Мастер
Шрифт:
— Джим! На этот раз все точно. Мои приборы могли зафиксировать его только в момент преображения. Это был мощнейший импульс! Ксеноморфы, типа паукообразных аранхов умеют менять внешность путем преобразования своего экзоскелета. Но у них этот процесс занимает много времени, а наш Великий Мастер тратит на него считанные секунды.
— И он сменил тело? Не могу поверить. Но зачем ему демаскировать себя в пределах космического корабля? — спросил Ханнер.
— Я думаю, он хотел поразить Дуста. Простое тщеславие, Джим. Мы с тобой так долго пытались поймать его и придумывали такие грандиозные комбинации. А все
Ханнер не мог поверить в то, что произошло, и на миг забыл обо всем — даже об атакующей их эскадре противника.
Он, заместитель начальника разведывательного управления Бейда, много лет назад решил сам сыграть роль подсадной утки и согласился на "глубокое внедрение". Эта операция была чрезвычайно опасна, и далеко не каждый мог на это решиться.
Именно с тех пор он из Майкла Лерма — добропорядочного гражданина Бейда — превратился в капитана Джима Ханнера. На некоторое время, так требовало "глубокое внедрение", он полностью слился с новой личностью и забыл свое прошлое. Только постепенно оно должно было вернуться к нему.
Но затем произошло то, чего разведывательное управление системы совершенно не ожидало — последовало новое изменение личности. Врач космической фабрики "Пандора" доктор Блюмингейм имплантировал ему матрицу памяти какого-то третьего человека, и Ханнер превратился в самого настоящего преступника.
Элиза вернула ему все, что он забыл, и он вспомнил свое имя — Майкл. Так его назвала мать.
Он знал, когда шел на "глубокое внедрение", что никогда более не вернет своего настоящего лица. Слишком большие изменения провели пластические хирурги управления.
И вот все разрешилось. Неужели конец сложной охоте на хитрого и коварного Великого Мастера? Он не мог поверить в это! То, что завещал ему покойный отец — поймать этого межгалактического дельца — было сделано…
— Джим! Вернись из обители счастья!
— Счастья? Элиза, я уже никогда не стану прежним. Ради того, чтобы поймать это существо я прожил чужую жизнь.
— Я тоже прожила чужую жизнь, Джим. Но мы с тобой сделали большое дело.
Глава 24. Возвращение на Бейд: хроника событий
Когда я вижу сломанные крылья
Нет жалости во мне, и неспроста:
Я не люблю насилья и бессилья,
Вот только жаль распятого Христа!
В кают-компании линкора "Тикондерога" командор Монро, уже получивший официальное уведомление с Бейда, о чрезвычайных полномочиях полковника разведывательного управления Джима Ханнера, официально передал ему власть над остатками эскадры.
Там на Бейде происходили весьма странные вещи, и командор никогда не интересовавшийся политикой никак не мог понять, что же все-таки у них случилось. Губернатор Свен Ривз, которого он всегда почитал и искренне уважал за прямоту и деятельность, вдруг стал подвергаться нападкам, и в офицерской кают-компании все разом заговорили о его недостатках и грубых промахах. Каждый из офицеров буквально из кожи лез, дабы показать, как ему не нравилась прежняя политика и как его ущемляли в основных человеческих правах. А ведь еще совсем недавно он устраивал всех, и многие
— Я не собираюсь посягать на ваши права, командор, — Ханнер протянул Монро руку. — Вы, по-прежнему, командуете эскадрой. И я доложу о ваших подвигах в звездном сражении. Монро, вы станете адмиралом. Мое слово в том порука.
— Вы преувеличиваете мои заслуги, полковник.
— Нисколько.
— Но я совершенно не понимаю того, что происходит, сэр. Почему в нашем государстве вдруг все стало с ног на голову? Вы можете мне объяснить?
— С ног на голову? Я не согласен с этой постановкой вопроса, командор. Я лично считаю, что это Свен Ривз перевернул порядки в нашей системе и результат этой плохо сбалансированной политики — нынешний острый правительственный кризис. Но у вас еще будет время разобраться в непростой ситуации на планете.
— Политика меня никогда не интересовала. Я всего лишь — офицер военного космического флота, — скромно заметил Монро.
— Политика должна интересовать каждого, командор, — назидательно произнес полковник Ханнер. — Ибо если граждане не станут заботиться о сохранении демократии, то всегда найдется диктатор подобный Свену Ривзу.
— Я подумаю об этом. У вас есть особые пожелания, сэр?
— Мне нужна только кают-компания, где я смогу поговорить с некоторыми людьми. Я уже оповестил их, и они сейчас прибудут сюда.
— Тогда не стану вам мешать, полковник. Если я буду вам нужен, то я в капитанской рубке.
Монро отдал честь и вышел.
Сидевшая в дальнем углу Элиза Кроули произнесла:
— Ты уже вербуешь сторонников, Джим?
— Ты правильно поняла, Элиза. Мне нужны чины космического флота в борьбе со Свеном Ривзом. К тому же Данлоп мертв, и его место вакантно.
— Но Монро даже не адмирал.
— Он им станет, — Джим пожал плечами. — Пора кретинам из управления флота потесниться и дать дорогу молодым. А пока в нашей тюремной камере содержится сам Великий Мастер — мы сильны! Свену Ривзу конец — как политической фигуре.
Они знали, что Ривз уже капитулировал. Вначале губернатор не хотел сильно афишировать то, что произошло, но слухи об этом уже вовсю будоражили население планет системы. Его новый премьер-министр оказался тем, кто возглавлял государственный заговор! Вначале де Жермен, а вот теперь Торет.
Ривзу пришлось передать все свои полномочия разведывательному управлению Бейда. Так было записано в Конституции системы для случая подобной чрезвычайной обстановки, когда правительство испытывало состояние острого кризиса, и было неспособно держать ситуацию под контролем.
— Ты метишь на его место, Джим? — удивилась Элиза. — Так?
— Нет, конечно. Зачем мне эти хлопоты? Я хочу возглавить разведывательное управление и выделить его полномочия из компетенции губернаторов. С единовластием Ривза будет покончено навсегда. И не только Ривза, но и других, что захотят примерить королевскую корону.
— С этим я полностью согласна. Самомнение Ривза дорого стоило Бейду, — кивнула женщина.
— Ривз использовал свою популярность для установления режима единоличной власти. Он, конечно, человек неплохой и умный, но пора вернуть Бейду его традиционную демократию.