Меч и Цепь

Розенберг Джоэл

– Тише. Лежи смирно. – Карл оторвал от штанов по лоску и обмотал ею предплечье юноши. Сделал скользящий узел и затянул – туго, как только смог. По крайней мере кровью Рафф теперь не истечет… А что с животом?

Здесь он был бессилен. Просто нажать – значило выдавить мальчишке кишки. Да и перекрыть все эти кровоточащие сосуды и сосудики он не мог.

Пара минут. Всего лишь пара минут. Тэннети вернется с бальзамом, и…

– Чак, Вотансен где-то здесь. Он должен знать, где Эрик сены хранят свои бальзамы.

Чак

испарился.

Рафф закашлялся; розоватая от крови пена показалась на его губах.

– Эйя цела, Карл. Я защитил ее. Как ты говорил.

– Помолчи, ученик. – Карл заставил себя улыбнуться. – Немного помолчишь, а как Тэннети или Чак принесут бутыль – мы тебя живо поставим на ноги.

– Я сделал все верно, да? Как она? – Юноша смотрел на Карла, будто Эйи вовсе и не было.

– С ней все хорошо, Рафф. Молчи.

Ахира положил ладонь Карлу на плечо.

– Слишком сильный противник, Карл. Этот тип рванул к Эйе, и Рафф просто не мог ждать, покуда я разберусь со своим.

– Как они вообще сумели пройти вас? – прорычал Карл. – Я велел Вотансену передать, чтобы ты перекрыл тропу.

Ахира пожал плечами.

– Их было слишком много. Шестеро насели на нас, а остальные – прошли. К тому времени, как мы поубивали своих противников и прибежали в деревню… – Гном покачал головой. – Они свихнулись, Карл. – Даже и не пытались никого поймать, просто резали. Большей частью старались ранить мелцев – думали, полагаю, что мы кинемся лечить раненых, а не за ними в догон. Они почти все ушли, Карл. После того, как пресытились кровью.

Пресытились кровью… Они у меня узнают, как это – пресытиться кровью.

– Потерпи, Рафф. Еще пару минут.

Пальцы Раффа сжали руку Карла.

– Я ведь не умру, правда?

– Ну что ты.

Живей же, Тэннети, Чак. У него совсем нет времени.

– Ахира, найди колдуна Эриксенов. Может, он…

Гном мотнул головой.

– Кучка пепла: маг работорговцев поразил его огненным заклятием.

Дыхание Раффа стало поверхностным. Карл приложил палец к его здоровому запястью. Нитевидный, частый пульс…

Ну же, Тэннети.

Мучительно вскрикнув, Карл вскинул взгляд. Из-за дома к ним бежал Чак с запечатанной бутылью в руке.

С побелевшими губами он упал на колени рядом с Карлом, поливая бальзамом вскрытый живот юноши.

Бальзам смешивался с кровью и гноем.

И не действовал. Карл обнял голову Раффа, приподнял ее, а другой рукой открыл ему челюсти, чтобы Чак мог влить лекарство прямо ему в рот.

Оно выливалось – стекало по щеке, на колени Эйи.

Чак опустил бутыль.

– Он умер, Карл. Бальзам не поможет.

– Продолжай лить!

Карл сжал руку Раффа – и не ощутил пульса. Он прижал палец к горлу юноши.

Ничего.

Карл положил ладонь на левую сторону груди Раффа и принялся ритмично

нажимать на ее тыльную строну кулаком, кляня себя за то, что в свое время не прошел курса спасателей.

Оживай, черт тебя возьми, оживай!

– Я сказал: продолжай лить. Капни немного и на руку. – Он прижался своим ртом ко рту юноши, зажал Раффу ноздри и выдохнул. И еще, и еще, и еще…

Карл осознал, что его трясут. Ахира.

– Отпусти его, Карл. Отпусти. Он умер. – Гном взял руки Карла в свои и увлек его от тела.

Голова юноши упала. Невидящий взгляд следовал за Карлом. Чак медленно встал на колени и прикрыл Раффу глаза.

На лицо юноши упала капля… еще одна… Эйя плакала беззвучно, слезы катились по ее щекам и падали на Раффа.

Карл поднял Эйю и повел прочь. Чак застонал – тихонько, и тут только Карл заметил, что маленький воин ранен. Он прижимал ладонь к боку. На его саронге проступило пятно крови с тарелку величиной. Карл поднял бутыль.

– Выпей, – сказал он негромко. – Остальное отдашь раненым. И то, что принесет Тэннети – тоже, если понадобится.

– Хорошо.

Чак поднес бутыль к губам, потом плеснул немного на рану.

Рана тут же закрылась. Заметно ободрившись, Чак взялся за свою саблю.

– Можно мне убить Вотансена, или ты сам?..

Карл рывком обернулся.

– Что?

– Я покажу. Возьми меч. Он может тебе понадобиться.

Карл подошел к мечу, наклонился.

– Эйя, ступай найди Тэннети.

– Нет. Я хочу с тобой. – Она прижалась к Карлу, бок его сразу стал мокрым от ее слез. – А как же Рафф?

Ахира вздохнул:

– Им займусь я.

– Эйя… тут можно не торопиться. – Карл сморгнул слезы. – Ему больше не больно. – Он повернулся к Чаку. – Отведи меня к Вотансену.

За домом Вотансен пользовал раненую женщину: вливал бальзам ей в рот и в глубокую рану на животе.

– Рассказывай, – потребовал Карл.

Чак сплюнул.

– Он нашел две бутылки зелья – но не озаботился поделиться. Ему было не до Раффа… Мне пришлось вырывать у него бутыль.

– Встань, ублюдок, – тихо произнес Карл, нависая над Вотансеном.

Вотансен даже не поднял взгляд.

– Минутку. Я поговорю с тобой, когда закончу.

Протянув руку, Карл схватил Вотансена за волосы и поднял; меч он отбросил: чтобы давать пощечины, нужна свободная рука.

Откуда из подсознания всплыла мысль, что, избив колдуна и вождя клана, он скорее всего вызовет нападение оставшихся мелцев. И наверняка станет в Мелавэе персоной non grata.

Плевать он на это хотел.

– Почему ты не принес ее туда? Мы могли бы спасти его! – прорычал он, сопровождая каждое слово пощечиной. – Почему ты… – Он взял себя в руки и выпустил обмякшее тело Вотансена. Тот осел наземь.