Мечи Марса
Шрифт:
– А теперь, – сказал я, – у меня есть хорошие новости. Наш корабль в безопасности, твой же все еще лежит во дворе. Они боятся подойти к нему.
– А твой? – спросил он.
– Мой летает высоко над дворцом.
– Ты брал с собой еще кого-то?
– Нет.
– Но кто-то должен быть на борту, иначе корабль не смог бы летать. – Он выглядел удивленным. – Ведь ты только что мне сказал, что не взял больше никого с собой.
– На борту два таридских воина.
– Но как они могут управлять кораблем? Что они знают о его сложных механизмах?
– Они
– Тогда как, во имя Иссы, он летает?
– Это тебе не обязательно знать, Гар Нал, – сказал я.
– Но что толку нам от него, висящего в небе?
– Я думаю, что смогу привести его сюда, когда придет время, – ответил я.
Но я не был вполне уверен, что смогу управлять кораблем на таком большом расстоянии.
– Я сейчас больше беспокоюсь о твоем корабле, Гар Нал, чем о своем. Мы должны его захватить, ибо после побега из замка наше перемирие кончится, и нам уже нельзя будет путешествовать на одном судне.
Он кивнул в знак согласия, но я видел, как блеснули его глаза. Мне показалось, что он затаил какую-то предательскую мысль, но я отбросил это соображение, так как меня не очень тревожил Гар Нал, пока он находился у меня перед глазами.
Ур Джан сидел на скамье, глядя в пространство, и я знал, что он сконцентрировал свой тупой мозг в попытке избавиться от гипнотических чар таридов. Умка, свернувшись, лежал на шкурах, Джат Ор глядел в окно.
Дверь открылась, и мы все повернулись к ней. Я увидел Улу, рабыню джеддары, с большим кувшином. Она поставила его на пол у двери и вышла, закрыв за собой дверь. Возвращаясь с кувшином к остальным, я увидел, что Ур Джан широко раскрытыми глазами смотрит на дверь.
– В чем дело, Ур Джан? – спросил я. – Ты как будто увидел привидение.
– Я видел ее! – воскликнул он. – Я видел ее. Привидение или нет, но я видел ее!
– Хорошо, – воскликнул Джат Ор, – теперь мы все свободны от этих проклятых чар.
– Мне бы хороший меч, – проговорил Ур Джан, – и мы вскоре были бы свободны.
– Сначала нужно выбраться из камеры, – напомнил ему Гар Нал.
– Думаю, что в кувшине есть средство для этого, – сказал я. – Мы должны хорошо поесть, раз уж нам принесли еду, а потом посмотрим, что мы найдем на дне кувшина.
Все собрались вокруг меня, и мы принялись опустошать кувшин. Нам не пришлось долго ждать: вскоре я обнаружил три напильника, и мы немедленно начали пилить решетку на одном из окон.
– Не перерезайте прутья полностью, – предупредил я, – только подпилите три прута, чтобы мы могли вынуть их, когда придет время.
Решетка была сделана из какого-то металла, неизвестного на Земле и Барсуме, или из удивительного сплава. Вначале даже казалось, что он слишком тверд для наших напильников, но наконец прутья подались, хотя я видел, что работа нам предстоит долгая. Мы трудились над прутьями всю ночь и весь день.
Когда приносили еду, мы стояли, глядя в окна, чтобы скрыть следы нашей работы. Так нам удалось
Приближалось время, когда я должен был осуществить ту часть моего плана, которая была ключом к успеху всей нашей затеи. Если она не удастся, вся наша работа над прутьями окажется напрасной, а надежды на бегство рухнут. Я не сообщил остальным, что собираюсь делать, и не делился с ними своими сомнениями и страхами.
Ур Джан стоял у окна, глядя наружу.
– Мы можем вынуть эти прутья в любую минуту, – сказал он, – но я не вижу пользы в этом. Если мы свяжем всю нашу одежду, мы все равно не достигнем крыши замка. Мне кажется, что мы трудились зря.
– Сядь, – сказал я ему, – и успокойся. Все сохраняйте спокойствие, не разговаривайте и не двигайтесь, пока я не скажу.
Только Джат Ор мог догадаться, что же я собираюсь сделать. Все сели. Подойдя к окну, я осмотрел небо, но не увидел нашего корабля. Тем не менее я сосредоточил свои мысли на механическом мозге, где бы он ни был. Я приказал ему спуститься и приблизиться к окну башни, где я стою. Никогда в жизни я так не концентрировался на одной мысли.
Капли холодного пота выступили у меня на лбу.
В комнате было тихо, как в могиле, и через открытое окно, у которого я стоял, не доносилось ни звука из спящего внизу замка.
Медленно проходили секунды, казалось, время растянулось до бесконечности. Неужели же мозг вышел из-под моего контроля? Эта мысль ослабила мою способность к сосредоточению.
Безумная мешанина надежд и сомнений, страхов и ожиданий завертелась в мозгу. Но вот в небе я увидел большой черный корпус корабля. Он медленно приближался.
Остальные, глядевшие в окно со своих мест, теперь подошли ближе. Я слышал приглушенные восклицания удивления и облегчения, а также радости. Быстро обернувшись, я призвал к тишине. Я приказал кораблю приблизиться к окну, потом снова повернулся к товарищам.
– На борту два таридских воина, – сказал я. – Если они нашли еду и воду, то до сих пор живы. Поэтому мы должны подготовиться к схватке. Каждый из них вооружен длинным мечом и кинжалом. Мы же безоружны и должны победить их голыми руками.
Я повернулся к Ур Джану.
– Когда дверь откроется, мы должны прыгнуть в каюту одновременно, пока они не опомнились. Ты пойдешь со мной, Ур Джан?
Он кивнул и улыбнулся.
– Да, и это будет странное зрелище: Ур Джан и Джон Картер сражаются плечом к плечу.
– Наконец-то мы примем участие в доброй схватке, – сказал я.
– Плохо, что эти двое таридов никогда не узнают, кто оказал им честь, убив их. Он вздохнул.
– Джат Ор, ты и Гар Нал немедленно последуете за нами, – сказал я падвару, затем обратился к Умке, чтобы он прыгал в каюту вслед за Джат Ором и Гар Налом. – Если борьба к этому времени еще не закончится, – сказал я ему, – ты будешь знать, что делать, когда увидишь двух таридских воинов.