Мечта
Шрифт:
— Мария Вячеславовна, — вдруг обратился ко мне Андрей, когда мы покинули уже территорию комплекса, где находился наш дом.- Ну нельзя же плакать по каждому поводу. Вы последнее время, только и делаете, что плачете. Владимир Александрович расстраивается, дерганный совсем. И так там у него проблема за проблемой, так еще Вы. Вы уж простите, я не со зла, просто, если есть вопросы я отвечу и успокою, как могу. Только не плачьте Вы по поводу и без.
Мне стало совсем больно и обидно. Но я смолчала, совсем уселась боком и голову на руку на подголовник заднего дивана сложила.
Я думала. А думать было о чем. Ведь все в моей жизни не так, не так я ее представляла и не о том мечтала. А что разве так все должно быть? Нет не так. И Володя должен быть рядом все время, и злиться на меня он не должен, и слез бы не было, если бы он рядом был. Или были бы? Вот уж не знаю… Почему я не чувствую себя счастливой с любимым человеком? Потому, что его нет рядом… Но он должен работать, от этого действительно зависит наше с ним будущее и будущее нашего сына. Так что мне надо?! На последний вопрос я ответить не смогла и снова расплакалась. Но тут меня сшибло с сиденья, я подлетела и больно стукнулась головой о потолок машины.
Я ничего не понимала, машину развернуло. И мы стояли. А впереди нас дверьми к нам была еще одна машина… Голова болела. Так, это мы стукнулись — появилось в сознании. Я пощупала живот, потом пошевелилась. Кроме головы ничего не болело, только рука. И сижу я не на сиденье, а на полу. Но я попыталась подняться и мне это удалось. Значит со мной все в порядке.
— Маша, Маша, ты цела? — услышала я голос Андрея.
— Да, вроде. Что случилось?
— Я попробую выйти и гляну, что с ними. Въехали мы. И откуда он только взялся?!
Он открыл двери, они издали какой-то неправильный звук.
Оставаться одной в машине я никак не могла. И я вышла тоже. Только встав на землю, то есть на дорогу, я поняла, что со мной все вовсе не так хорошо, как мне казалось раньше. Во первых рука которой я провела по своим волосам оказалась в крови. Потом я хромала, нога болела правая, аж наступить не могла. Но когда я глянула на ту машину, которая была перед нашей мне стало совсем плохо. Андрей вытащил из нее маленького ребенка, лет трех, невероятно кричащего. А еще женщину, со сломанной рукой. Вот прямо невооруженным глазом было видно ее сломанную руку. К водителю же он даже не подошел, а занимался женщиной, оказывал ей какую-то помощь. К нам с обоих сторон дороги приближались мигалки полиции и сирена скорой, больно резала мою разбитую голову. А потом мне стало спокойно и тихо…
Глаза я открыла от едкого мерзкого запаха проникающего в самый самый мозг. Передо мной был врач и я явно в машине. Надо мной висела капельница. Меня тошнило и все тело жутко болело.
— Во, Люда, она глаза открыла. — обратился он к девушке в комбинезоне скорой.
— Так давай по порядку. У тебя деньги есть на больницу, которая заявлена в обменной карте?
— Там оплачено, — прошептала я — что со мной?
— Рожаешь, или забыла, что беременная? И все остальное по мелочи. Скоро приедем. За рулем муж был?
— Нет. Андрей, где он?
— В полиции. Они его задержали. В той машине человек погиб. Не в курсе?
— В какой машине?
— В
— Где мой телефон?
— Не было телефона.- очень уверенно сказал он.
Я посмотрела на свою руку кольца тоже не было. Но думать о пропаже времени не было. Живот свело и потянуло вниз. Больно и очень неприятно. Я поморщилась и даже ойкнула.
— Во схватка опять- сказал врач, — считай промежуток, Люда.
Не знаю сколько ехали мы до больницы, промежутки между схватками уменьшались. Но доехали. А то у меня паника началась, вдруг рожать придется прямо в скорой. В приемном покое меня переодели, вымыли и только потом осмотрели. Я все требовала моего врача, но оказалось, что его нет и не предвидится, так как он после ночного дежурства отдыхает. Я умоляла персонал позвонить ему домой и сказать, чтобы он что-нибудь сделал, потому, что я рожаю, а они говорили, что все рожают, и ничего страшного, чтобы я сама набрала ему и договорилась, а я убеждала и, что не могу не только врачу позвонить, но и мужу, потому, что мой айфон просто сперли во время аварии, видимо, когда я отключилась. Я еще и про кольцо рассказывала, но они не верили. Ведь официально и документально, я была не замужем.
Пробили по базе, выяснили, что рожать я должна у них и, что все оплачено и успокоились. В палату положили. Потом пришел невропатолог с молоточком. Потом полицейский, но у меня как раз схватка была и я орала, что есть мочи. Потом мне укол сделали и я уснула.
Проснулась не знаю через сколько времени от боли. Тогда я думать не могла. А вот как чуток отпустило, то подумала, что ведь никто не знает где я. И не хватятся меня мои родные и близкие, аж до самого вечера. Андрея задержали, так что и он ничего не сможет сообщить. А вот о том как он там в полиции, я смогла подумать только после следующей схватки.
Надо попросить телефон у персонала, подумалось мне, но мысль была отметена за ненужностью. Номера я все равно не помнила, ничьи! Просто тупо пользовалась своим айфоном. Ну как же всем сообщить, что я здесь, и что Андрею помощь нужна.
Короче я орала во время схваток, плакала между ними и все думала, что мне горемычной делать. Ведь одна из сестер сказала, что прекрасно знает жену Владимира Субботина и это точно не я. А доказать я ничего не могла, потому, что женой не была…
Я потеряла счет времени, все слилось в боль, страх и беспокойство. Периодически приходил невропатолог, смотрел мои глаза, потом просил следить за молоточком. Я все выполняла, хотя молоточка уже практически не видела.
— Ну что ж ты так? Ты правду мне говори, а то еще пропустим что. Все таки ты после аварии девочка.
— Больно, вот и вся правда.
Он улыбнулся.
— Забудешь ты эту боль, когда ребенка на руки возьмешь. Кто у тебя?
— Сын, Сережа!
Дальше я перешла на крик.
— Маша, Машенька, ну как же ты сегодня попала? Я и не ждал тебя. У меня выходной.
Я так обрадовалась, что чуть не вскочила с кровати. Это был мой врач, мой! Тот который обещал быть рядом и что все будет хорошо.