Матабар
Шрифт:
Эргар тогда заставил его целый вечер есть странный снег с разлома на одной из вершин. Учитель сказал, что это называется «солью». От этого снега хотелось пить, а еще все, что было съедено — лезло наружу.
Поднявшись, Арди постоял еще немного, дожидаясь пока тело окончательно привыкнет к новой ситуации, а затем подошел вплотную к расщелине. Все же — маленький, самый ловкий и настырный луч пробился через завалы. Видимо, когда тролль потерял кристалл и обернулся обычными камнями, то вызвал небольшую сель, заделавшую проход.
Охотник вздохнул и уже собирался было использовать клык Учителя, как услышал
— Арди-червяк, ты там живой?
Обрадовавшись, охотник прильнул к отверстию и выкрикнул:
— Кайшас?!
— Да, — глухо прозвучал ответ. — Лапы целы, хвост не сломал?
Арди нахмурился.
— У меня нет хвоста, и ты это прекрасно знаешь.
— Рычишь? Значит здоров… Никуда не уходи! Я позову Эргара! Он мигом разберет этот завал! Главное — никуда не уходи!
И где-то по ту сторону каменной преграды захлопали могучие крылья, а лицо Арди обдало ветром.
Выдохнув, охотник прислонился к стене и посмотрел на камень в своей лапе. Может, если он продемонстрирует добычу, то Учитель не станет сильно его наказывать и запирать в Хижине на ближайший сезон… Хотя — какое там. Скорее всего в следующий раз в лесные разливы Арди отпустят не раньше, чем минует целый цикл. Не говоря уже о том, что Учитель не постесняется использовать хвосты, как он говорил — « для закрепления урока». Сам же потом еще и вылизывать будет… Учитель не был злым, но к воспитанию подходил сурово.
Но…
Арди подкинул камень и ловко поймал.
Он ведь победил горного тролля, да? И еще помог маленьким медвежатам. Даже представить сложно то горе, что испытала бы медведица, если бы Арди не смог бы одолеть еще одного противника. Того самого, что не оставлял его в покое с момента, как волки, отравленные Лей, едва его не съели. А теперь…
Охотник прислушался к себе.
Нет, то странное создание с холодными когтями и липкой, грязной шерстью, все еще маячило где-то позади и норовило броситься на спину и вцепиться в шею, но теперь охотник знал, что с ним можно бороться. Главное — не подпускать к себе и не давать слабину и тогда все будет…
— Ардан…
Охотник резко вытащил коготь с перевязи, чудом не слетевшей с него во время забега, и выставил в сторону, откуда раздался звук. Во всей Алькаде, кроме Эргара и лесных друзей, больше не встретишь никого, кто знал бы полное имя охотника.
— Кто здесь?! — выкрикнул Арди. — Охотник? Я не ищу твоих путей!
В ответ только тишина.
— Добыча?! Я не голоден и не буду искать твоей крови!
Ничего не изменилось.
Нахмурившись, Арди уже собрался было сделать шаг вперед, как вспомнил наказ Кайшаса никуда не уходить. Сперва он нарушил слово Шайи и не остался около выхода из ущелья, а теперь собирался еще и с Кайшасом поступить так же? Эргар не просто запрет его на цикл, а может и вовсе не выпустить до того момента, пока Арди не станет полноправным охотником. А это еще пять циклов!
С другой стороны оставаться на месте, когда кто-то, где-то, явно позвал его по полному имени, значит из охотника превратиться в жертву. Учитель всегда наставлял, что нельзя относится к подобным ситуациям — подставляя им хвост.
Арди доверял своим чувствам. Он не ослышался.
Задышав ровнее, не убирая когти, Арди сделал несколько шагов вперед. Если бы только его глаза могли так же хорошо видеть во тьме, как у Шали или Эргара, но духи распорядились иначе. Нет, охотник все еще сносно ориентировался во мгле, но этого не хватало. Так что сейчас он мог различить очертания камней и скал лишь на расстоянии вытянутой лапы, а дальше расщелину укутывала непроглядная пелена.
После каждого шага, Арди останавливался, заставлял сердце биться медленнее и прислушивался к окружающей действительности. Но ни чужого дыхания, ни скрежета когтей, ни даже дрожания и гула скал, от которого не избавишься ни днем ни ночью. Только тишина. Тягучая и вязкая. Как смола. Она залепляла уши, лезла в глаза и неприятным послевкусием каталась по языку.
Тишины не бывает. Арди хорошо это знал. Значит здесь действительно что-то не так.
Аккуратно ступая по камнем, удивляясь тому, насколько широкой оказалась расщелина, охотник едва успел среагировать и не врезаться лицом в стену. Вытянув лапу, он провел тыльной стороной по мокрым, немного влажным камням. Пока он шел сюда — не встретил ни развилки, ни поворота, ни даже какой-нибудь ниши. Так что ошибиться с направлением попросту не мог.
И все же — вот он. Тупик. Конец пути.
— Ардан…
Охотник оскалил клыки и зарычал. Холодные когти и липкая шерсть уже лизнули его загривок, но он отмахнулся от Страха, как от назойливой букашки.
— Кто ты?! Что тебе надо?!
Но вместо ответа лишь собственное эхо, бегущее среди камней и… с удивлением, Арди заметил, что кристалл в его левой лапе мерцал. Не так ярко, как когда венчал квадратную бошку тролля, но чем ближе он находился к стене тупика, тем сильнее и ярче становились волны света, расходящиеся от него в разные стороны.
Арди отодвинул кристалл от стены и тот померк, обернувшись простым цветным камнем. Охотник нахмурился и придвинул кристалл поближе. Сперва на расстояние в вытянутую лапу, затем в половину, на четверть и, наконец, когда кристалл пылал не хуже дикого пламени, попытался коснуться им стены.
Вот только едва не упал. Поймав равновесие и удержавшись на лапах, Арди с удивлением смотрел на то, как его лапа вместе с зажатым в ней камнем тролля прошли насквозь скалы.
Резко отшатнувшись, охотник с недоверием переводил взгляд с кристалла на тупик. Если бы не тот факт, что какое-то время назад он сражался (ну ладно, ладно — убежал и обхитрил!) с существом из сказок для детенышей, то решил бы, что слишком сильно ударился головой.
Один раз такое произошло на охоте с Учителем и в течении целого пути Духа Дня, Эргар вместо слова лапа по отношению к своему ученику, говорил странные «руки» и «ноги», после чего ругался и пытался исправиться, но у него не получалось. Арди тогда еще смеялся так сильно, что у него едва живот не лопнул.
— Магия? — сам у себя спросил охотник.
— Ардан…
— Да слышу я тебя! — прорычал Арди, после чего посмотрел на странную стену и процедил сквозь сжатые клыки. — Но учти, что у меня есть клык Грозы Горных Пиков! И если что — я могу его позвать!