Меч

Андрижески Дж. С.

Ну, пожалуй, за исключением Уте.

Однако Никка не думала, что у Уте сейчас есть какие-то шансы — если только она не застанет его в состоянии очень сильного опьянения.

Напротив Никки сидел Холо, а между ними на журнальном столике стояла шахматная доска.

Обычно она играла с Куаленом, но Холо составлял ей компанию, пока она продолжала восстанавливаться после шрапнельного ранения. Они иногда проводили время вместе после той ночи, когда Мост и Меч были в этой самой комнате.

Она ещё не приняла решение, значило

ли это что-нибудь — она и Холо. Она знала, что Холо и Джакс то сходились, то расходились, но она также знала, что они оба спали с женщинами, так что эти двое не могли хранить моногамию.

Когда началась новостная программа, некоторые присутствующие в комнате застонали.

Несколько пивных банок полетело в монитор, когда изображение Моста появилось на экране во всей красе, со светящимися зелёными глазами. Никка посмотрела на изображение, увидела дым, клубившийся на фоне, и вспомнила, как все они были настроены совершенно, совершенно иначе всего несколько недель назад.

— Почему она сделала это? — выпалила она вслух, ощутив очередную резкую волну раздражения. Она посмотрела на Холо. — Зачем кому бы то ни было поступать так со своим супругом? Тем более с Мечом?

Холо пожал плечами, передвинув своего слона, чтобы срубить одну из её пешек.

Его золотистые глаза оставались непроницаемыми.

— Говорят, у неё другой любовник. Один из тех засранцев из Адипана, — сказал он.

— Да, но почему? — спросила Никка. — Он же Меч! Он её супруг, и они принадлежат к одной расе, — её губы поджались. — Мне всё равно, что они там говорят, или что думает Меч… никто не может притворяться настолько хорошо, вне зависимости от расы. Я видела, как она смотрела на него.

Холо лишь небрежно пожал плечами.

Никка знала, что он, скорее всего, не хотел подвергать сомнению слова Меча, но это всё равно её беспокоило.

— И вообще, — сказала она. — Зачем спать с кем-то из более низкой расы, если ты можешь быть с представителем твоей расы? Зачем бороться с тем, о чем написано в Мифе? Всё это кажется мне чушью.

Холо снова пожал одни плечом.

— Они говорят, что она не верующая, — сказал он. — Что Семёрка промыла ей мозги, и она верит в искажённую версию Мифа.

— Как она может быть не верующей? — запротестовала Никка. — Она же Мост!

Он лишь показал на доску.

— Твой ход, Никка.

Заставив себя выдохнуть, она проследила за его жестом и заметила, что она проигрывает. Холо загнал её короля в угол, и скорее всего, она потеряет свою королеву в следующем ходе. Выругавшись себе под нос, она потянулась к ладье, когда дверь в общую комнату открылась.

Увидев, кто это, она тут же застыла, не донеся руку до шахматной фигуры.

Пожилой видящий лишь стоял там, глядя на всех них.

— Отец Салинс… — пролепетала она.

С трудом поднявшись на ноги вместе с остальными, она держалась за свой

перевязанный бок, вздрогнув, когда низко поклонилась возле Холо, который согнулся в поклоне. Джакс, Ике и Куален тоже поклонились, стоя у окна.

— Что мы можем сделать для вас, Отец? — спросил Рандо, находившийся у двери.

Пожилой видящий продолжал смотреть на широкую комнату, его непрозрачные белые радужки обводили взглядом все их склонённые головы. Никка подумала, что он выглядит так, будто только что проснулся, или, возможно, только что вышел из глубокого медитативного состояния.

— Наш брат Меч ушёл? — спросил он.

— Да, сэр, — Никка взглянула на Холо, услышав нервозность в собственном голосе. — Он вернётся, Отец. Скоро, — она на мгновение прикусила язык. — Его жена… Мост. Он везёт её обратно к Семерке. Он посчитал, что должен сделать это лично, Отец.

Салинс нахмурился.

— Почему он это делает? — спросил он. — Почему он её отпускает?

Никка стояла там, держась за бок и вздрагивая от боли. Она пыталась подобрать хороший ответ, пока все переглядывались со смятением на лицах.

— Она предала его, Отец Салинс! — выпалил один из молодых видящих, парень по имени Маике. — Она неверна. Поэтому он её вышвырнул! Он не хотел её присутствия здесь! Скорее всего, он поехал сам, чтобы суметь лично убить того endruk et dugra, с которым она спала!

Пожилой видящий нахмурился ещё сильнее.

Несколько долгих секунд он просто стоял и смотрел на всех них. Затем он тихо щёлкнул языком. Звук как будто эхом отразился в просторной комнате.

Задержав дыхание, все они ждали, когда он закончит.

— Она предала нас куда сильнее, чем он знает, — тихо произнёс Салинс. — Мы вот-вот подвергнемся атаке, мои юные друзья.

Никка медленно выпрямилась, уставившись на него. Остальные видящие сделали то же самое, медленно образовав кольцо вокруг пожилого Сарка.

Салинс показал на окна.

— Здесь Лао Ху, — мягко произнёс он на прекси. — Пока мы говорим, дети мои, они входят в ворота. Они пришли сюда силой. Чтобы убить нас, возможно. Возможно, чтобы сделать нас своими рабами, — он помедлил, серьёзно глядя на них, и остановил взгляд своих молочно-белых глаз на Никке. — Какими бы ни были их намерения, мои юные братья и сестры, они пришли сюда под знамёнами Моста.

Никка разинула рот.

Развернувшись, она хромым бегом добралась до длинного окна, которое тянулось вдоль одной из стен общей комнаты. Она добралась туда всего на мгновение позже остальных. Посмотрев на долину, она ощутила, как в горле встаёт ком от осознания, что он прав.

Самолёты покрывали небольшую посадочную полосу возле пещеры, которая вела к их главным ангарам. Она видела, как из самолётов высыпаются фигуры — она и не думала, что в Азии осталось столько видящих после того, как Семёрка развалилась.