Меч наемника
Шрифт:
На следующий день, взяв штурмом стены цитадели и открыв ворота, нападающие стали пробиваться к центру крепости, где стояли дворец Синьявы и мрачное сооружение с тяжелым портиком – храм Повелителя Мук. Уже на главной площади первые шеренги сменились свежими резервами, и Пакс смогла перевести дух, прислонившись к стене одного из зданий. Тяжело дыша, она с интересом наблюдала за тем, как вместе со сменной когортой на площадь ворвались оба Меченосца Тира в черных латах и Верховный Маршал Геда в кольчуге под ярко-синим плащом. Бок о бок с Маршалом ступал закованный в чешуйчатую кольчугу
Атакующие уже прижали обороняющихся к стенам дворца, но неожиданно откуда-то слева с уходящей в просвет между домами лестницы на площадь, яростно крича, выскочила группа плохо вооруженных людей. Левый фланг строя нападавших тотчас же перегруппировался и вступил в бой. С первых же ударов Пакс поняла, что противостоят им совершенно необученные солдаты. Улучив свободное мгновение, она бросила взгляд на лестницу и вздрогнула: на верхней площадке замерли несколько зловещих фигур в латах и шлемах. Тотчас же воздух разорвал какой-то страшный грохот, вызвавший у обороняющихся едва ли не больший ужас, чем у нападающих.
В ответ за спиной Пакс громко прозвучало короткое заклинание, и над ее головой в сторону стоящих на лестнице воинов пронеслась сверкающая огненная стрела. К сожалению, Пакс уделила слишком много внимания этому сверхъестественному зрелищу. Собравшиеся с силами необученные фанатики вновь перешли в атаку. Пакс, получив ранение в ногу, едва успела увернуться от нацеленного ей в горло тесака.
Разделавшись наконец с неумелым, но настырным противником, она огляделась. У входа во дворец, наглухо забаррикадированного изнутри, продолжался бой с остатками шеренг в черно-желтых туниках. Меченосцы, Верховный Маршал и паладин остановились в центре площади, внимательно следя за фигурами на верхней площадке лестницы.
Пакс передернуло при виде главного из таинственных воинов. Одетый в серые латы, из-под которых мелькали рукава и воротник куртки кровавого цвета, он носил на голове рогатый остроконечный шлем с забралом в виде клюва хищной птицы. Его руки сжимали огромный, с иззубренными краями меч и длинный, с шипастым концом кнут. Кусок толстой цепи вместо ремня поддерживал на его поясе ножны. Все оружие остальных облаченных в алые одежды и серые латы воинов тоже было либо с шипами, либо с неправильной формы зазубринами.
С лестницы на площадь скатилось черное облако, тотчас же рассеянное огненной стрелой одного из Меченосцев Тира. Уже без прикрытия, серые воины в шлемах вбежали на площадь и вступили в бой с рыцарями Тира и Геда. Все произошло так быстро, что ни Пакс, ни другие солдаты не успели среагировать и как-то поддержать своих жрецов. Меж тем схватка оказалась настолько близкой и ожесточенной, что некоторое время Пакс даже не могла разобрать, кто где, чтобы вмешаться в бой. Остальные же солдаты, повинуясь какому-то инстинкту, даже и не пытались принять участие в схватке титанов.
Вдруг Пакс увидела, что паладин оказался лицом к лицу с двумя противниками – главным, с кнутом и мечом в руке, и вторым, с огромным щербатым топором. Кнут как
Метнувшись между противниками, она резко ударила мечом вверх, пытаясь остановить занесенный топор. Лишь только ее клинок коснулся иззубренного лезвия, меч раскалился докрасна и обжег ладонь Пакс даже сквозь оплетку рукояти и перчатку. Пакс успела разжать пальцы и бросить переломившееся в нескольких местах, уже бесполезное оружие. Боль пронзила всю руку до плеча – не было сил выхватить кинжал. Яркая вспышка ослепила ее, боль потекла по телу, охватывая шею, грудь и спину. Падая, Пакс нашла в себе силы для резкого пинка. Она успела заметить, что удар пришелся в цель – ее противник на мгновение покачнулся и прервал атаку. Пакс тяжело рухнула всем телом на мостовую.
Очнувшись, Пакс обнаружила, что лежит в лазаретной палатке. Болели забинтованные ладони и запястье. Но что это было за ранение, где и как она его получила, Пакс, хоть убей, не помнила. Вскоре из-за занавеси в помещение вошел врач, а за ним человек в синем одеянии служителя Геда.
– Привет, Пакс, – мягко обратился к ней врач. – Очнулась? Как себя чувствуешь?
– Пить хочется.
– Еще бы. – Врач протянул ей стоявшую у кровати кружку.
Пакс приподнялась на локте и поморщилась от резкой боли.
– Голова? – спросил врач.
– Да. И правая рука болит. Что со мной произошло?
– Неужели не помнишь?
– Нет. Последнее, что я помню… да, мы тянули за собой осадную башню, со стены поползла дымовая завеса… потом она исчезла, и… и все.
– Да, кое-что упущено. Видимо, это следствие того, первого удара в голову несколько дней назад и того потрясения, от которого остались и ожог на руке, и боль в голове. Спасибо Верховному Маршалу Керету, ты еще легко отделалась.
Служитель Геда присел на край постели Пакс. Даже без шлема и кольчуги он производил впечатление человека сильного и обладавшего большой властью.
– Мне сказали, – начал он, – что ты не принадлежишь к последователям Геда. Это так?
– Да, сэр, это так. – Пакс кивнула в ответ, и тотчас же страшная боль пронзила ее затылок.
– Лежи спокойно. Лучше ответь, почему ты носишь этот медальон?
– Это последняя воля погибшего боевого товарища. Канна была одной из ваших.
– Она не сказала, почему завещает его тебе? Не пыталась ли она обратить тебя в нашу веру?
– Никогда. А в тот момент, когда она умирала, меня рядом не было. Герцог передал мне медальон и ее слова.
– Очень странно… Понимаешь, обычно воины Геда просят передать священный знак в ту общину, где они вступили в братство, вместе с рассказом о славной смерти в бою или от полученных ран. Иногда медальон завещают близким родственникам, что, впрочем, случается нечасто. Но завещать его постороннему, даже боевому другу – это очень странно.
– Я, наверное, должна отдать его вам?
– Сейчас, после всего, что было? – Маршал явно удивился.
– Да, сэр, – не менее удивленно подтвердила Пакс.