Мастодония

Саймак Клиффорд Дональд

– Это – та лапа, – сказал Бен. – Одна из тех, что наследили там. А вот передняя лапа. Хорошо развитая, сильная, не похожая на лапу рекса.

– Это аллозавр, – сказал я ему. – Это и должен быть аллозавр. Они вырастали до гигантских размеров. Но до сих пор его окаменелые кости никем не были найдены в этих отложениях.

– Ну, по крайней мере, мы знаем, что наши люди прикончили одного из них.

– Они могли убить и других. Если мы посмотрим вокруг…

– Нет, – сказал Бен. – Я нагляделся. Пошли отсюда.

29

Бен

позвонил Куртни, а мы с Райлой слушали у параллельных аппаратов. Все мы были очень подавлены.

– Курт, у нас плохие новости, – сказал Бен, когда Куртни взял трубку.

– Давайте соберемся, – сказал Куртни. – Это дело Хочкисса выходит из-под контроля. Оно может причинить нам крупные неприятности. Вся эта проклятая страна взбесилась. Они собираются что-то делать.

– Мне это тоже не нравится, – сказал Бен, – но мы собирались рассказать тебе не об этом. Ты, конечно, знаешь, что одна группа опаздывает с возвращением.

– Да, где-то на пару дней. Не стоит беспокоиться. Нашли хорошую охоту или заехали дальше, чем собирались. Может быть, сломали грузовик.

– Мы так и думали. Но нынче утром меня вызвало Сафари из Нью-Йорка. Они нервничали. Просили нас проверить. Вот почему мы с Эйсой отправились в мел. Эйса со мной на телефоне. Райла тоже.

Внезапно в голосе Куртни прозвучала нотка беспокойства:

– И вы, конечно, обнаружили, что все в порядке.

– Нет, вовсе нет. Экспедиция уничтожена. Все они мертвы…

– Мертвы? Все?

– Мы с Эйсой не обнаружили ни одного живого. Считать тела мы и не пытались. Тел нет, одни скелеты. Это ужасно. Мы поспешили оттуда.

– Но мертвы! Что могло…

– Куртни, – вмешался я, – есть доказательства, что они были атакованы группой карнозавров.

– Я и не знал, что карнозавры ходят группами.

– Как и я. Как и любой другой. Но, очевидно, они так и поступают. Следов лап гораздо больше, чем было бы, если бы их было только два или три.

– Отпечатки лап?

– Не только. Мы нашли скелет огромного карнозавра. Не тиранозавра. Вероятнее всего, аллозавра. Он намного крупнее рекса.

– Ты говорил о скелетах. Тел нет, одни скелеты?

– Курт, это, должно быть, случилось не сейчас, – вмешался Бен, – может быть, вскоре после их прибытия. Все это выглядит так, будто у трупоедов было время очистить кости.

– Мы хотим знать вот что, – сказала Райла, – чего мы должны придерживаться по закону. И что нам теперь делать?

На другом конце линии воцарилось молчание. Затем Куртни сказал:

– Все это законно и мы невиновны. Сафари подписывает документы, чтобы прикрыть каждую отдельную группу. В контракте тоже ясно сказано, что мы не несем ответственности за то, что может случиться. Если вас интересует, могут ли вас преследовать по суду, то я думаю, что не могут. Оснований нет.

– А как насчет клиентов, которых они отправляют?

– То же самое. Отвечает Сафари, если здесь хоть кто-то несет ответственность. Я полагаю, что клиенты

также подписывают документы, освобождающие Сафари от ответственности. Я склонен думать, что это у них обычная процедура. Разве мы должны беспокоиться об ударе по делам Сафари? Правда, может быть, как только об этом станет известно, клиенты аннулируют свои заявки. Или сделают это под влиянием общественного мнения. Всегда найдутся крикуны, которые станут бороться за прекращение сафари в прошлое. Кроме того, как вы помните, Сафари уплатило нам только половину взноса, положенную по контракту. Другую половину они должны внести через полгода. Они могут задержать платеж или отказаться платить другую половину.

– Все зависит от того, как Сафари примет эту новость.

– Они – твердоголовые бизнесмены, – сказал Куртни. – Несомненно, это – трагическое происшествие, но трагедии случаются везде. Шахтеры погибают в шахтах, но шахты тем не менее работают. Если слишком многие аннулируют заявки, а другие желающие не появятся, они будут очень озабочены.

– Кое-кто откажется, – сказал Бен, – но не все. Я знаю эту породу. Происшествие только придаст делу интерес. Что-то огромное находится там, что-то опасное. Надо отправиться и добыть его. Добыть трофей, какого нет ни у кого.

– Надеюсь, ты прав, – сказал Куртни, – но Сафари – только часть наших дел, и нам следует их продолжать. Мы получили серьезный удар. Кроме того, мы надеялись, что на пороге и другие крупные дела, но они разворачиваются медленно. То же и с нашими заботами. Мы воображали, что Налоговое Управление будет нас третировать, но они пока только вынюхивают и ничего не предпринимают.

– Может быть, они уже приготовились, – сказал Бен, – и планируют, как до нас добраться.

– Может быть и так, – согласился Куртни.

– А как насчет кинокомпании? – это спросила Райла. – Что, если погибшее сафари отпугнет их?

– Сомневаюсь. Большинство периодов не так опасно, как мел. Верно, Эйса?

– Может быть, еще юр, – ответил я. – Эти два – наихудшие. Но в каждом периоде есть свои опасности, если не следить за каждым своим шагом. Неведомые земли!

– Насущный вопрос: как известить Сафари, – сказал Бен. – Я могу им позвонить. Но, думаю, нам лучше как следует приготовиться, прежде чем что-нибудь делать.

– Давайте, я позвоню. Я знаю их лучше, чем остальные – кроме Райлы, может быть. Ты как, Райла?

– Давай, – сказала Райла. – Ты сослужишь нам хорошую службу. У тебя это получится лучше, чем у любого из нас.

– Возможно, они захотят вызвать тебя. Ты будешь здесь?

– Я буду здесь, – ответил Бен.

30

Далеко за полдень Бену позвонили из Сафари. Они отправляются в экспедицию, сказали ему, чтобы посетить сцену бедствия и вынести оттуда останки погибших.

Мы с Райлой вернулись в Мастодонию. О случившемся мы говорили немного – нас это слишком потрясло.