Мажор
Шрифт:
Блюм: Чего я на вокзале не видел? Носильщиков? Коммунары уже давно вышли с вокзала. Ах, боже мой, боже мой…
Воробьев: Соломон Маркович, так я один поеду навстречу. Узнаю, чи далеко, и вам скажу.
Блюм: Ты мне фигели-мигели не рассказывай. Он узнает и мне скажет! Тебе Наташу нужно посмотреть?
Воробьев: А что же, нельзя, что ли?
Блюм: Ну, поезжай. Вам только разные глупости, а что здесь грязь до самой прически, так вам все равно.
Воробьев:
Вышел. Блюм побежал и немедленно выбежал наружу.
Сверху спускаются Белоконь и две уборщицы.
Белоконь: Как можно скорее уберите столовую, через полчаса чтобы было готово.
1-я уборщица: То коридор, теперь столовую…
Белоконь: Пожалуйста, без дискуссий! (Вышел.)
2-я уборщица: За полчаса? Ах ты, пижон дохлый! За полчаса!
Воргунов(с верхней площадки): Товарищи, черт бы вас подрал…
1-я уборщица: А ты чего ругаешься, как каменщик? Я из тебя сама чертей натрясу.
Воргунов: Уважаемые, дорогие товарищи…
1-я уборщица: Вот так-то лучше.
Воргунов: Четыре дня вы обещаете убрать в конструкторской, четыре дня! От ваших обещаний ни черта толку.
2-я уборщица: Вот уберем столовую…
Воргунов: Нельзя, голубки мои, надо немедленно.
1-я уборщица: Да ведь нам приказано.
Воргунов: К чертовой матери с приказаниями. Нате вот вам пятерку и немедленно уберите.
2-я уборщица: Да чего тебе так периспичило?
Воргунов: Жениться собираюсь! Понимаете?
2-я уборщица: Ну раз такое дело, мы тебе и без пятерки.
1-я уборщица: А на свадьбу позови, смотри.
Воргунов: Первые гости будете…
Ушли наверх. Вбежал и пробежал наверх Блюм. Со двора входят Торская и Григорьев.
Григорьев: У меня лишний билет.
Торская: Случайно оказался лишним?
Григорьев: Что вы, Надежда Николаевна! Не случайно. Нарочно взял.
Торская: Нарочно?
Григорьев: Я был уверен, что вы не откажетесь, ведь подумайте: Московский Художественный театр, «Федор Иоаннович», Качалов; Москвин… Я был уверен…
Торская: Товарищ Григорьев, вы сообразите: неужели бы я стала ожидать, пока у вас окажется лишний билет? Это в Московский
Григорьев: Да. Это же замечательно…
Торская: Да я давно поручила товарищу Вальченко…
Григорьев: В таком случае извините. Выходит так, что вы ему доверяете больше.
Торская: Ничего я ему не доверяла. Он взял билет на свои деньги.
Григорьев: Надежда Николаевна!.. (Оглянулся.) Надежда Николаевна, если бы вы поняли мое положение…
На верхней площадке Блюм.
Торская: Соломон Маркович, помогите товарищу Григорьеву в его тяжелом положении. У него лишний билет на «Федора Иоанновича».
Блюм: А кто это такой — Федор Иванович?
Торская: Он не имеет никакого отношения к снабжению, но билет вы возьмите.
Блюм: Ах, я уже не знаю. Это тот самый, который зарезал царевича Дмитрия. Ну, вы же знаете, я такими людьми не интересуюсь. Но билет я возьму. Может быть, дочка пойдет. Она все романы с убийством любит. Да, скажите, пожайлуста, вы не видели уборщиц? Это черт знает что такое…
Блюм уже внизу. На верхней площадке Воргунов.
Воргунов: Товарищ Григорьев, я не понимаю, что это такое? Вы приходите на работу в одиннадцать часов…
Григорьев: Петр Петрович, с этими трамваями…
Воргунов (кулаком по барьеру): Товарищ Григорьев, я прошу вас не молоть глупости. Мы все приезжаем трамваями. А куда вы стащили сверлильные? Что это, вредительство, черт бы вас побрал, или последний идиотизм? Когда это кончится?
Григорьев: Петр Петрович, вы могли бы при посторонних…
Воргунов: К чертовой матери посторонних. Посторонние вам мешают работать. Вас ждут вконструкторской, а вы здесь с посторонними. Пожалуйста и немедленно дайте объяснение главному инженеру.
Григорьев направляется наверх.
Блюм(к Торской): Попало, хэ-хэ-хэ! Ох, и характер!.. Петр Петрович, вы там не видели уборщиц?
Воргунов(спускается на несколько ступенек): Уборщицы убирают в конструкторской.
Блюм: Они должны убирать не в конструкторской, а здесь и в столовой.
Воргунов: А они в конструкторской. Совершенно необъяснимое явление в природе.