Маверик

Астахов Евгений Евгеньевич

— Кто такие? — бросает один из бойцов.

— Всё нормально. Сусанин нашёл отряд со стороны, который готов пойти внутрь, — отвечает наш провожатый.

— Ну что ж, здоровья погибшим, — нервно посмеивается постовой.

Мы приближаемся к тёмному входу, где на бетоне до сих пор виднеются засохшие кровавые дорожки. За несколько метров до него, я замираю и сажусь прямо в снег.

— Тая пошлёшь? — уточняет Накомис.

— Нет. Использую способность, полученную от Самеди, чтобы разведать что там и как. Помолчите, пока я гляну, что внутри.

Активирую Астральную

проекцию, и что-то с силой вырывает моё «я» из физического вместилища. Картинка смазывается, частично теряя цвета. Вокруг парят тонкие, еле заметные нити энергии. Рядом достаточно плавно двигаются мои друзья.

Что ж, не будем тянуть. Направляюсь внутрь маяка и сразу попадаю в небольшой предбанник. Круглая комната, где находится всякий хлам. Из неё две винтовые лестницы уходят вверх и, соответственно, вниз. Начать я решаю сверху. Просто чтобы исключить саму возможность того, что наш скрытный гад засел рядом с лампой. Может, это гигантский мотылёк, кто его знает.

Подъём — дело занудное и не богатое на события. На самой вершине маяка меня встречает здоровенный светильник и толстый слой пыли на полу и стёклах. Для верности прохожусь частой гребёнкой, но здесь просто негде прятаться.

Спускаться и быстрее, и приятнее. Прямо сердце радуется. Через несколько минут уже осматриваю генераторную в подвале. Тут мест для засады больше да и следы крови до сих пор пятнают стены. Судя по траектории алых дорожек, противник наносил молниеносные взмахи наискосок. Это значит, что он сумел подобраться почти вплотную к людям Сусанина. Возможно, с помощью высокой скорости движения, возможно, сидел в засаде.

Тот самый тайный ход представляет собой трещину в стене чуть шире человека в плечах, возле которой имеется старинный шкаф. Висит тут и латунная табличка, потемневшая от времени, на которой выгравирована вся та же информация, поведанная мне Иваном. Умиляет меня подпись директора местного краеведческого музея. Радовался, небось, дед, когда такую находку обнаружили. Почему-то думается мне, что это был именно благообразный старик в очках.

Несколько нарушает всю эту красоту чья-то недоеденная нога в порванном носке, лежащая у комода.

Мда.

Так уверенно я утверждаю, что ступню ели, потому что на ней видны следы тонких и острых зубов. Вот же варвар. Хоть бы носок снял. По крайней мере, это указывает на то, что оппонент нам попался неразумный. Зверь. Хитрый, но не мыслящий в полной мере.

Минут семь я иду по тоннелю, который виляет, как беличий хвост. Полоска арканы постепенно подбирается к половине. Единственное хорошее качество этого прохода, выдолбленного контрабандистами древности, это тот факт, что он не имеет развилок. Здесь невозможно заблудиться.

В конце концов, тайный лаз приводит меня в небольших размеров пещеру, одна стена которой выходит прямо в океан. Большой парусник не пройдёт, но вот вёсельная лодка вполне смогла бы протиснуться.

Прямо вижу, как когда-то сюда переправляли коробки и сундуки, а потом тягали их с матами вверх по тоннелю. Сейчас грот завален не порохом, ромом и пушниной, а мёртвыми человеческими

телами разной степени целостности. Какие-то обглодали до голой кости, иные всё ещё покрыты мясом, и, если бы не температура, мухами. Слишком холодно, поэтому чёрное жужжащее облако не покрывает чьи-то грудные клетки, кисти и головы.

Замечаю всё это, а вот самого хозяина берлоги не вижу. Вообще. В теории он, конечно, мог уйти сквозь пролом в океан, но зачем тогда вообще было сидеть рядом с этой факторией всё это время? Чтоб отъесться и залечить раны?

Больше по наитию, чем осмысленному желанию, активирую Спектральное зрение и переключаюсь на тепловой режим. В пещере всё ещё пусто. Перехожу на ультрафиолетовый режим и рефлекторно отшатываюсь.

Вот ты где, красавец.

Попался.

Прилипнув к стене, как паук, над кучей требухи висит уродливый ублюдок[1], перебивший столько народу. Тело отдалённо человекоподобное, но всё покрытое жёстким волосом, наростами и бугорками. Под шкурой бугрятся мышцы. Когтями можно легко пластать, как колбасу на бутерброды, так и чьё-то горло. Морда неприятная, с обилием глаз, разбросанных по черепу, и большой конусовидной пастью, в которой видны длинные тонкие зубы.

Кажется, он спит.

Гхорнит-кровосос

Способности: Адаптивный камуфляж, Дурманящий прокол, Сверхъестественная адгезия[2]

Ранг: Квазар

РБМ: 532 единицы

Статус: Регенерирует

Содержит: 9 684 единицы арканы

Обрубаю проекцию и возвращаюсь в собственное тело. Потянувшись, встаю и оглядываю друзей.

— Признавайтесь, кто из вас арахнофоб?

[1] Художник — Marcus Whinney.

[2] Адгезия в физике — сцепление поверхностей разнородных твёрдых и/или жидких тел. Способность «прилипать и удерживаться.»

Глава 23

— А ты с какой целью интересуешься? — делает шаг назад Накомис.

— Да нет. Никакой связи с тем, что сидит под маяком, — с невинной улыбкой отвечаю я.

— Он один? — скупо уточняет Тай.

— Да. Две руки, две ноги и зубастая пасть. Судя по названию способностей и тому, что я видел, умеет становиться невидимкой, парализовывать жертв при контакте и ползать по стенам.

— Погано, — вздыхает индианка.

— Ничего такого, с чем не может справиться поток огня в лицо, — ухмыляется Мэтт.

— Уверенность — это хорошо, а вот самонадеянность — не очень, — возражаю я. — Это Кваз, причём Кваз, умеющий убивать существ не слабее себя. Ты уверен, что полез бы туда в одиночку?