Маверик
Шрифт:
Редкое махание топором приносит мне 7 956 единиц арканы. Лучше, чем ничего.
Вернувшись ближе к вечеру обратно в Уайтклэй, строю на свободном куске земли одноэтажный модульный дом. Выглядит он, конечно, чужеродно, но не суть. Жить можно, и это главное. Доступ по личному жетону. Внутри тепло, светло, вдобавок имеется встроенная санитарно-гигиеническая комнатка. Перетащив свой немногочисленный скарб, устраиваюсь на ранний отдых.
Планам на безмятежный сон не суждено сбыться. Негромкий стук отвлекает меня от клубящихся мыслей. За порогом стоит Драгана собственной персоной. Не дожидаясь
— Уютненько, — сарказм в её голосе хоть ложкой черпай. — В Магазине полно мелочей, которые превратят эту берлогу в пригодное для место жизни.
— Ты пришла критиковать мой вкус в дизайне интерьера?
— Нельзя критиковать то, чего нет, — ворчит она и бросает на пол рядом с кроватью диковинный коврик.
Формой он не является ни квадратным, ни круглым, а представляет собой органичное слияние кривых и асимметричных линий, которые, кажется, плавно перетекают друг в друга.
Яркие цвета танцуют на его поверхности. Волны люминесцентного синего, электризующего пурпурного и эфирно-зеленого каскадом струятся по ковру, меняясь и смешиваясь в завораживающей демонстрации инопланетных пигментов. Оттенки обладают сверхъестественной яркостью, словно сама ткань излучает едва уловимое сияние. При этом цвета не бьют по глазам и переплетаются довольно органично, не вызывая ощущения кислотной галлюцинации.
При ближайшем рассмотрении текстура ковра кажется пушистой. Волокна невероятно тонкие и обладают сверхъестественной гладкостью. С земными материалами не сравнить. При касании от него исходит мягкое тепло, как будто ткань содержит скрытый источник энергии.
— Подарок на новоселье, как это у вас принято.
— Как много ты знаешь о наших обычаях, — ухмыляюсь я.
— Прочла от скуки пару текстов в Трансивере, — дёрнув щекой отвечает Драгана. — Надо же знать, какие первобытные порядки царят в этой дыре.
— Ну само собой. И в гости ты зашла, чтобы подарить мне коврик, — одновременно со своими словами я вытаскиваю из кольца стаканы и разливаю по ним алкоголь, взятый из ресторана в Золотом Вигваме.
Дроккальфар принимает напиток, опрокидывает, не почувствовав, и нажимает на крепления брони. Та с грохотом падает на пол, оставляя её в облегающей ткани термобелья.
Следующий час оставляет на моей коже больше шрамов, чем все три зачистки Испытаний вместе взятые. Драгана пытается не то убить меня, не то
Наутро я плотно завтракаю, проверяю и чищу всё своё оружие и экипировку. После чего захожу к Шелли проведать Ракету и, попрощавшись, двигаю к выходу из города. Здесь меня уже ждут Николай, Драгана, Накомис и Мэтт. Последний выглядит насупленным. До сих пор не понимает, почему я не беру его с собой. Индианка просто волнуется и напряжённо улыбается.
— Что за траур? Кого хороним? — громко и насмешливо спрашиваю я.
Накомис моргает и медленно выдыхает.
— Удачи. Надери там всем зад!
— Ну естественно. Без пиздюлей, как без пряников.
До Фритауна втроём мы доезжаем без приключений. Пролетаем
— Следуйте за мной, — бросает она и ускоряется.
Повелительница Бури несётся в воздухе быстро, но не пытается от нас оторваться. Двигаемся мы на юг и вскоре достигаем знакомого мне перекрёстка. Свернув на запад, двигаемся холмами, но не доезжая до леска, где меня пытался грохнуть прошлый шериф, поворачиваем на юг.
Где-то в той стороне находится Хей Спрингс. Куда-то туда ездили ушастые мрази, так говорил Стэнли Пирсон. Теперь все встаёт на свои места. Жаль, что я задвинул эту информацию в дальний угол своего мозга и не исследовал чуть ближе. Не до того, конечно, было, но это не отговорка.
Впереди постепенно вырисовывается сам городок, но мы следуем за Вальторой на запад. Двухполосная дорога ведёт по плоским заснеженным лугам, пока впереди не вырастает не очень высокий холм.
По мере приближения к нему мы замечаем остатки старой добычи полезных ископаемых, которая когда-то процветала в этом районе. Рядом с темнеющим провалом находится полусгнившая деревянная постройка и такая же покосившаяся от времени вывеска «Рудник Айрон-Крик». Только потому что её защищает навес, всё ещё можно с трудом прочитать буквы.
Вальтора медленно приземляется на нетронутый снег
— Наша цель скрывается там. Секунду, я выманю её наружу.
— Не стоит, мы идём внутрь. Наши шансы повысятся, если сможем застать его врасплох.
— Боишься, сестрёнка? — ехидно спрашивает Драгана.
— Никогда, — каркает Повелительница Бури. — Егерь, в твоих словах есть логика. Идём.
Когда мы заходим внутрь, воздух кажется тяжёлым и влажным, с сильным запахом земли и железа. Просторная штольня уходит глубоко в землю, исчезая во тьме. Её стены сделаны из грубой, выветрившейся породы. Покосившиеся крепи выглядят столь древними, что могли застать ещё Линкольна.
Со временем вода смогла просочиться через потолок, образуя маленькие лужи на неровной земле. Её бег создаёт действующий на нервы звук капающей воды, который эхом разносится по туннелю.
Тусклые лучи света проникают сквозь небольшие щели в потолке. Они подсвечивают остатки старого горнодобывающего оборудования, беспорядочно разбросанные внутри рудника: ржавые металлические тележки, проржавевшие механизмы и трескающиеся крепи. Мрачное напоминание о некогда бурной деятельности.
Вальтора смотрит на часы.
— Куда-то торопишься?
— Разведчики донесли, что Квазар покидает своё логово в одно и то же время, чтобы раздобыть себе пропитание. Если хотим застать его врасплох, стоит поспешить.
По мере того, как мы углубляемся в рудник, температура заметно падает, а на стенах всё чаще виднеются глубокие следы. Порезы. С каждым метром неприятный запах усиливается, и он уж ничуть не напоминает железо или землю.
Эхо здесь распространяется только в путь, поэтому чтобы скрыть его, я включаю Пелену тишины. Минуем несколько проходов, ведущих в неизвестном направлении. Все они слишком узкие.