Мечты
Шрифт:
– Боишься?- спросил дух странным, свистящим голосом.
– Вот ещё,- независимо ответила Кира, конечно храбрясь.- Не красавец ты, без сомнения, но и прятаться не стоило. Ты вон на мою рожу сутки напролёт взираешь, а меня что же, беречь? Ты - это ты, Хранитель. И люблю я тебя не за красоту...
– А за что?- приблизился к Кире жуткий лик.
– За доброту, ум, чувство юмора, щедрость и терпение,- без запинки перечислила Кира.- А главное, за то, что это ты. Я Варга любила и сейчас люблю, а он стольких убил. И ты меня не напугаешь, дух. Мы все стараемся выжить, и я допускаю,
Страшный лик разразился жутким хохотом, стал расти, а потом лопнул, осыпался на пол искрами... И на книгах сидел прежний дедок, улыбался ласково:
– Разный я, Кирия, разный. Для тебя такой. На любовь и дружбу Мироздание ответит любовью. А я - дух и Хранитель этого мира.
У Киры натурально отвисла челюсть. Дух рявкнул, копируя её манеру речи:
– Ворона залетит! Рот прикрой-то. Чай не деревенская девка, а сильная и древняя кровь моего мира. Не позорь!
– Прости, Хранитель.
Дух вздохнул:
– Рассердился я на тебя. Столько времени рядом со мной прожить и не доверять! Собралась она гордо выйти и не менее гордо погибнуть, дура! Жить надо. Жить! И ищеек этих вокруг пальца обвести...
– Как?
Дух досадливо поморщился:
– У меня договор с королевским родом драконов и сегодня второй из них, тот, который первый на самом деле, намекнул мне, что собирается воспользоваться договором и надавить на меня. Совсем с ума сошёл! Угрожать вознамерился! Вот мы и обдурим его, Кирия. Ведьма ты или нет, в конце концов?
Личности ведающих служили для них, частенько, предметом споров.
– Наши ведающие, позволь напомнить, добрый дух, мудры, добры и терпеливы.
Хранителя перекосило:
– А также они, ну, ничуть ни ехидны, Кирия! Не заблуждайся! Ты глава Ковена и не имеешь на это права, а то вы окончательно выродитесь и вымрете! Вы не терпеливые овцы, как привыкли думать. Вы сильны, хитры, буйны и непреклонны! Вы и орки - единственные, кто противостоял драконам и побеждал их! Позволь своей крови и памяти говорить с тобой!.. Это страшно, девочка! Мои книги, те, что твои по праву, узнают тебя, мир узнаёт тебя, а ты не узнаёшь нас, не видишь, не слышишь, не веришь!.. Что сделали вы с собой, дети?..
Кира остолбенела. Сам Мир говорил с ней, плакал и звал, просил и будил её. И она потрясённо ответила:
– Я готова проснуться, но не знаю как. Помоги мне!..
Что это было? Кто говорил с ней? Не Хранитель, точно. Вот он продолжает свой рассказ, из которого она ничего, кстати, не слышала.
– Прости, Хранитель, голова закружилась. Начни сначала, пожалуйста.
– Голова, значит,- подозрительно посверлил её глазами дух.- Так вот. Меня только что позвал Дарос и намекнул, что властно потребует выдать тебя. Откуда только знает, стервец! Не может знать, но знает!.. Я сумел обернуть всё в шутку и сказал, что если ты тут, то обязательно выдам тебя... Вот и нужно отдать тебя так, чтобы он отказался, а если и взял, то и не понял, кого!
– Как это?- спросила Кира, а вглядевшись в ехидное лицо Хранителя воскликнула.-
Хранитель нахмурился:
– Тогда эшафот, Кира. Или стать пешкой в играх Армоса.
– Кошкой! Да, к этому чудовищу! Он же сожрёт меня или шкуру спустит!
Хранитель философски пожал плечами:
– Если умрёшь, то просто очнёшься тут, в своём родном теле и договор будет исполнен. А потом я спрячу тебя получше. Если он заберёт тебя, то полугода, я думаю хватит, чтобы никто потом не смог обвинить меня в несоблюдении договора.
– А если он не возьмёт меня?
Хранитель хохотнул:
– Это будет идеально! Он сам откажется от тебя в таком случае, а значит, и договор исполнен.
Кира напряжённо спросила:
– Когда?
– К тому и веду, девочка! Сейчас! Он в любую минуту может потерять терпение, позвать меня и потребовать. Тогда всё, никакой свободы манёвра... Придётся убить тебя, чтобы не страдала. После боюсь, я озверею окончательно и стряхну эту мерзость с себя.
Опять та же метаморфоза: из милейшего дедушки в страшное и несчастное нечто. Теперь Кира знала что делать. Подскочила, обняла и погладила чудо-юдо. И ничего, что руки её проходили сквозь него. Магия её касалась Хранителя. Все и всё хотят тепла...
– Ладно. Я готова. Не будем тянуть. Стой!!! Общаться я смогу с тобой... хоть иногда?
– Конечно!- самодовольно улыбнулся дух.- Моя же кошка будешь. Позови мысленно и я услышу.
Он щёлкнул пальцами и Кира обернулась чёрной храмовой кошкой. Повертелась, подумала, крутанулась...
– Так-то лучше!- не менее самодовольно сказала духу.
– Ведьма,- буркнул Хранитель.
– Это не тебе меховым шариком полгода кататься, а мне. Так что шубу я имею право выбрать по вкусу!
Вместо обычной чёрной кошки, Кира обернулась в серебристо-серую, пушистую красавицу с кисточками на ушах.
– Красиво,- вынужден был признать Хранитель.
– Лесной кот,- тихо ответила Кира. Хоть и мысленный, но голос её звучал грустно.- Память о моём мире.
– Твой мир этот, Кирия!- обиделся Хранитель.
– Прости, я привыкну наверное, что для меня родные оба мира,- примирительно прошептала Кира.
– Ладно. Всему своё время. Иди!
И Киру вынесло сквозь стены прямиком на улицу.
***
А на улице лил ледяной дождь, даром что зима. Кошки воду не особо любят, а потому Кира шарахнулась под укрытие портиков Храма и Библиотеки. Огляделась. У центрального входа в Храмовый Комплекс стояли чёрные кареты ищеек.
А значит что? Нужно уйти подальше, чтобы страшный дракон не увидел и не забрал её. Договор есть, кто знает, как может действовать магия, чтобы свести их вместе? Значит, прятаться!
Кира медленно и аккуратно, огибая выступы и стараясь не попадать под ливень, дошла до одного из боковых входов. Села рядом, довольная собой. Она тоже исполняет договор: сидит, ждёт. Кто же виноват, что дракон выйдет не через эти двери?
Кира отвлеклась. Свежий воздух с необычно острыми запахами кружил голову. Шутка ли, почти восемь месяцев взаперти и чуткое кошачье обоняние... И едва не поплатилась за невнимательность.