Меч
Шрифт:
— Они не магические, — с сомнением заявил Сейбер, исследовав кольцо.
— Так и задумано, — ответил Морганен. — Знаешь, как нелегко определить размер пальца так, чтобы никто ни о чем не узнал, пока я не догадался воспользоваться заклинанием «изменения размеров», которое ты наложил на корону Келли — оно подойдет на третий палец ее левой руки, брат. Соседний с мизинцем.
Сейбер поднял руку Келли и начал надевать кольцо, но затем посмотрел на невесту.
— Я должен что-то сказать, пройти определенную церемонию?
— Большинство из них напоминают по духу
— Этим кольцом беру тебя в жены, — повторил Сейбер, надевая кольцо до конца. Подняв руку, он поцеловал кольцо и кожу, а затем поднял коробочку с оставшимся внутри большим кольцом. — Как я понимаю, я тоже должен носить кольцо?
— Да, должен. — Келли не собиралась давать ему возможность отказаться. Она всегда верила, что супруги должны носить кольца. Достав кольцо, она осторожно надела его на палец Сейбера.
— Этим кольцом… беру тебя в мужья.
Ее пальцы дрожали, когда Келли продела кольцо, этим символом ее мира сделав брак еще более реальным. Сейбер обхватил ее руки и поднес к своим губам. Его глаза потемнели и засверкали. Келли поняла, что он тоже почувствовал себя еще более связанным со своей невестой из другого мира.
— Эй, заканчивайте, — насмешливо приказал Коранен, — Чуть больше искр, и мои амулеты начнут действовать!
Для большей выразительности Вульфер пнул каблуком сапога по ножке двойного кресла.
— Занимайтесь этим наверху, ребята!
— Как пожелаете.
Немедленно встав, Сейбер рывком поднял Келли и перекинул ее через плечо. Она завопила и стукнула его кулаком по спине… но далеко не с той силой, как при их первой встрече.
Келли нежно поцеловала спину своего мужа, а не укусила, и сделала вид, что властно требует:
— Отпусти меня, Сейбер!
— Ты слышала моего близнеца. Не раньше, чем мы будем наверху.
Сейбер прошел к северному арочному переходу, а затем вернулся к столу. Захватив четыре оберега, он спрятал их под верхней туникой, удобней устроил жену на своём плече и вынес драгоценную ношу из зала.
Глава 15
Как только дверь за ними закрылась, Сейбер устремился к кровати.
Для защиты от прохладных летних ночей на ней лежали подогнутые с обеих сторон простыня и одеяло. Кроватные столбики и изголовье обвивали гирлянды из живых душистых цветов. Отбросив покрывало вниз к лишенному цветов изножью, он опустил Келли на пол, и достал обереги. Сейбер отделил те, на которых было имя жены, и передал ей.
— Думаю, лучше всего использовать противоположные столбики, — пробормотал он, указывая на те, что располагались по диагонали друг от друга. — Я не уверен, на какой стороне кто из нас будет спать в итоге, у меня лично нет никаких предпочтений, а так мы оба окажемся под защитой.
Келли кивнула и вместо того, чтобы обойти, заползла на кровать, задержавшись,
Сейбер посмотрел на ее попку, обтянутую мягким аквамариновым шелком, покачал головой и быстренько подвесил оберег от пожара на ближайший к нему кроватный столбик. Затем наклонился, снял свои сапоги и забрался на кровать, чтобы добраться до противоположного столбика и пристроить амулет, охраняющий ночной покой. Выполнив задачу, он сел на колени. Затянутая аквамарином рука обвила его сзади.
— Шелк может быть невесомым… но мне жарко, и я чувствую, что на мне слишком много надето, — прошептала ему на ухо Келли, — а как насчет тебя?
От одного только ощущения ее горячего дыхания у своего уха, Сейбера бросило в жар. Поглаживание ее ладони вверх и вниз по его мускулистой груди мгновенно довело его до точки кипения. А уж когда ее пальцы опустились к его поясу и стали расстегивать пряжку…
— Келли…
— Физически я могу быть девственницей, но занятия по сексуальному воспитанию я слушала внимательно, — произнесла она с улыбкой, отбрасывая его пояс. — Я говорила тебе, что это был мой самый любимый предмет?
Повернувшись, Сейбер обхватил ее лицо и поцеловал. Сладко. Нежно. Делая все возможное и невозможное, чтобы действовать медленно, а не так, как требовало его тело: быстрей, быстрей, быстрей.
— У нас вся ночь впереди, Келли… и, возможно, мы сможем сделать это только один раз, прежде чем исполнится пророчество стиха.
— Если ваш мир знает, что для него хорошо, — тихо заявила она с угрозой в голосе, — пусть проклятое Бедствие подождет до рассвета.
Она потянулась, чтобы расшнуровать его верхнюю тунику.
Сейбер перехватил ее пальчики:
— Это на тебе слишком много надето, сначала мы разденем тебя. Хотя я не уверен, как назвать это странное сочетание одежды.
— Кажется, я начала привносить удобство в модные тенденции, — выдохнула Келли в его губы, наклонившись вперед, чтобы снова поцеловать.
— В Катане женщины носят юбки, — между поцелуями заметил он.
— Мы не в Катане. Мы на Сумеречном Острове, — напомнила Келли, отклоняясь, чтобы Сейбер смог заняться шнуровкой ее туники-безрукавки.
— Я больше люблю штаны. В юбках у меня иногда натираются бедра.
В этот момент он ослаблял завязки, но замер на полпути, чтобы взглянуть на ее обтянутые аквамариновой тканью бедра. Ее ноги были стройными, женственными и великолепными, как раз, чтобы обхватывать его бедра.
— А натирать мои бедра — твоя работа, — добавила Келли с усмешкой.
Сейбер со стоном закрыл глаза. Когда она тихо засмеялась, он резко открыл их. Она распускала оставшуюся часть шнуровки, дразня медленным скольжением из дырочки одного шнурка, затем другого, затем возвращаясь к отверстию первого ряда, расположенному ниже. Это возбудило его, не потому что было невинным банальным раздеванием, только мучительно медленным, а потому, что ее улыбка, когда она делала это, была полна чисто женским искушением, знанием, что он страстно желал обладать всем, что находилось под медленно снимаемым облачением.