва парфюмерии!