Меч Севера
Шрифт:
— Оставайся за мной и позаботься о том, чтобы кони не удрали. Ты готов, Хрипун?
Немой гигант обнажил в ответ клыки. Это произвело бы сильное впечатление, не булькни зловеще в этот миг вода прямо перед ним, так что он отпрыгнул назад, чуть не выронив дубину.
Из болота появилась еще горстка трупаков. С обрюзгших рож цвета застарелой блевотины с ненавистью пялились выеденные червями глаза, с разлагающихся трупов, кишащих паразитами, стекала мерзкая жидкость. Несмотря на то что бродяги окружили их со всех сторон, они, как ни странно, вроде бы не решались атаковать. Никогда не упускающий
Хрипун взмахнул могучей дубиной, и ее мощный удар, дробя кости, взметнул сразу два трупа над болотом. Джерек превратился в стальной ураган, и его топоры стали двумя вихрями, отсекающими конечности от тел.
— Следи за зубами! — предупредил Кейн, когда бродяга набросился на Хрипуна, оказавшись слишком близко к нему, и гигант не мог поднять для удара свое огромное оружие. Когда труп потянулся к нему, зеленошкурый развернулся и, вонзив в мертвое тело клыки, оторвал бродяге полголовы. Это деяние заслужило одобрительный кивок Джерека, но самого Хрипуна чуть не стошнило, и его зверское лицо исказило крайнее отвращение.
Кейн снес у бродяги голову. Развернувшись, он рассек другого надвое по линии талии, и потоки черной крови залили его кожаную одежду сверху донизу. Он огляделся по сторонам в поисках очередного неживого существа, но все они оказались растерзаны, разрезаны и расплющены, обрюзгшие туловища и болтающиеся конечности превратили болото вокруг них в дьявольское месиво. Приближавшаяся орда замедлила наступление.
— Что–то не так, — сказал Брик. — Они не нападают. Может, нам стоит держаться поодаль…
Сверкнув в воздухе, топор Джерека раскроил голову еще одного мертвеца — предводителя, стоявшего перед своей группой. Горец и Хрипун вместе рванулись вперед и набросились на ходячие трупы.
За спиной Кейна раздался всплеск. Повернувшись, он уставился в покрытое плесенью лицо мальчишки примерно того же возраста, что и Брик. На этом только что появившемся бродяге был черный мундир в хорошем состоянии. К удивлению Кейна, труп открыл рот и заговорил:
— Прекратите это.
Кейн смотрел на существо. Глубокий, неестественно звучащий голос, который только что раздался из этой впадины с поломанными зубами, не принадлежал мертвому ребенку. Казалось, эти слова донеслись издалека, словно пройдя по длинному тоннелю, прежде чем излиться из разложившейся глотки бродяги.
— Ты можешь говорить? — неуверенно спросил Кейн.
— Этот труп всего лишь транслирует мои слова. Я — Назала, хозяин этого болота.
— Некромант, — прошептал Брик.
Кейн сощурил глаза.
— Чего ты от нас хочешь?
Труп махнул рукой в сторону Джерека и Хрипуна, которые, похоже, отлично проводили время, жестоко расправляясь с трупами, не оказывавшими сопротивления.
— Моя башня недалеко отсюда. Я предлагаю вам безопасное место, чтобы укрыться от тех, кто вам угрожает. Но сначала вы должны прекратить уничтожение моих слуг!
Кейн колебался. Получив суровый урок, он узнал,
— Подожди. — Он пробрался по воде к Джереку и Хрипуну. Зеленошкурый повернулся к нему, из его рта торчала откусанная рука. Увидев Кейна, он расслабился и выплюнул изо рта мертвую плоть, которая с плеском шмякнулась в воду; судя по его янтарным глазам, ему было стыдно.
— Не бери в голову, — сказал старый горец. — Я делал кое- что и похуже, когда кровь кипела. Оказывается, бродяги хотят нам помочь. Может, поэтому они и не пускают слюни из–за нашей плоти, как это в обычае у мертвецов. Ты слышишь меня, Волк?
Зажав голову одного из трупов, Джерек колошматил его по носу.
— Да.
Терпеливо выждав минуту, Кейн заметил:
— Тогда, возможно, ты отпустишь его?
— Ха. — Джерек оттолкнул бродягу, полрожи которого было размазано по костяшкам его пальцев. — Это — за мои сапоги! — рявкнул он.
Они пошлепали назад, туда, где поджидал с лошадьми Брик и стоял глашатай некроманта. Мальчишке прекрасно удавалось успокаивать коней, несмотря на страх в его зеленых глазах. «В этом юнце есть твердость», — подумал Кейн. Слишком легко было забыть, как перепугался он сам, когда впервые встретился с ходячим мертвецом лицом к лицу.
Как ни сложно для трупа выглядеть раздраженным, он успешно с этим справился. В голосе Назалы явственно звучала досада:
— Вы уничтожили двадцать моих слуг.
— Сожалеем. Мы увлеклись.
Некромант хранил молчание, и Кейн стал опасаться, что он пересматривает ранее сделанное предложение. Но в конце концов трупак поднял прогнившую руку и указал на полчище бродяг:
— Мои слуги преградят путь вашим преследователям. Надеюсь, что люди бандитского короля не столь беспечны перед лицом смерти.
Кейн пожал плечами:
— Лик смерти — не самый мерзкий из тех, что я повидал. По моему опыту, беспокоиться следует из–за живых.
Последовало непродолжительное молчание. На сей раз в замогильном голосе прозвучала нотка печали:
— Скоро наступит ночь со своими ужасами, которые находятся за пределами даже моей власти. Мой внук проводит вас в мою башню.
Кейн бросил взгляд на Джерека, который хмуро уставился на свои сапоги. Хрипун, казалось, был полностью занят проверкой, все ли в порядке с его мешком. Брик уставился округлившимися глазами на говорящий труп. Затем он повернулся к Кейну.
— Он только что назвал это своим внуком?
Оказалось, что башня некроманта — на самом деле, древняя цитадель, возведенная на вершине холма и окруженная развалинами, которые некогда служили жилыми домами, пока их не затопило. Над водой местами торчали обломки. Крыша рухнула над большей частью сооружения, но часть здания справа от разваливающегося сторожевого помещения у ворот казалась по большей части неповрежденной. Сопровождавший их труп замедлил шаг, когда они проходили под разрушающейся аркой.