Мастер Разума III
Шрифт:
— Жопой ко мне. Развернулась.
Крутится, меняя позицию. Пригибается к полу, выставляя ягодицы в мою сторону. Забавно. Смазка залила все половые губы и сейчас растекается по бёдрам. А Сидни слегка подмахивает воздуху. Инстинкты берут своё.
Озвучиваю новый приказ.
— Когда я коснусь тебя, возбуждение только усилится. Но кончить ты всё равно не сможешь.
Та что-то скулит, вцепившись зубами в ковёр. Я же опускаю пальцы на её промежность, сразу же сжимая их. Это не ласка, нет. Скорее железная хватка, от которой должно быть
Засовываю два пальца внутрь и Сидни ускоряет движения, стремясь насадиться, как можно глубже. Разочарованно скулит, когда я их достаю. И снова заходится стонами, когда они оказываются у неё же в заднице.
Секунд тридцать трахаю пальцами её зад, наслаждаясь потоком вибраций. Прекратив, выпрямляюсь на стуле.
— Теперь лицом ко мне. На колени.
Расслышать команду ей удаётся только с третьего раза. Рывком переходит в другое положение. Подношу пальцы к её губам.
— Возьми их в рот и вылижи. Тщательно.
Мгновение и та принимается обрабатывать пальцы так, как будто это член миллиардера. А я изучаю взглядом дрожащее от возбуждения тело. Вытащив пальцы, встаю на ноги.
— На кровать. Лицом внизу, зад выпятить в мою сторону.
Пока сучья шлюха занимает позицию, достаю ремень. Хорошо чувствую её эмоции. Возбуждение, похоть, стыд, унижение. Отличное сочетание, чтобы обеспечить мне поток вибраций тонкого плана. А ещё насладиться местью. Хотя это скорее бонус для старого Тео, который крайне рад расправе над сводной сестрой.
Удар. Дёргается от обрушившегося на ягодицы ремня. Что-то скулит. Снова опускаю руку. Ещё раз.
Спустя пару минут её задница становятся алой, а сама сука хрипит, всадив зубы в одеяло. Когда прерываюсь, поворачивает голову в сторону.
— Пожалуйста. Я всё сделаю. Всё, что хочешь! Только прекрати это! Я больше не могу!
Отбросив в сторону ремень, шлёпаю её между ног, чувствуя, как разлетаются брызги смазки. Та едва не падает, сводя вместе бёдра. Получает ещё один удар.
Член стоит, как железный, но внутри меня почему-то засело отторжение. Непонятная ситуация. Одна часть разума хочет немедленно отодрать её, а другой от этой мысли едва ли не противно.
Стараясь не допустить дальнейшего расхождения, иду на компромисс. Подойдя вплотную, складываю пальцы вместе, засовывая их во влагалище. Продолжаю давить, пока внутри не оказывается практически вся кисть.
Толчок и рука погружается по запястье, заставив девушка заорать что-то нечленораздельное. По-моему, она только что попросила ещё.
Сжимаю пальцы в кулак и она извивается. Я же даю новую установку.
— Когда я скажу слово “можно”, ты сможешь кончить. Но возбуждение не спадёт. Наоборот, оно будет расти. С каждым твоим оргазмом, оно будет становиться всё сильнее и сильнее.
Повторяю дважды. Громко и отчётливо, чтобы она точно услышала. А потом произношу ключевое слово. Светловолосая блядь немедленно выгибается, громко крича в одеяло.
За следующие несколько минут, она кончает не меньше пятнадцати раз. Когда я с хлюпающим звуком достаю руку, просто заваливается на постель, сведя ноги. Открыв глаза, пытается сфокусировать взгляд на мне.
— Останови это. Я уже не могу.
Чувствую поднявшуюся внутри волну злости. Стягиваю носки. Усевшись на постель, протягиваю ноги к её лицу.
— Вылизывай.
Та набрасывается на пальцы ног, как будто это неземная сладость. А я продолжаю чувствовать, как моё сознание продолжает раскалываться на части. Осколки старого Теодора всплывают и рвутся в разные стороны. Им противостоит мой собственный разум, который не слишком рад ситуации.
Не понимаю. Раньше таких проблем не было. К тому же сейчас я получаю безумное количество вибраций тонкого плана. Настолько, что кажется вот-вот совершу новый качественный прорыв.
Пытаюсь разобраться, абстрагируюсь от ситуации. Отчаянно вылизывающая мои ноги девушка оказывается где-то на втором плане. Я же копаюсь в своём собственном сознании, пробуя понять, что именно происходит.
Сложно. Я не могу полностью нырнуть внутрь себя, чтобы оценить ситуацию максимально детально. А взгляда “снаружи” недостаточно.
Накатывает ярость, переходящая в злость. Следом наваливается усталость. Потом дикое желание отдохнуть. Да какого хера? В чём дело?
Трясу головой. Упираю взгляд в скулящую суку, которая уже закрыла глаза и просто работает языком, мелко дрожа всем телом. Рявкаю.
— Всё. Стоп. Ты больше не возбуждаешься. Успокойся.
На момент замерев, отваливается в сторону, просто уронив голову на одеяло. Так и продолжает лежать, чуть подрагивая и уткнувшись лицом в постель.
Внутри завывают остатки разума Тео, требующие всё-таки оприходовать суку. Почему интегрированные части сознания толстяка вдруг взбунтовались? Да ещё настолько жёстко? Они ведь уже давно стали частью меня самого. Такого не должно быть.
Разум захлёстывает волна отвращения. Странно, но направлено оно как раз на Сидни. Я не горю желанием находиться рядом с этой голой блядью. А вот часть разума этой туши, ещё как хочет этого. И не просто находиться, а активно поработать членом.
Сучье дерьмо! Прикрыв глаза, ныряю внутрь собственного сознания. Нужно разобраться. Прямо сейчас.
Оказавшись в своём разуме, понимаю, что ситуация куда хуже, чем я думал. Вся структура сознания разваливается на части. По крайней мере, на первый взгляд складывается именно такое ощущение.
Ищу причину. Должно быть что-то мешающее провести процедуру по её обычной схеме.
Не нахожу. Никаких следом ментальной атаки или внедрение какого-то вредоносного концепта. Не понимаю.
Боль. Дикая и захлёстывающая меня полностью. Осколки разума Тео рвутся к рычагам управления. Настолько отчаянно, что всё начинает крошиться.