Мастер полета

Быстрова Мария Борисовна

Диль переселилась в ее покои, спала на диване, но разговорить Кирэн не пыталась. Наверняка и графине было нелегко, ведь через ментальную связь она ощущала переживания Ройса.

А еще Рэд. Величественный, мудрый, от одного его вида перехватывало дыхание… Девушка мечтала однажды разделить с ним сознание и полететь, как лорд Гарс. Но ордока теперь тоже не стало. Почему? Почему все, кто был ей дорог, погибли?! Школа… Принцесса возненавидела ее. Больше она туда не вернется. Незачем и не для кого… Слезы катились по щекам, а когда перестали, наступила пустота, тяжелая,

давящая изнутри.

Приходил целитель, пытался дать успокоительное, но принцесса запустила в него поданным стаканом. Упав на пол, тот разбился на мелкие осколки. Свернувшись калачиком, она продолжала плыть в своей боли…

Сколько прошло времени? Сутки? Трое? За окном палило солнце, в приоткрытое окно задувал теплый ветерок, один из шпилей дворца ослепительно блестел. Кира с трудом разлепила опухшие веки и осторожно села. Мысли из головы пропали, сознание будто изолировало их тысячей слоев защитных заклинаний. Но кое-что девушка помнила очень хорошо. То самое воспоминание не оставляло ее в покое, зациклилось, без остановки крутилось перед внутренним взором.

— Отец здесь?

— Сейчас да.

— Великолепно.

Под удивленным взглядом Диль Кирэн скрылась в гардеробной и вскоре вышла одетая.

— Ты куда?

— Собираюсь сообщить о своем отъезде.

Графиня взглянула на нее как на полоумную:

— Каком отъезде?

Принцесса развела руками и вышла из покоев.

Хотя от былого погрома не осталось и следа, в коридорах лежали мешки с какими-то строительными смесями, инструменты, туда-сюда сновали люди в рабочих комбинезонах и обслуга. Никто не обратил на Кирэн внимания, впрочем, ей было все равно. Дворец казался чужим и не мог больше называться ее домом.

Около кабинета отца дежурило не менее десятка гвардейцев, специально отозванных с фронта. Они-то и попытались остановить ее.

— Пропустите! — гневно воскликнула она заступившему дорогу офицеру.

— Кира… — позвала Диль, все это время не отстававшая ни на шаг.

— Не положено. Совещание, ваше высочество! Ваше высочество… Не положено!

— Открыть двери!

Створки отворились, и изнутри донеслись обрывки жаркого спора между отцом и Гарсом.

— …запрещаю рисковать! — опершись о столешницу, орал правитель. — В этом нет никакого смысла! Смирись! Я не позволю тебя так бездарно подо…

Его величество заметил дочь и прервался на полуслове. Помимо него и дяди в кабинете находился лорд Аливер, теребивший шляпу и пытавшийся слиться с мебелью.

Гарс обернулся и тихо выматерился. Кирэн не интересовало, о чем они тут беседовали, но, завидев главу Ведомства, она ощутила глухую ярость. Сейчас она понимала — ее дядя мог выбросить разряженный накопитель в другой коридор, но там находился раненый отец, и как верный пес он сделал все, чтобы спасти своего правителя.

— Я не звал тебя! — досталось девушке гнева императора.

Плевала она, звал он ее или нет. Проигнорировав общее недовольство, Кира спросила:

— Тело… Джона еще во дворце?

Шумно вздохнув, император пожал плечами:

— Я не знаю.

— Еще

здесь, — ответил магистр.

— Я буду сопровождать его в Заоблачную, — сообщила принцесса. — И если вам, ваше величество, есть что сказать мне по этому поводу, то я слушаю.

Стоявшая рядом Диль сильно побледнела. Кирэн почему-то была уверена, что вместе с подругой в кабинете незримо присутствовал Ройс.

Император нахмурился:

— Милорды, мы закончили.

Гарс скрипнул зубами, холодно взглянул на правителя и направился прочь.

— Э-эр, — выразительно протянул отец, заставив того замереть у дверей. — Ты меня понял? Это приказ.

Лорд Аливер шмыгнул следом за ним, послышался характерный звук удара кулаком и чей-то стон. Приложив руку к ребру, Атнис поморщился, на его лбу блестел пот.

— Мне говорили, тебе был дорог тот юноша… — Он задержал взгляд на Кирэн, потом посмотрел на графиню: — Роду Диммеров выделены дополнительные земли и наследный орден защитника императорской семьи. Молодого графа будут хоронить в зале славы Фертрана.

Диль подняла глаза.

— Империя гордится такими сыновьями. Если бы не лорд Лиммер, моя дочь была бы мертва. Поэтому… — Правитель осторожно поставил на стол широкую шкатулку и открыл крышку. На бархатной подушке лежала лента с пятью амулетами-хранителями. — Семья, подарившая нам героя, более не потеряет ни одного. В эти темные времена, отдавая дань памяти погибшим за нас и за будущее государства, мы объявляем о выборе имени кронпринца. Отныне наследника зовут Джон Филипп де Каврэн.

Кирэн перестала дышать. Слезы, которые, казалось, закончились, потекли снова. За спиной шмыгнула носом Диль, а отец взял ленту и повесил амулет на шею графини.

— Это честь для нас, ваше величество, — выдавила она.

Правитель кивнул, отпуская ее, и повисла гнетущая тишина. Принцесса слышала свое дыхание. Прошло не меньше минуты, когда она наконец решилась произнести главное:

— Я не вернусь в школу.

— Не возвращайся, — удивительно легко согласился отец и, подумав, добавил: — Я почти не знаю тебя теперь, Кирэн. Ты пошла во дворец, полный неупокоенных, чтобы предупредить нас. Никогда бы не подумал, что у меня такая смелая дочь.

Принцесса стояла статуей.

— Мне необходимо лететь в Аркалаг. Возьми себе амулет. Не понимаю, почему у тебя его не было. — Император протянул еще один хранитель.

С брезгливостью посмотрев на подвеску, девушка помотала головой и молча вышла за порог.

Регесторская империя. Дикельтарк

Яна Брайл

Позднее я не вспомню деталей этих событий. Кремация Рэда во время дождя, белый дым, известие о смерти Джона и тяжелая пустота под сердцем, серое, бесстрастное лицо Эра и пугающее безмолвие, нарушаемое звоном колокола. Кире сделалось плохо, ее увели, что-то сказал император, я не разобрала слов…