Меч
Шрифт:
Закатив глаза, Сейбер прошептал заклинание и щелкнул пальцами, удивляясь, насколько его чужеземная невеста привыкла к использованию волшебства. Оно легло на Келли, Сейбера и на рассредоточившихся по подлеску братьев, одетых в оттенки зеленого и коричневого цветов, чтобы слиться с листвой. Келли почувствовала действие заклинания: теперь, где бы ни останавливался ее взгляд, она с неизменной четкостью могла расслышать звуки с того места. Будь то шум прибоя, скрежет крючковатых когтей животного, взбирающегося по коре соседнего дерева… или громкое биение сердца Сейбера, когда она посмотрела на него.
«Словно метафорический
Келли усмехнулась:
— Спасибо.
Сейбер посмотрел на нее, на баркасы, которые почти пристали к берегу, и наклонился чмокнуть любимую. Затем перевел взгляд на берег.
Келли посмотрела в ту же сторону.
Некоторые мужчины — по-видимому, среди прибывших не было ни одной женщины — спрыгнули в воду, поскольку баркасы достигли части бухты, где застряли и больше не могли плыть. Толкая шлюпки вперед, моряки отбуксировали их на берег.
Одеяние одного из мужчин отличалось от практичной одежды остальных. Они носили просторные подпоясанные штаны, кто-то обходился без верха, другие были облачены в туники или рубашки с завернутыми рукавами. И только один был одет более экстравагантно.
Келли неплохо разбиралась в костюмах, этот наряд напоминал ей образец елизаветинской эпохи, но вместо привычного дублета или джеркина, на мужчине красовались короткий жилет, камзол, шейный платок, чем-то напоминающий викторианскую эпоху по стилю… и пышные панталоны с чулками, которые снова возвращали к елизаветинскому костюму. Наряд завершали ботинки, от лодыжек до пальцев ног закрытые чем-то вроде гамаш, широкие манжеты на камзоле, ажурные кружевные манжеты на перчатках и рубашке, и украшенная пером шляпа шевалье с загнутыми полями, как во всех известных Келли фильмах про трех мушкетеров.
У мужчины были тонкие усы, эспаньолка и бакенбарды. Видеть растительность на лицах прибывших мужчин было довольно-таки непривычно, все восемь изгнанников Сумеречного острова использовали весьма удобные чары, чтобы сохранить лица выбритыми. Единственной уступкой погоде служило то, что многослойный, украшенный кружевом и вышивкой наряд расфуфыренного был пастельных и белых тонов, даже шляпа, прикрывавшая его коротко подстриженные светло-каштановые волосы. Единственным темным пятном, помимо волос, являлся продолговатой громоздкий изогнутый предмет, заткнутый за пояс, рядом с висящим на бедре вложенным в ножны клинком.
И хотя в средневековой истории Келли разбиралась лучше, чем в периоде исследуемого объекта, она без труда распознала «таинственный» предмет. Определенно это был кремневый пистолет. Форма оружия слишком специфична, чтобы ее с чем-нибудь перепутать. А значит, те закрытые деревянными прямоугольниками отверстия — орудийные порты.
Келли вздрогнула. Нигде не говорилось, насколько хорошо действует магия против технологий. Без сомнений, разворачивающаяся ситуация могла перерасти в Бедствие.
Вторая лодка уперлась в сухой песок, только тогда с нее сошел Расфуфыренный. Повернувшись к баркасу, он протянул руку, коротко и весьма лаконично выкрикнул приказ. Келли почувствовала, как дернулись уши, как в тот раз, когда с нею впервые заговорил Сейбер. Заклинание "Универсальный язык" работало без сбоев. Когда он снова повернулся в сторону острова, взгляд Келли был прикован только к нему как наиболее вероятному лидеру. Расфуфыренный сделал три широких шага, развернул в руке длинный
— Я заявляю на эту землю свои права от имени независимого острова Мандара и нарекаю ее краем Густава, именем короля!
— Именем короля!
Моряки радостно закричали в ответ на его слова, некоторые даже подняли вверх кулаки.
— Вот, черт!
Сейбер посмотрел на Келли. Его братья ждали отчета. Мужчины в разведывательном отряде уже осматривались, желая, чтобы их отпустили, и они смогли бы подробно исследовать невиданный край.
— Что случилось?
— Это Бедствие, — выдохнула Келли, качая головой. — Очередной Христофор Колумб!
— Христо-кто?
Она отползла обратно и жестом указала остальным подойти поближе. После того, как все отступили за густые заросли подлеска, Келли дала краткое объяснение, поскольку моряки уже начинали разбредаться, чтобы исследовать «землю Густава». Это был вопрос времени, как скоро они найдут каменную дорогу, которая ведет к боковым восточным воротам.
— Внимание, у нас очень мало времени, прежде чем они найдут тропу, поймут, что остров населен и начнут нас искать. В моем мире есть континент под названием Северная Америка, где жило племя относительно мирных людей; во многом, как и людей Катана, их не интересовало исследование других земель. За морем, на континенте поменьше, жило племя вздорных людей и им приходилось исследовать и присоединять к себе всевозможные земли, чтобы обладать достаточным пространством и экономическим благополучием для увеличения числа своего населения, чтобы в итоге благодаря численности и количеству ресурсов получить господство над всеми остальными.
Они пересекли океан, открыли новый континент, Северную Америку, и использовали свою технологически превосходящую магию, если угодно, чтобы массово уничтожить коренное население, захватить их земли и навязать свои обычаи и законы. И все это несмотря на права местного населения на эту землю. Эти парни действуют как первооткрыватели, так меня учили на уроках истории, — сообщила Келли братьям. — Возможно, они прибыли сюда сделать что-нибудь безвредное, но судя по тому, что сказал тот парень, втыкая флаг, я так не думаю. Так что предлагаю очень быстро отступить к замку и обсудить план за укрепленными стенами, прежде чем наши «гости» успеют сообразить, что нас на острове намного меньше, чем их.
— Я должен верить ей, если она говорит, что вероятность высока, — согласился Сейбер, глядя на братьев. — В конце концов, это ее напророченное Бедствие.
— И твое, брат, — отметил Треван с сардонической усмешкой. — Отец всегда говорил не позволять жене брать всю вину на себя, если хочешь спокойно спать ночью.
— Ваш отец был очень мудрым человеком, — сухо похвалила Келли.
Рыжеволосый брат усмехнулся ей. Сейбер заворчал:
— Тогда возвращаемся в главную башню.
Все согласно кивнули, пробрались через подлесок, забрались в телегу и помчались в гору так быстро, насколько позволяла магия и ухабистая дорога. Они высадили Тревана у каменных восточных ворот, чтобы запереть их и наложить на наружную стену иллюзию непроходимого утеса, расширяя созданную Доминором обманку. Оставив брата заниматься делом, все заспешили в главный зал донжона планировать контратаку.