Шрифт:
Глава 1
Солнце уже тонуло в темно-зеленых холмах к западу от долины, а его красные и серовато-розовые тени касались всех ее уголков, когда Флик Омсфорд начал спускаться в Дол. Тропинка, петляя, тянулась вниз по северному склону долины, бежала между огромными камнями, во множестве усеивающими неровную местность, и исчезала в низине, поросшей густым лесом, лишь иногда появляясь на маленьких полянках и редколесье. Устало передвигая ноги, Флик следил взглядом за знакомой тропинкой, на его плече болталась легкая сумка. Его широкое обветренное лицо выглядело спокойным и застывшим, и лишь большие серые глаза выдавали ту кипучую энергию, что горела под его невозмутимой внешностью. Он был молод, хотя коренастая фигура, лохматые каштановые волосы и кустистые
В вечернем воздухе ощущалась легкая прохлада, и Флик плотнее запахнул ворот своей открытой шерстяной рубашки. Путь его пролегал через леса и холмистые равнины; сейчас он шел по лесу и еще не видел лежащих впереди равнин. От высоких дубов и мрачных пеканов падала огромная тень, а кроны их затмевали безоблачное вечернее небо. Солнце уже зашло, и в темно-синих небесах замерцали тысячи знакомых звезд. Огромные деревья заслонили даже их, и Флика, неторопливо шагающего по проторенной тропе, окружила тьма и безмолвие. Сотни раз проходивший здесь раньше, юноша сразу же заметил необычную тишину, охватившую в этот вечер, казалось, всю долину. Знакомое жужжание и стрекот насекомых, обычно наполняющие ночную тишь, крики птиц, просыпающихся с заходом солнца и летающих в поисках корма — все стихло. Флик напряженно вслушивался, стараясь найти хоть малейшие признаки жизни, но даже его острый слух не уловил ничего. Он встревожено покачал головой. Глубокая тишина беспокоила его, особенно если вспомнить слухи о страшном существе с черными крыльями, которое несколько дней назад видели в ночном небе к северу от долины.
Он заставил себя начать насвистывать и углубился в мысли о прошедшем дне. Весь этот день он работал в деревне, лежащей к северу от Дола, в которой несколько семей растили и холили домашний скот. Каждую неделю он отправлялся к их поселениям, принося различную необходимую утварь и новости о событиях в Доле и далеких городах Юга. Мало кто знал окружающую местность лучше него, да и редкий человек рисковал, подобно ему, удаляться от спокойствия и безопасности своего дома. Большинство людей в те дни предпочитало не покидать изолированных друг от друга поселений и не интересовались окружающим их миром. Но Флик любил время от времени уходить из долины, а дальние поселения нуждались в его услугах и готовы были платить ему за оказываемую помощь. Отец Флика был не из тех, кто упускает случай сделать деньги, и сложившееся положение устраивало всех.
Флик задел головой низко висящую ветвь, отшатнулся и метнулся в сторону. Раздосадованный, он выпрямился и бросил взгляд на неожиданное препятствие, а затем продолжил свой путь чуть ускорившимся шагом. Теперь он углубился в низины, где петляющую тропу тускло освещали лишь лучики лунного света, проникающие сквозь густые кроны деревьев. Было так темно, что Флик с трудом различал тропу. Всматриваясь в лежащую впереди местность, он вновь обратил внимание на давящую тишину. Казалось, какая-то сила внезапно уничтожила все живое вокруг, а он остался здесь единственным живым существом, выбирающимся из лесной гробницы. Снова в его памяти всплыли странные слухи. Он поневоле ощущал странное волнение и беспокойно оглядывался. Но ничто не шевелилось впереди на тропе, ничто не мелькало в древесных кронах над ним, и он наконец немного успокоился.
На мгновение задержавшись на залитой лунным светом полянке, Флик взглянул в бескрайнее ночное небо и лишь затем вновь углубился в лес. Он шел медленно, пробираясь по петляющей тропе, резко сужающейся и словно исчезающей в стене деревьев и кустов. Он знал, что это простой обман зрения, но все равно непроизвольно оглядывался. Вскоре он вновь очутился на широкой тропе, где сквозь просветы в густой кроне виднелось ночное небо. Он почти достиг подножия долины и от дома его отделяло всего около двух миль. Флик улыбнулся и принялся насвистывать старую кабацкую песенку, ускоряя при этом шаг. Он так внимательно следил за тропой и открытой местностью за границей леса, что не сумел заметить огромную черную тень, неожиданно отделившуюся от громадного дуба слева
Приготовившись защищаться, он пригнулся, но внезапно замер, увидев, как фигура властно поднимает руку, и услышав резкий, но ободряющий голос.
— Подожди немного, друг. Я не враг, я не хочу тебе зла. Я просто не знаю, куда идти, и буду благодарен, если ты укажешь мне верную тропу.
Флик слегка расслабился и всмотрелся в темноту, окружающую стоящую перед ним фигуру, пытаясь найти в ней сходство с человеком. Однако, это ему не удалось, и он осторожными шажками двинулся влево, надеясь лучше рассмотреть темную фигуру в тусклом лунном свете.
— Уверяю, я не причиню тебе зла, — продолжил голос, словно читая его мысли. — Я не хотел пугать тебя, но я тебя не видел, пока мы не столкнулись нос к носу, и я боялся, что ты пройдешь мимо, не заметив меня.
Голос смолк, и громадная черная фигура встала неподвижно, хотя Флик, обходя тропу, чтобы оказаться спиной к свету, видел, что ее глаза следят за ним. Постепенно бледный свет луны начал смутными контурами и голубыми тенями намечать черты незнакомца. Долгое время они молча, изучающе смотрели друг на друга: Флик пытался решить, что же он повстречал, незнакомец же стоял молча, в ожидании.
Затем громадная фигура с ужасающим проворством метнулась вперед, ее мощные руки сжали запястья юноши, и Флик внезапно оторвался от земли и взлетел в воздух; нож выпал из его онемевших пальцев, а глубокий голос насмешливо расхохотался.
— Ну, ну, мой юный друг! Интересно, что же ты теперь намерен делать? Если бы я захотел, я вырвал бы твое сердце из груди и бросил бы волкам, не так ли?
Флик яростно отбивался, пытаясь вырваться, его разум объял ужас, прогнав прочь все мысли, кроме порыва к бегству. Он не представлял, что за существо схватило его, но физически оно было намного сильнее обычного человека и явно намеревалось быстро покончить с Фликом. Затем темная фигура рывком вытянула руки, держащие его, и издевательский голос стал холодным как лед и раздраженным.
— Хватит, парень! Мы поиграли в свои игры, и ты еще ничего обо мне не знаешь. Я устал, голоден и не намерен задерживаться на лесной тропе холодным вечером, пока ты будешь решать, зверь я или человек. Я отпущу тебя, и ты покажешь мне дорогу. Предупреждаю — не пытайся убежать, или тебе будет хуже.
Сильный голос стих, раздражение исчезло из него, но в коротком смешке вновь послышалась скрытая издевка.
— Кроме того, — прорычало существо, разжимая железные пальцы, отчего Флик шлепнулся на землю, — я могу оказаться лучшим другом, чем ты думаешь.
Фигура отступила на шаг и Флик выпрямился, тщательно растирая запястья, чтобы восстановить ток крови в онемевших руках. Ему хотелось бежать, но он не сомневался, что незнакомец снова схватит его и на этот раз прикончит не медля. Он осторожно наклонился и подобрал упавший кинжал, вновь повесив его себе на пояс.
Теперь Флик мог лучше рассмотреть незнакомца. Быстрым взглядом он определил, что это действительно человек, хотя такого гиганта Флик в жизни не встречал. В нем было не менее семи футов, но сложен он был крайне гармонично, хотя это трудно было утверждать с уверенностью, ибо его высокую фигуру закрывал ниспадающий черный плащ с широким капюшоном, надвинутым на самые глаза. Его темное лицо было удлиненным, с резкими чертами, и походило на неровную скалу. Глубоко посаженные глаза почти полностью скрывались под густыми бровями, сросшимися над длинным плоским носом. В короткой черной бородке прятался широкий рот, казавшийся просто черточкой на его лице — вечно неподвижной черточкой. В общем, этот человек, черный и громадный, производил пугающее впечатление, и Флик с трудом подавил растущее в нем желание броситься опрометью к границе леса. Он прямо взглянул в глубокие жесткие глаза незнакомца, хотя для этого ему пришлось приложить некоторое усилие, и выдавил слабую улыбку.